Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Репетиции "Tanz der Vampire" » Только каменное сердце не болит


Только каменное сердце не болит

Сообщений 1 страница 20 из 20

1

● Название эпизода: "Только каменное сердце не болит".
● Место и время действия: 1911г., весенний вечер, лес между Шлоссом и селом.
● Участники: Helen Engelmann, Sarah Chagal (13 лет).
● Синопсис: Нет в мире объекта загадочнее и таинственнее, чем сердце женщины. Окутай его ядом Вечной Ночи, заставь замереть навсегда, разорви на кусочки, - а оно по-прежнему продолжает чувствовать. И в страданиях его забывается даже огонь жажды... У вампирессы, разменявшей не один век, и у человеческой девочки, только-только познавшей вкус первой любви, оказывается куда больше общего, чем кажется на первый взгляд. А такие ли уж они разные, эти две стороны бытия?..

Отредактировано Sarah Chagal (21-11-2015 23:15:47)

0

2

Ночь спустилась на замок графа фон Кролока, окутывая величественное готическое строение и всю близлежащую округу блаженным ночным мраком, дающим ощущение бесконечности и свободы всем порождениям мрака, к коим теперь относилась и фроляйн Энгельманн.
Всегда, сколько Хелен помнила себя, даже в самом нежном возрасте, ей ночная мгла нравилась значительно больше, нежели яркий солнечный свет.  Было нечто, совершенно волшебное в ярких звездах, загорающихся на бархатном небе, в тишине и покое царившем в это таинственное время суток… Казалось, что в ночные часы все мечты становятся явью, а молитвы ее девичьего сердца совершенно точно будут услышаны Господом.  А теперь, шел уже четвертый век, как она не видела солнца и отчаянно скучала за ним. Порой ей даже снилось ясное голубое небо или же восход огненного светила … Который отныне был ее смертельным врагом.
Сегодня тоска по прошлому, по счастливым годам в родной Вене и волшебных шести месяцах в Трансильвании, заела Энгельманн особенно сильно. И единственным спасением от своей уничтожающей ее хандры Хелен видела в том, что бы отправиться на охоту. Заглушить свою душевную боль пряным глотком теплой крови какого-нибудь зазевавшегося трансильванского гуляки. Хотя, признаться по чести, голодной она вовсе не была.
В компании своих невеселых дум вампирша отправилась по направлению к деревне, неторопливым шагом. Ночь только началась, в запасе у нее достаточно времени.
Однако сейчас это самое время летело так скоро, что Хелен и  не заметила, как в своей неспешной прогулке, прошагала уже достаточно много, так и не встретив ни одной подходящей жертвы. Оно и понятно, какой же безумец пойдет ночью бродить по лесу, когда в округе полным полно вампиров. Энгельманн чувствовала легкую усталость, однако чувство голода так и не появлялось. Возвращаться в замок совершенно не хотелось.
Тем более она вышла на ту самую поляну с высокой травой на опушке леса, куда, будучи человеком, так часто прибегала, запыхавшаяся и раскрасневшаяся, что бы хоть несколько минут побыть с любимым. Хелен блаженно прикрыла глаза и кончиками ледяных пальцев провела по своим губам. На мгновение ей показалось, что уста пылают, как от только что полученного поцелуя… Сейчас она откроет глаза и увидит подле себя Йохана. Он обнимет свою Ильяну, и она вновь почувствует себя самой счастливой на всем белом свете! И как же не хотелось открывать глаза, понимая, что все увиденное всего лишь плод ее фантазии! Оставалось только надеяться, что когда-то все эти глупые воспоминания и  мысли исчезнут, что тоска от предательства любимого рано или поздно ослабнет. И она сможет жить дальше... Если, конечно, существование во мраке ночи можно назвать настоящей жизнью.
Невдалеке были видны огоньки, горевшие в деревне, в которой она раньше жила. Дальше вампирша пойти не решилась… Растревоженная Хелен боялась, что просто не вынесет прогулки по родным и таким дорогим сердцу улочкам. Хотя в этой маленькой деревушке она любила бывать, атмосфера тишины, сна и покоя вперемешку с духом старины безумно нравилась чернокудрой вампирше. 
«Пожалуй, я бы хотела жить здесь, если бы я была не была той, кем являюсь сейчас… Имела бы свой маленький дом, большую семью, кучу детей… Хотя людям тут жить небезопасно. Слишком много вампиров в округе… О, Бог мой! Ну отчего я не могу прекратить думать относительно того, как все было бы, если бы не тот золотой июль, изменивший всю мою жизнь?».
Вероятно, сегодня в деревне было какое-то гуляние. Может быть свадьба? Откуда-то доносилось пение и звуки веселой музыки. Женский голос, сладкий и тягучий как мед, пел о первой любви, нежнее которой и быть ничего не может. Облокотившись об шершавый и теплый ствол дерева, Хелен прикрыла глаза и стала прислушиваться, жадно ловя каждое слово незнакомой ей песни.
«Интересно, ели бы мне не была подарена вечная жизнь… Смогла бы я стать счастливой без него? Смогла бы полюбить другого? Ведь сватался ко мне… Ах, я сейчас ведь и не вспомню как звали этого мальчика! Бедный мой папа был уверен, что для меня это была бы идеальная пара!».
Постояв еще какое-то время, вампирша уже хотела было отправиться восвояси, но тут слабый  весенний ветерок принес более чем знакомый и соблазнительный запах. Запах человеческой крови. Хелен на мгновение замерла, словно была бы каменной статуей, и тут же проворно отбежала в тень деревьев.
 «Нет, этого не может быть! Просто не может… Неужели какой-то безумец осмелился пойти по лесу в такой час?».

0

3

Деревенские свадьбы всегда проходят очень шумно, начинаясь на рассвете и длясь далеко за полночь. Сарочка просто обожала это веселье, всегда принимая в нём непосредственное участие и вертясь то тут, то там. Мать отправляла её с пирогами в дом невесты, а девчушка оставалась там на несколько часов, завороженная действом и невольно погрузившаяся в подготовительные хлопоты. Правда, когда она вспоминала о заключительном пункте материнского поручения - вернуться домой, - было уже поздно, потому как Ребекка, с ворчанием доделав всё самостоятельно, уже появлялась на месте праздненства собственной персоной, а там было не до чтения нотаций. Выкуп, испытания, венчание, одаривание ритуальной связкой чеснока (дети обыкновенно демонстративно зажимали нос на этом моменте и, шаловливо переглядываясь друг с другом, убегали планировать очередную каверзу). Маленькая Шагал всегда кривилась, не разделяя сей чесночный культ: этот противный запах сопровождал её всю жизнь... Пожалуй, на своей свадьбе она строго-настрого запретит дарить ей чеснок!
- А как же вампиры? - Григор удивлённо моргнул и опасливо стрельнул глазами по сторонам: не услышит ли грозная матушка, как он поминает этих монстров всуе? Сарочка досадливо выдохнула. Черноволосый смуглый мальчишка всем был хорош, но до раздражения наивно верил во всякие глупые россказни и боялся подзатыльников дородной Лукреции, которая признавала утяжелённые методы воспитания сыновей. Какая жалость, что она, Сара, не может рассказать ему про ту встречу с волшебником!.. Но она пообещала ему никому не рассказывать об этом и сохранить в секрете... "Кроме того, Григор наверняка растреплет это всем, а если узнает папочка, то закормит чесноком по самые уши!" - девочка содрогнулась при одной только мысли о подобном исходе.
- Вовсе они не страшные, - пылко возразила Шагал и тут же торопливо прикрыла ладонью рот: почти проговорилась, надо же! Друг, разумеется, не смог не подметить этого и оторопело уставился на Сару так, будто на её шее уже красовался вампирский укус.
- Ты что, встречалась с ними?!
- Разумеется, нет!
Запунцовев щеками, Сара схватила Григора за руку и торопливо повела за собой, то и дело оглядываясь на веселящуюся и танцующую толпу: на деревню опустились сумерки, а на небо выплывала всё та же луна, что и шесть лет назад...
"Григор, послушай меня. Сейчас я расскажу тебе кое-что, а ты обещай никому не говорить!".

Лукреция появилась внезапно и подло ударила со спины связкой крапивы. Сара только и успела, что взвизгнуть и подскочить на месте, но так до конца и не поняла, за что несёт возмездие. Крики женщины, задвинувшей беспомощно моргавшего мальчишку себе за спину, тоже не вносили ясности: "чертовка", "маленькая ведьма", "оставь при себе свои глупые сказки", - а Сарочка-то и рта раскрыть не успела, только к уху Григора наклонилась! В поисках поддержки девочка взглянула на друга, но тот замер бессловесным истуканом и вовсе не думал за неё заступаться, что стало последней каплей. Обозлившись и увернувшись от хлестнувшей воздух крапивы, Шагал перемахнула через ограду и побежала к кромке леса, утирая катящиеся по щекам слёзы негодования. "Тоже мне, мужчина! Да я куда храбрее, чем он!.. Даже курицы на насесте кудахчут бойчее!" - девчушка возмущённо поджала губы, петляя меж стволов и не особенно аккуратно отклоняя в стороны ветви кустов. Куда точно она брела, она и сама не знала; по счастью, здесь, где лес только начинался, верхушки деревьев не загораживали небесное полотно, и луна освещала пространство, то и дело выныривая из-за туч. В приливе чувств Сара совершенно не смотрела под ноги, а потому подвернувшийся корень, наполовину вывороченный из земли и спрятавшийся под шапкой мха, стал совершенной неожиданностью, об которую незадачливая путница разбила колено. Тут уж детская выдержка дала сбой, и девочка, обняв коленку, в голос заплакала, шумно всхлипывая и жалея себя, бедную-несчастную, несправедливо обвинённую в непонятном грехе. И даже защитить её оказалось некому!..
Жалеться, сидя на земле, оказалось холодно и неуютно, а Сарочка всё-таки предпочитала страдать с комфортом. Заставив себя подняться, она наугад двинулась дальше, прихрамывая на левую ногу: может, обнаружится где поваленный ствол или хотя бы пенёк? Но вместо этого Шагал, в очередной раз раздвинув кусты, оказалась на краю небольшой полянки - с заказанным стволом и странной тенью, метнувшейся в темноту. От удивления Сара даже перестала хныкать, только шмыгнула носом и, выбравшись из кустов, неуверенно поинтересовалась:
- Дядя волшебник, это ты?

+1

4

Как бы не хотелось Хелен побыть наедине со своими столь  сладкими и одновременно грустными воспоминаниями о былом счастье, но даже этого она была лишена… Кто-то, бесцеремонно лишил ее и этой маленькой радости ее вечной жизни. Хотя правильнее будет сказать не маленькой, а одной-единственной.
Ведь иного счастья, нежели воспоминания о родной Вене, о старике отце и дорогой матушке, о роковой любви, которая превратилась в вечную боль, у Хелен не было. И никогда ничего светлого и радостного в вечном существовании в ночном мраке не будет... Единственный свет, которым она сможет любоваться – это холодный свет луны, никогда не суждено будет полюбоваться рассветом, никогда она не сможет приблизиться к человеку, не вызывая при этом чувство страха… Никогда. Ах, какое страшное и пугающее это слово было. У него нет надежды, нет веры. Оно означает безысходность.
«За что мне все эти страдания? Кто обрушил их на мою голову? О, и зачем я спрашиваю,  я и так знаю кто. И как же сильно я ненавижу его! Ненавижу все своей душой! Так же сильно, как и люблю…».
Чернокудрая вампирша прекрасно ощущала запах крови этого человека, который покуда был скрыт от ее глаз. Вечно юная фроляйн чувствовала его испуг, который придавал крови столь пикантный вкус, словно редкая заморская приправа. И самой себе она клятвенно пообещала испить до последней капли того, кто посмел мешать ей.
В столь поздний час, в лесу, Хелен была готова увидеть кого угодно.  Загулявшегося деревенского выпивоху, заблудившегося чужестранца (ведь местные жители в здравом уме никогда не отправятся ночью в лес, все знают, это верная смерть). Кого угодно, но явно не маленькую девочку. Напуганную и хныкающую. Да еще и бормочущую что-то о волшебнике. Что она только тут делала?
Вампирша настолько изумилась, что забыла и о своей жажде, и о досаде, и о желании свернуть шею тому, кто нарушил ее блаженное уединение. Ну кто же мог подумать, что это будет ребенок?
- Кто?! – этот вопрос вы вырвался у Хелен против ее воли. Она-то думала бесшумно ускользнуть с поляны, подальше это этой маленькой хныксы. Отчего-то марать руки у крови невинного дитяти ей совершенно не хотелось. Однако собственное изумление сыграло скверную шутку с дочкой резчика по дереву. Вот почему пришлось выйти из тени и прислонившись к одному из деревьев, вампирша продолжила:
- С каких это пор, в наших лесах водятся волшебники? Не страшно ли тебе, дитя, разгуливать тут совершенно одной? Неужели твои родители не рассказывали тебе страшных легенд, о том какие кровожадные чудовища появляются в этой округе с наступлением темноты? И особенно этим чудищам нравятся маленькие хорошенькие девочки!
Вампирша искренне надеялась, что одно только упоминание о чудовищах, которые любят лакомиться кровью бедных людей, приведет девочку в бегство, и ей удастся-таки насладиться блаженным одиночеством. А еще лунным светом…

0

5

Удивлённо распахнув свои и без того не маленькие зелёные глаза, Сара готовилась снова увидеть того самого дядю волшебника, что повстречался ей когда-то на заднем дворе отчего дома. Прошло уже много лет, а она до сих пор помнила эти небесные, светло-голубые глаза, точёный профиль в полутьме да лёгкую улыбку, будто бы Чеширского кота. И это прикосновение... Сара прикрыла глаза на миг, вспоминая, как он коснулся её и инстинктивно обхватила ладошкой то место, котрого волшебник едва коснулся губами.
Она до сих пор не переставала удивляться: "Надо же, ведь он тогда повёл себя со мной, как со взрослой. Как с принцессой...".
Из груди невольно  вырвался вздох разочарования, когда Сара поняла, что нашла вовсе не дядю волшебника.
"Но постойте-ка..." - она внимательно принялась разглядывать даму, что предстала перед её взором. Она была красивая. Не чета деревенским девушкам, которые хоть и красились по праздникам, завлекая парней, а потом целовались с ними в кустах. А в этой незнакомке было нечто странное... Она казалась какой-то совершенно неземной, красивой и даже какой-то... Сарочка никак не могла найти для себя нужное слово... как красивая фарфоровая куколка, какие обычно продают заезжие торговцы на ярмарке. Сара всегда мечтала о такой кукле: с большими глазами, красивыми кудрями и в красивом платье, в сравнение с которым не шёл ни один даже самый праздничный деревенский наряд.
"Как бы я хотела быть такой красивой!" - не без лёгкой зависти подумала рыжеволосая.
Но на кукол у отца не было лишних денег, а торговаться за такое хитрый еврей не считал нужным. А мама говорила, что Сара уже взрослая и пора ей подыскивать жениха.
"Ох, уж эти женихи... Мальчишки такие глупые..." - от обиды у Сары снова на глазах выступили слёзы. Она спешно вытерла их ладошкой, но, не заметив того сама, перепачкала лицо грязью и кровью с разбитой коленки.
"И Григор тоже глупый! Нет, решено! Я дождусь дядю волшебника! Он мне точно жениха наколдует... Или нет? Или, может, лучше сразу за него замуж? Ну, и что, что старше, зато красивый и волшебник. И летать меня обещал научить...".
- Жених..., - на автомате выдала Сара первое, что осело на язык из всех мыслей, - Ну, кто..., - спешно поправилась она, - Волшебник то есть.
А незнакомка оказалась смешная. Сара слушала её со смесью недоверия и снисходительности.
- Ааа, ну, да, - махнула она рукой, будто бы говоря, что всё безнадёжно, - Вы же взрооооослая, - и закатила глаза на несколько мгновений.
Конечно, взрослые всегда были такими важными, серьёзными и не верящими в чудеса, что, право, становилось тошно от такого их поведения. Ну, существуют ведь волшебники! Сара сама видела! И ей за столько времени ни разу не пришло в голову усомниться, что незнакомец мог ей наврать. Было что-то в его прикосновениях и взгляде такое, что Сара понимала - он может то, чего не могут другие.
- Тётя, а вы сами-то, что тут делаете? - деловито и бессовестно поинтересовалась Сара, - Мне до деревни тут недалеко, а вы явно не из наших. Вы тут ждёте кого-то?
Немного подумав и ещё раз оглядев незнакомку и удостоверившись, что в ней нет ничего опасного, Сара подошла чуть поближе.
- А мне - нет, не страшно, - девочка помотала головой так, что рыжие кудри разметались по плечам, - Меня вот ведьмой только что обозвали, так что ещё неизвестно, кто кого бояться должен, - с немного обиженной усмешкой заметила девочка, продолжая изучать незнакомку.

0

6

Хелен чувствовала, как брови у нее ползут наверх от изумления, и это было вполне себе объяснимо. Какой еще жених? Какой волшебник?! О чем вообще болтает эта девочка?
«Может быть, она замерзла, вот и болтает всякую ерунду? Или вообще помешанная, и постоянно несет всякую чушь? Как только родители ее отпустили от себя? Хотя как для безумной у нее слишком уж смышленое личико и ясный взгляд!».
Внезапно в голове венки мелькнула не слишком хорошая мысль – а что если родители этой девчонки просто решили избавиться от еще одного рта в семье? Вот и отправили ребенка в лес, в надежде, что она не вернется. Если это так, то первой жертве фон Кролока оставалось только в очередной раз поражаться тому, какими жестокими и бессердечными могут быть люди.
И скорее всего про тишину, покой и печальные воспоминания придётся забыть, покуда не удастся избавиться от нежданной компании. Проще всего было бы выпить эту девочку, она верно стала бы вкусным десертом, но вампирша была не голодна… И… Забавно, но эта девочка чем-то напоминала Энгельманн ее саму в детстве. Она когда-то была такой же смышленой почемучкой, желающей знать все и про всех.
- Как тебя звать-то, чудо рыжеволосое? Начнем с этого, как минимум, - несколько устало усмехнулась Хелен, понимая, что не сможет причинить вреда этой неугомонной болтушке, которая свято верит в волшебство. И кажется совершенно не знает того, что со взрослыми следует вести себя скромнее. - Меня вот например… Меня  звать Родика. Да, я Родика, из соседней деревни. Точнее я раньше там жила, теперь уже нет.   
Имя было первым попавшимся, которое пришло на ум, только потому, что Хелен не желала говорить правды. Мало ли? Вдруг девочка вернется в деревню, начнет болтать о своей странной встрече… Лучше не рисковать, ведь люди нынче куда более смышлёные, хитрые и не так сильно боятся вампиров как раньше. Еще чего заподозрят.
- Что я тут делаю? – Вот-тут то чернокудрая вампирша опешила совершенно. Мало того, что ей на пути повстречалась порядочная фантазерка, так еще и начисто лишенная чувства такта. И что отвечать? Может все-таки правду? Про вечную жизнь, про вечные страдания во мраке ночи, про горести любви, которые пришлись на ее долю. Про живительную силу крови…В волшебников верит, значит и в вампиров может поверить. Нет уж… Незачем ей этого знать.
- Нет, я никого не жду. Тетя, ну то есть я, тут решила прогуляться, эти места много значат для меня. Вернее значили, когда-то давно. – Хелен замолкла, пытаясь связать воедино все то, что только что сама озвучила. Выходил какой-то бред. Она из соседней деревни, пошла через весь лес сюда, просто погулять? Ночью? Хотя, может быть, девчонка не заметит этих несоответствий? Не должна заметить, ведь она еще совсем ребенок малый!
- И кто же назвал тебя ведьмой? И главное за что эдак приласкал-то? – решила сменить тему разговора «Родика», присев на поваленный ствол дерева, и протягивая девочке носовой платок, который выудила из кармана.
От запаха крови кружилась немного кружилась голова, и вампирша старалась всеми силами отвести взгляд от разбитой коленки, из которой слегка сочилась кровь. Живительная рубиновая жидкость, которая дарила пусть недолгое, но облегчение от вечной неутолимой жажды…
- На, приложи к ране. Так ты мне и не сказала, чего ты тут делаешь совсем одна. В такое время тебе уже давно положено быть дома, лежать в своей теплой кроватке и видеть цветные сны.

+1

7

Рыжеволосое чудо напоследок ещё разок хлюпнуло носом, чувствуя прямо-таки вселенскую скорбь и обиду за себя любимую и совершенно невинную. Да, да, Сара искренне считала, что Лукреция - самая вздорная тётка в деревне, а Григор, который был буквально с час назад её предметом воздыхания, теперь казался ей противным и трусливым сопляком. А ведь она даже пробовала писать стихи, но к слову "любовь" подобрала только рифму "кровь", а вот к слову "Григор" адекватную рифму подобрать затруднилась. На том писательский запал и почил с миром.
- Сара меня зовут, - выдала девочка просто и бесхитростно, - Мой папа трактирщик в деревне..., - и неопределённо махнула рукой в сторону предполагаемого направления, откуда приглушённо доносились пение и смех. праздник, кажется, до сих пор был в самом разгаре. Конечно, не так ведь часто выпадает шанс от души повеселиться, забыв о вампирах.
- Очень приятно, Родика, - Сара ещё раз внимательно оглядела девушку, хотя в сгущающемся сумраке это было делать всё сложнее, - Аааа, так, значит, ты тоже приехала на свадьбу? - прищурившись, спросила девочка, обрадованная своей догадке, - Подожди, подожди... А не та ли ты Родика, на которой вместо Маженки должен был жениться Енек?! - Сара от удивления округлила и без того не маленькие глаза.
Обычно обхитрить еврея - себе дороже, но поскольку наш конкретный еврей был ещё мал, то теоретически у Хелен была на то прекрасная возможность.
Однако, странная была эта Родика. Сара слушала её речь о дорогих сердцу местах, перекатываясь с пятки на носок и чуть склонив голову на бок, явно прикидывая что-то в уме. Понятное дело, что все, кто был старше Сары более чем на два-три года, уже попадали под категорию взрослых, да вот только то, что Хелен никак нельзя было дать внешне больше, чем лет двадцать, ну, пусть даже с хвостиком, Сара могла сказать точно.
"Ага, когда-то давно, когда она тут маленькой на коленях собирала малину с ближайшего куста?" - девочка нагло улыбалась собственным мыслям. Для неё в понятие "давно" - укладывалось хотя бы лет пятьдесят, а лучше все сто или двести, здесь же вряд ли можно было уложить больше, чем десять, ну, максимум пятнадцать. Что-что, а считать Сара умела.
- А насколько давно? - хитро поинтересовалась девочка.
Ситуация всё более начинала разжигать любопытство в обладательнице этой хитрой мордашки, а уж возможность пожаловаться на недостойность одного маленького мужчины, грела душу Сарочки.
- Ай, это всё Лукреция! - обиженно махнув рукой, начала девочка, - Достали они со своими страшилками про вампиров, аж сил нет! Я с её сыном, Григором, хотела поговорить, а она решила, видимо, что я ему папину байку пересказываю или ещё что... и крапивой меня, а он... Он даже ни гу-гу! Разве ж это мужчина? В свои тринадцать надо уметь защищать ту, кого в щёчку целуешь. Даже если это делаешь за огородами, чтоб папенька не видел.
Выдавая обиженную тирраду, Сара приняла платок, но, помяв его в руках и подумав о чём-то своём, спрятала его за пояс и ответила Родике.
- Да нет же... Жалко платок-то... Надо бы сперва подорожник поискать... Он где-то тут был..., - и присела на корточки, оглядываясь по сторонам, - Правда маменька всегда говорит, что чеснок лучше подорожника помогает. Но я так не считаю. Да и воняет он знатно. А ты, Родика, любишь чеснок?

Отредактировано Sarah Chagal (24-07-2016 19:02:28)

0

8

- Красивое имя, тебе очень  идет, - как-то немного устало улыбнулась Хелен, одними только уголками губ. Что бы не приведи Господь не было видно клыков!
Эта ситуация несказанно забавляла и изумляла вечно юную венку. На какое-то мгновение вампирша даже почувствовала себя простым человеком, самой обычной смертной девушкой… Все люди бежали от нее, как от чумной, а эта рыжеволосая девочка, совсем еще дитя, даже и не думает бояться. Вон как болтает.
О свадьбе и какой-то Родике, так подло брошенной женихом. Хотя, если уж говорить начистоту, то девочка ничего не говорила про подлость, это нафантазировала уже сама фроляйн Энгельманн.
Первым побуждением Хелен было спросить, кто такие эти самые счастливая Маженка и предатель Енек, но она вовремя спохватилась. Оставалось только диву даваться, как это она так удачно угадала имя. Вот уж повезло, так повезло. 
Забавно, сколько лет как она стала вампиром, однако, как видно женская сущность неистребима. Сплетни и слухи, особенно про любовь да всяческие измены, все так же были интересны фроляйн Энгельманн.
- Ах, ничего то от тебя и не скроешь, Сара. Да, я та самая Родика, - с этими словами вампирша постаралась изобразить на лице скорбь. Это было совсем не сложно. Последние десятки лет, она только этим и занималась, и чувства  брошенной невесты-неудачницы были ей вполне себе понятны. Хотя невестой-то она никогда и не была… Но да ладно.
- Хотя в одном ты не права, на свадьбу меня никто не звал. Меня там никто не желает видеть, ну да что я толкую об этом? Ты же умненькая, стало быть, и сама догадаешься. Это я сама пришла, одним глазком, потихоньку глянуть на праздник. Посмотреть… На них… Попытаться понять, почему все так получилось.
В самый неподходящий момент Хелен взяла да и забыла, как же звать этого предателя-жениха и его новоиспеченную супругу, и чуть было не сорвала весь этот импровизированный спектакль. Но вовремя нашлась.
Трудно сказать, поверила ли ее псевдо-сетованиям маленькая Сара. Судя по хитроватой улыбке, не совсем. Но да ладно.
- Давно, это значит до появления Маженки,- поджав губы, отрезала Энгельманн, надеясь что этот суховатый ответ удовлетворит любопытство девочки.   Хотя в глубине души она в этом очень сильно сомневалась. – Мы сюда приходили с Енеком, гуляли вместе. Вот по этому эта полянка так мне и дорога…
«И отчего эта упрямая балда не хочет закрыть свою рану платком? Ах, каков соблазн! Какая ее кровь наверное сладкая, словно медовуха!» - вампирша чувствовала, как от запаха крови, у нее начинает кружиться голова. Но уж лучше терпеть эту невыносимую жажду, нежели так быстро лишить себя такого редкостного удовольствия. В глазах других быть обычным человеком…
Выслушав про злоключения Сары, Хелен только головой покачала. Она сама в тринадцать лет думала только о недоступных из-за цены фарфоровых куклах и том, как бы помочь отцу в лавке продать побольше товара. А тут уже такие страсти да амуры. Ну и конечно не обошлось без вампиров… Все беды от них. 
«А отец этой девчонки не глуп, ох не глуп. Уж он наверняка понял бы, что я есть на самом деле! Благо, предо мною не он, а всего лишь его дитя!».
- Да уж, недостойный тебе жених-то попался, раз не смог защитить от крапивы… Чеснок ненавижу, - передернулась Хелен, пытаясь вспомнить, а любила ли она его тогда, когда была простой смертной девчонкой. Это было так давно, что вампирша не могла этого вспомнить, как не силилась. Вроде любила.
Тряхнув головой, Энгельманн встала с облюбованного ствола, отойдя чуть вправо, склонилась и сорвала несколько листьев подорожника, которые в темноте Саре было увидеть практически невозможно.
- На, держи.

+1

9

"Вот это ты попала, Сара!!!" - радостно думала девочка.
Маленький, неугомонный и рыжий, как она сама, чёртик, что жил внутри Сары, радостно потирал лапки, предвкушая некую интересную историю, которая вот-вот захватит девочку с головой. Вряд ли Хелен могла предположить, насколько увлекательную пищу для пытливого ума девочки она предоставила своим случайно совпавшим обманом.
- Та самая?! - Сара аж в ладоши захлопала, - Точно-точно?! Вот это дааа! - пытливый взгляд девочки со всё более растущим интересом изучал новую знакомую. Если бы она только могла просветить, как рентгеном или же просверлить взглядом дырку, то это бы непременно случилось с вампиршей. И ещё неизвестно, кому из этих двоих повезло бы меньше всего.
Но, видимо, Хелен сумела пройти своеобразный кастинг на роль покинутой невесты, отчего юная и мечтательная леди осталась крайне удовлетворена. Хитрые мыслишки и детское бесстрашие складывались в детской голове в любопытную картинку, которую девочке нетерпелось претворить в жизнь. Конечно, ведь не каждый день в твоей деревне играют свадьбу, а на полянке в ближайшем лесочке кукует брошенная невеста. Пожалуй, именно с тех самых пор в голове Сары начала оформляться мысль о том, что верить простым деревенским парням - себе дороже. Того и гляди обманут! А её волшебник не обманет - это Сара знала точно.
Кажется,девочка совершенно не заметила резковатого тона новой знакомой. Или же чувство такта было совсем ей чуждо, но спрашивать Сара продолжила.
- А вы с ним тут... целовались? Ты по нему до сих пор скучаешь? - ответы на эти вопросы вцелом для Сары были очевидны, но гораздо интереснее было услышать их от Родики.
Сочувствие новой знакомой возвысило её в глазах рыжей ещё больше. Конечно, девушка всегда девушку поймёт, даже если разница в возрасте у вас стремительно близится к сотне лет, а то и больше. Но вопрос возраста Сару не волновал.
- Да, мама говорит, что все мужики упрямые и твердолобые бараны, - девочка кивнула с видом знатока, а потом уже тише добавила, - Она их ещё по-другому называет, но жутко ругается, когда я эти слова повторяю. А тебя родители до сих пор ругают? - поинтересовалась Сара, представляя, какую взбучку учинили брошенной Родике. Её даже стало жалко и захотелось помочь.
- А знаешь что..., - она оглядывалась по сторонам в поисках подорожника, но собственная идея манила всё сильнее.
Пожалуй, не будь Сара так увлечена ею, то заподозрила бы Хелен в притворстве, но сегодня вампирше везло. Или же...
- ...А пойдём со мной в деревню и выскажем всё этому глупому Енеку? - она подняла глаза на девушку и машинально приняла овальные листики, - Спасибо.

+1

10

От пристального взгляда этой рыжеволосой девочки становилось слегка не по себе. Словно бы она знала, понимала, что перед нею вовсе не брошенная невеста с разбитым сердцем, а хладнокровная убийца с мертвым сердцем… На мгновение Хелен подумалось, что как ни жаль, но все таки придётся эту Сару убить.
«Хотя чего ж тут жалеть? Глупости все это, да пускание слюнявых пузырей с моей стороны. В этой жизни побеждает сильнейший! И если я не желаю, а я этого не желаю, обратиться в горстку праха, то сделаю это!».
И ежу понятно, что вот в такой схватке победила бы вампирша, а рыжеволосой непоседе досталась бы печальная роль вкусненького десерта, своеобразной закуски, но… Этому не суждено было случиться. Девчонка, кажется наконец-то поверила словам Энгельманн, ну или сделала вид что поверила.
- Да, та самая, - в глубине души дочь резчика по дереву была даже рада, что так все и произошло. Одно дело напасть на какого-то молодчика, да выпить его до последней капли, таких не жалко. Но тут же совсем ребенок. Маленький и глупенький. – Точно-точно, прям та Родика, которая невеста Енека. Ну, то есть была невестой…
С этими словами Хелен попыталась изобразить на своем бледном личике вселенскую скорбь, что в принципе было делом не сложным. Тем более эта полянка, на которой они так часто встречались с Йоханом, располагала к печальным думам и воспоминаниям о быстротечном счастье, которое было ей отведено судьбой.
- Да, целовались... Я тебе даже секрет раскрою, мы тут впервые поцеловались. Он был так нежен со мною, так трепетно… - внезапно Хелен вздрогнула, понимая, что забылась и принялась делиться с этим ребенком самыми драгоценными своими воспоминаниям. Не выдуманными, а самыми что ни на есть настоящими. Верно на второй вопрос относительно скучает ли она по своей второй половинке неугомонная Сара и сама сможет найти ответ. Хелен и так уже слишком много рассказала этой девочке.
Вот почему следующую порцию вопросов от рыжеволосого чертенка, не связанного с амурными делами,  она выслушала практически с радостью. Авось отвлечется да забудет про этого Енека!
- О, ты даже не представляешь как. Знаешь, как отец разгневался? Говорил, что теперь я никому не нужна, что никогда не выйду замуж. Чуть палку об меня не сломал, я после вся в синяках ходила! Жуть просто! Вот до чего доводят все эти женихи, столько слезы да синяки, так что будь поосторожнее с ними!
Смешно было слышать из детских уст такие вот речи относительно мужчин, но одно можно было сказать наверняка – эта фрау, мать Сары, очень даже умная женщина, ну прямо как ее тетка, по приглашению которой они с отцом и приехали сюда…В Трансильванию. А потом она познакомилась с Йоханом… А потом…
Да, а прыткостью ума эта девочка явно пошла в своих родителей. Вон чего надумала! Идти в деревню! Вот этого-то для полного счастья ей и не хватало!
- Нет, нет! Это скверная идея, Сара. Очень скверная! Я может быть и пошла бы с тобой, дабы посмотреть на него, в последний раз… Но… Но мне отец сказал, что если я еще раз подойду или заговорю с Енеком, то он меня изобьёт до полусмерти.

+1

11

Сарочка принялась внимать подробностям личной жизни новоявленной Родики прямо-таки с открытым ртом. Предупреждали, да, что так нельзя, но родительский завет ещё непрочно укоренился в рыжей голове. А ведь было страсть, как интересно! Нередко Сара со своими погодками-девочками бегала на окраину деревни в весенне-летние праздники, дабы изловчиться и подглядеть, чем же там тёплыми вечерами занимается молодёжь вдали от родительских глаз, побросав в высокой траве лукошки с грибами да ягодами.
Не раз в такие моменты Сара вспоминала шутливую пастушью песню, что пели парни, поддразнивая своих зазноб:
"Повстречался девкам чуж чуженин,
Чуженинушка стар старичок,
Девки глупые с ума вы что ль сбрели,
Что за прибыль вам аукаться,
Что за радость ей откликнуться,
Вы б по кустикам пошарили,
Лель, мой Лель, мой лёли лёли, Лель."
Шарить детям в кустиках было крайне несподручно. Особо прытких ребят под дружное гиканье и смех остальных детей и визг девушек обычно выдворяли пинком парни, поэтому оставалось только додумывать, каким утехам предавались в кустиках. А тут, на тебе! Родика разговорилась! Да ненадолго, а жаль. И это самое "жаль" ясно так проступало на детской веснушчатой мордочке с лисьими глазами. Но настаивать на продолжении Сара не стала, однако, пообещала себе, что через годика два-три обязательно разузнает всю прелесть трепетных прикосновений в кустах. Она ведь уже сооовсем большая! И косы у неё длинные да густые, и грудь уже налилась немного, а талия такая, что даже подружки завистливо смотрят. Характер только не сахар, как говорит маменька! Ну, да и чёрт с ним, с характером-то! Мальчишки, что постарше, уже сейчас норовят ущипнуть за мягкое место. Им только волю дай...
Однако, в мечты Сары кособоко, но настойчиво вклинились слова новой знакомой о расправе её отца за такой поступок. Девочка аж сама сморщилась и съёжилась, представляя эту картину, будто по ней самой палкой прошлись.
- Палкой? Ух, и зверь он у тебя! - посочувствовала Сара.
"А пьет, как свинья..."
- Да не бойся ты! - махнула рукой рыжая, прикладывая к коленке подорожник, - Он же тоже там, ну, на свадьбе. Налака... ой, напился с горя и спит под лавкой. Пойдёёёём? Потанцуешь с нами, поиграешь. Посмотрят на тебя, на красавицу, и скажут, какой Енек дурачина. Ну, правда, ты ж... ох, ты ж такая... Я такой же быть хочу, вот! - она выпрямилась и отбросила через плечо свою рыжую косу, - Ты там себе точно найдёшь кого-нибудь...
Сара, конечно, думала не про поздний ужин для Хелен, но в принципе была права. Средь захмелевших крестьян на огромной свадьбе можно было легко затеряться и найти кем поживиться.
- И вообще, я тебя защитю... защищу, ой, ну, ты поняла! Пойдёёёём!!! - ныла рыжая, не сводя с Хелен умоляющего взгляда, - Вот ты мне про полянку и Енека рассказала. И я тебе тоже расскажу свой секрет, если ты со мой пойдёшь. И не думай, я не врушка! - девочка замотала головой с серьёзным видом, - Я не про стащенную помаду, русалок или домового рассказывать буду. А про волшебника! Самого настоящего! Правда, зуб даю!

+1

12

Хорошенькое личико Сары было так  сосредоточенно-внимательным, что не усмехнуться было просто невозможно. Ясное дело, ей, как и любой девочке, очень интересно было слушать про всякие лямурные истории. Тем более  из первых так сказать уст. И желательно со всеми подробностями. Благо Хелен вовремя спохватилась, рано еще этой девочке болтать на подобные теммы… Совсем рано.  
«Какая же она все-таки забавная, похожа на настороженного лисенка, которому и страшновато и в то же время любопытно!».
- Еще какой зверь, - немного рассеянно протянула дочь Энгельманна, пытаясь как можно лучше вспомнить саму себя в таком возрасте.
Нет, она всеми этими поцелуями и вздохами при свете луны она стала интересоваться намного позже. Намного. Вот после того самого бала, на котором она окончательно потеряла голову, и позволила себе забыть про все и всех, влюбиться в того, к которому следовало испытывать одно только почтение и благоговение. Но тогда то ей было восемнадцать лет.  А сколько годков Сарочке? Ну на вскидку около десяти, может чуть старше. Так и тянуло сказать: о времена, о нравы…
 - Посмотрела бы я на тебя, как бы ты не боялась, если бы тебя палкой, - хмыкнула Хелен. Безусловно, идти в деревню на праздник, танцевать и играть с молодежью она не будет. Но вот проводить это рыжее чудо-юдо до дома стоит. А то мало ли. Наткнется на еще какого вампира, или волка, или заблудится и замерзнет насмерть. Жаль ее будет.
Речи девочки о том, что она желала бы походить на Хелен, заставили вампиршу улыбнуться, пусть даже и грустною улыбкой. Ведь она уже почти не помнила своего собственного лица.
- Ладно, - окончательно сдалась вампирша, вставая с облюбованного местечка. – Пойдем… Если уж ты говоришь, что он налакался  как жирная свинья…
И тут же замолкла, понимая, что вышла из роли дочери, которая почитает и уважает своего родителя, ну или хотя бы создает такую видимость. И ведь надежды на то, что этот рыжеволосый бесенок ничего не заметит, нету. Наверняка потом все будут знать, что эта самая невезучая Родика говорила, будто ее отец сущий хряк.
- Но смотри, если отец снова меня побьёт, за то, что нарушила его приказ, то это будет целиком и полностью на твоей совести. Хотя пусть злобствует, все равно! Вот как найду себе там, какого красавца, как утащу его на эту самую полянку, как отомщу Енеку… Что он там локти кусать себе будет. Что ты там хотела мне рассказать, про какого такого волшебника?
Хелен была уверенна, что сейчас девочка начнет рассказывать ей про какого-то бродячего фокусника. Ну, или нечто вроде этого.
«Пущай болтает, мне не жалко. Послушаю... Дойдем до деревни, и я затеряюсь в толпе, а там глядишь можно будет найти вкусный ужин… И да, мне хочется взглянуть на этого самого Енека, который меняет невест как перчатки… Неужель же так хорош собой…».

+1

13

Девочка жутко обрадовалась. Просияла прямо-таки, когда поняла, что Родика больше не сопротивляется.
"Ну, конечно, это будет здорово! Подумать только! Все ребята рты пооткрывают, когда увидят её. Во-первых, она взрослая, а со мной пошла. Во-вторых, она красииииивая..."  что давал Саре этот факт, было непонятно, но он определённо был ей по душе, - "А в-третьих, в трееетьих, - это та самая Родика!"
Радостно пискнув, Сара сцапала Хелен за руку и повела проч от полянки, по всей видимости совершенно не обращая внимания на тот факт, что руки у вампирши были холодны. Да Сара, надо признаться, сама была чуточку теплее, ибо ночная прохлада в лесу ощущалась сильнее без деревенских костров и танцев до упаду.
- А ты смееелая, - протянула Сара так, будто это было наивысшей похвалой. Ей очень нравилось, что Родика решилась пойти и уж тем более, что не слушалась отца. Всё, решено, Сара точно хотела быть, как её новая подруга.
Затем уже тише снова добавила, глядя на Хелен во все глаза, - И красивая. Ну, точно как кукла фарфоровая у того бродячего торговца, что иногда забредает к нам из города...
Но, будто вспомнив, что уже взрослая почти и разговаривает со взрослой, добавила:
- А мальчишки меня дразнили... Они говорили, что Енек от Родики отказался наверное потому, что она тооооже рыжая и кривая, как я..., - наябедничала она, - А ты никакая не рыжая и не кривая. У тебя глаза не зелёные. Они всех зеленоглазых кривыми зовут и ведьмами. И вооовсе они у меня не зелёные, - обиженно протянула Сара, глядя на девушку самыми что ни на есть изумрудно-зелёными, яркими глазищами.
- Они у меня..., - девочка на секунду задумалась, едва не запнувшись об корягу. Если бы не держала Хелен за руку, то точно снова бы свалилась, - Они у меня болотные, вот, - выдала Сара.
Видимо, ей настолько надоело, что эти глупые мальчишки (да и не только они) дразнятся буквально за всё, что она была готова согласиться даже на болотный цвет глаз, лишь бы было меньше поводов для их обзываний.
- Меня папа только однажды палкой побил, потому что ремня под рукой не было. Но ему мама потом всыпала по первое число и ведром помоев облила, приговаривая "Кто ж её палкой битую замуж-то возьмёт?!" - спародировала Сара матушкин тон, - А хочешь я тебя с Дани познакомлю? - вдруг просияла Сара, - Он милый. И хороший. Он мне браслетик выковал, - похвасталась Сара незамысловатым, но милым подарком, где на гнутой металлической пластинке были видны очертания цветов, - Я б себе забрала его, но он для меня староват. А ведь сын кузнеца. Вернее отец у него последние года два пропивает всё то, что Дани зарабатывает, выполняя работу кузнеца. А пить отец стал после того, как вампиры тётю Ольгу загрызли, жену его... А ты вампиров боишься? - Сара, наконец, замолчала и выжидательно посмотрела на Родику, - Не бойся. Вот я ещё немноооого подрасту и тогда дядя волшебник придёт и научит меня всяким колдунствам. Тогда я... И летать научит! Правда!! Он сам обещал...
Сара вдруг осеклась и покраснела, как девица на выданьи. Ей жутко неловко было рассказывать всё кому-либо, даже этой своей новой знакомой, которая так нравилась. Но желание довериться хоть кому-то было сильнее страха.
- И я верю ему. Ты знаешь, он такой необычный был... Мальчишки говорят, что только вампиры ночью шатаются. Но он же не вампир! Он же меня не укусил! И к папе моему приходил да тканью и дровами. А зачем вампиру дрова? А вот и незачем, правильно! Он красивый жутко был, волосы, как смола, а глазииищи... ууу... голубые, прозрачные, как вода летом в озере. И я знаю, он придёт и я тогда обязательно замуж за него выйду...

+1

14

Неспешно бредя за неумолкающей Сарочкой, Хелен пыталась вообразить, какая же судьба ждет эту девочку? Если будет умной и осторожной, то есть шанс, что не станет лакомой закуской для детей ночи, число которых приумножалось и росло с каждым годом все больше.
Вполне вероятно, что ее родители постараются услать это рыжеволосое чудо, куда подальше отсюда. Ну, по крайней мере, судя по рассказам девочки, они весьма себе умные люди. А умные именно так и поступили бы…
В очередной раз подхватив Сару, которая вновь запнулась об какую-то корягу, Хелен вздохнула. Перестанет она когда-нибудь трещать? За последние лет сто, чернокудрая венка говорила меньше, нежели за этот вечер. А ведь хотела всего лишь предаться печально-сладостным воспоминаниям о свиданиях с фон Кролоком. Побыть наедине со своими мыслями.
Хотя чего уж там… Слушать речи о собственной красоте было всегда приятно, тем более эта девочка была совершенно искренней.
- Я не смелая, Сара, просто мне терять больше нечего, - искренне заверила Энгельманн, вспоминая, как в свою человеческую бытность она боялась темноты и летучих мышей. Да и пауков она так же опасалась. Как с писком пряталась за спину Йохана… Какой глупой и наивной она была! Верно Сара в свои десять (ну или сколько ей там было?) была более взрослой и осведомленной нежели она в восемнадцать.
- Молодец твоя матушка, - печально улыбнулась вампирша одними уголками губ и вспоминая свою покойницу мать. Она была ангелом во плоти, хотя и с тяжелой рукой, и чаще всего, когда Хелен была еще совсем ребенком доставалось ей именно от матери, а не от отца.  – Вот моя за меня заступаться и не подумала. Сказала, что поделом.
Почему-то дочь резчика по дереву была уверена в том, что если бы ее матушка была жива и прознала бы о тех слухах и сплетнях, которые когда-то ходили по деревне о ее ненаглядной дочурке и графе, точнее об их «шашнях», то палка это самое приятное, что ей пришлось бы пережить.
- И это что же ты такого сотворила, что тебя твой папенька палкой  угостил?- хотя, чего тут гадать то? Небось, ушла гулять вечером. Еще и с каким мальчонкой. А за такое не грех и палкой отходить.
А Сарочка все болтала, трещала, рассказывала. От всего этого у Хелен голова кругом шла и лучшей тактикой она посчитала поддакивать и помалкивать.   
- Ну, познакомь, познакомь… - отозвалась она, рассматривая подарок юного умельца и мысленно воображая, каков он на вкус. Верно кровь его, словно молодое игристое вино, которое пьяним своей сладостью.
Но тут же мысли о весело времяпрепровождении растаяли как ночной кошмар. А в груди шевельнулось какое-то неприятное чувство.
- Смоляные волосы и глаза словно озера?
Это бы ее Йохан, Хелен в этом не сомневалась. Сейчас Сарочка, сама того не подозревая описывала графа фон Кролока. Ее Йохана… Да-да! Ее! И более ничей! А эта маленькая дрянь тут рассуждает, как сильно она его любит, как выйдет за него замуж! Более всего сейчас Энгельманн хотелось вцепиться в шею этой девчонки, испить ее до последней капли. Но через сотую долю секунды весь гневный запал вампирши пропал.
«Хотя, о чем это я? Мой Йохан умер почти триста лет назад. Моего Йохана, такого родного и любимого, с лучистыми небесно-голубыми глазами, давно уже нет. Есть холодный и чужой граф фон Кролок, который даровав мне вечность, разбил мое сердце…» .
- Верно, он был очень красив собой… - вампирша собрала всю свою волю в кулак и постаралась весело посмотреть на свою собеседницу. – Но уж точно не так хорош, как мой милый Енек… Ну то есть теперь то он уж не мой…

+1

15

Сара была настолько увлечена разговором, а вернее монологом, со своей взрослой подругой (именно подругой и никак не меньше), что вполне могла бы ещё и лбом вписаться в какую-нибудь ветку или ствол дерева, если бы не Хелен, которая своевременно успевала подхватывать девочку да и видела в темноте лучше, чем человек.
- Родика, ну, как же нечего? Разве ты ни о чём не мечтаешь? - удивлённо спросила Сарочка, - Да наплюй ты на этого Енека! Ни один парень не стоит того, чтоб из-за него отказываться от мечты. Если ты, конечно, не мечтаешь выйти замуж и растить детей. Я, например, мечтаю о другом... Правда, пока не совсем определилась о чём именно. Я хочу путешествовать, а ещё хочу волшебствовать. Но одно другому же не мешает, ведь правда? Так чего бы ты хотела?
Отчего-то после тех слов Хелен о том, что её больше нечего терять, внутри Сары что-то сжалось и тихонько кольнуло. Она ещё не знала, что такое интуитивно сочувствовать кому-либо, но понимала, что слова девушки не пустой звук, а что-то важное, идущее из глубины. Она немного притормозила, как-то так очень внимательно и серьёзно взглянула на свою спутницу и чуть сжала её ладонь.
Где-то вдалеке уже виднелись огни деревни, слышались музыка и смех. Народ от души гулял, пользуясь такой редкой возможностью - забыться и отрешиться ото всех страхов и забот, будто в первый и последний раз. И, возможно, для кого-то этот раз действительно может стать последним.
- Так вот когда я с волшебником ушла, тогда и угостил. Хватился, когда понял, что во дворе меня не было, - равнодушно пожала плечами Сара, - А ещё... Слушай, Родика, а ты знаешь, куда ведёт та тропинка через поле? Ну, такая... одна она. Там не ходит никто почти. Говорят, она к старому замку ведёт. Это правда?
Счастье Хелен кончилось, когда Сара решила начать не просто самой говорить, но и спрашивать, понимая, что Родика может знать куда больше неё самой.

+2

16

А рыжеволосое чудо, которое величали Сарочкой,  все болтала и болтала, и казалось, конца-края не будет этому. Никогда. Хелен только и успевала подхватывать девчонку, что бы она не споткнулась об какую корягу, не расшибла себе лба или нос. Не подумайте, что из-за особого человеколюбия или особой симпатии именно к этой девочке… Просто запаха теплой свежей крови вампирша не перенесла бы.
- Да вру, конечно, - заверила Хелен, в очередной раз подхватывая не в меру вертлявого  ребенка. – Конечно, у меня есть мечта. Я мечтаю, что бы Енек страдал так же сильно как я. Что бы его сердце было разбито на тысячи мелких кусочков, а я бы проходила мимо, и делала вид, будто не вижу его.
Еще она искренняя правда, идущая от самого сердца. Мертвого, давно переставшего биться, но самая настоящая правда. Хоть на священном писании клянись.  Хелен очень хотела бы заставить Йохана страдать точно так же, как она все эти триста лет. Что бы он так же мучился от мук разбитого сердца, так же как и она. Что бы он задавался вопросом, почему? За что? Увы, это было невозможно и не реально.
- Тропинка через лес? – мысленно Энгельманн чертыхнулась, проклиная это нездоровое любопытство девчонки. Правильно ее отец палкой отходил. То она на ее возлюбленного заглядывалась, то по лесным тропинкам бегала… Там где опаснее всего.
«Я бы на месте ее родителей двери бы заколотила и вообще ее из дома не пускала. Пусть бы вон в окошко любовалась на небо да леса. Хотя эта шельма ведь и через окошко может убежать! Может… Да убежит, как пить дать!».
- Не знаю я, что это за тропинка. Вернее тропинку то знаю, но никогда не ходила по ней. Мне отец сказал, что убьет, если я в ту сторону пойду гулять, - чернокудрая венка примолкла, понимая, что эти ее речи не отобьют охоту у Сарочки гулять по опасным местам. – Да и потом, зачем туда ходить? Куда интереснее с Енеком, да на лужайке… Особенно когда лето и тепло, хотя когда было холодно, ух как он согревал…
По ее мнению такие вот речи должны были бы отвлечь слишком у прыткую девицу от старинного замка и волшебников. Уж лучше пусть обжимается в кустах с деревенскими мальчишками. Сохраннее будет.

+1

17

- Хммм..., - Сара не на шутку задумалась, и если бы Хелен не подхватила её, то девочка наверняка бы набила себе на лбу здоровую шишку, поскользнувшись на мягкой глинистой почве, - А ты не думала его... как это... "Уку... ой, ну, чего это я! Она ж человек..." - рыжую иногда ужасно расстраивало то, что она сама является человеком, а не вампиром. Хотя, впрочем, это не отменяло того факта, что многие обидчики девочки были не раз покусаны, пока та была помладше. Но, конечно, не вампирским, а вполне прозаичным способом.
- О! Приворожить. Вот! - довольная своей догадкой девочка просияла и взглянула на спутницу, - Говорят за старым кладбищем живёт знахарка. Она всё умеет. Правда взрослые её боятся и ведьмой называют, а ребята дорогу на старое кладбище не знают. Слуууушай..., - Сарочка остановилась, заворожённая своей внезапной догадкой, - А что если та тропинка и ведёт на кладбище?!
Эта мысль так вдохновила рыжую непоседу, что она даже забыла похвастаться новой подруге, насколько она взрослая и осведомлённая тем, что там молодёжь тёплыми ночами делает на лужайке в высокой траве. Сара с ребятами уже не одну весну на спор бегала подглядывать, и хоть смущение мешало подобраться слишком близко и разглядеть всё в деталях, как это на спор делали мальчишки, ей было забавно послушать звуки возни, вздохи, приглушённые разговоры и смущённый смех в траве. Правда она сперва думала, что парни там щекочут, не отпускают и тискают бедных девушек, но это она тогда совсем маленькая была и глупая. А сейчас она уже знала, что девушек никто не держит, они и сами не прочь пообниматься да поцеловаться в укромном месте.
Только в укромном ли? Парни не раз строили из себя рыцарей, хлёсткой веткой или крапивой разгоняя самых любопытных, кто норовил занять первые ряды, чтобы посмотреть поближе сию любовную пьесу.
- Слушай, Родика, а давай туда сходим? Вот прям сейчас...
"А что, время самое лучшее! Ведьмы же ночами не спят..." - сдерживая зевок, думала девочка.
- Сараааа! Сааааааррааа! - раздалось где-то неподалёку.
- Ой, это папенька... - задумчиво прошептала рыжая. Возвращаться ей как-то совсем расхотелось, ведь ведьма, старое кладбище и тропинка были крайне заманчивой перспективой для юной непоседы.

+2

18

- Приворожить не пробовала, вот ей-ей! – Совершенно искренне воскликнула фроляйн Энгельманн, теперь цепко держа девочку за шиворот, что бы она вновь не упала. Раз уж взялась доставать дите в отчий дом (ну или хотя бы в деревню) в целости и сохранности, стало быть надобно выполнять собственное обещание. Хотя желания придушить Сарочку, ну хотя бы слегка, за те слова про ее Йохана, не убавилось. А рыжеволосая в это время продолжала болтать, почти без умолку.
«Вот откуда она столько всего знает? И про привороты, и про ведьм… Свалилось это рыжеволосое несчастье мне на голову, вот прямо чую за все мои грехи! Свалилось и мучает! А ведь ночь обещала быть такой спокойной и прекрасной!».
- А зачем теперь все это, Сара? – Пожала плечами Хелен, силком оттаскивая девочку подальше от той самой тропинки, которая так завладела фантазией неугомонной девчонки. - Теперь поздно мне идти к ведьме и просить о привороте. Хотя пойти к старухе и попросить о том, что бы он страдал, очень даже можно было бы.
На интуитивном уровне вампирша понимала, что если она сейчас откажется идти со своей «подружкой» к знахарке, то эта маленькая чума сама побежит туда. Стало быть, надо навешать лапши на уши, как минимум постараться сделать это. И как же кстати всполошился папашка этой девочки! От счастья Хелен с радостью расцеловала бы этого трактирщика, как его там звать. Шагал?
- Сходить очень даже можно, но уж точно не сегодня. Тебя вон зовут-ищут.  Да и сегодня мне с этой ведуньей нечем расплатиться. Давай поступим так, сейчас пойдем на праздник, только по отдельности. Мне сейчас лишнее внимание не к чему, сама понимаешь, уже совсем взрослая. Если меня там увидит мой отец, мне будет несдобровать. Ты беги первая, успокой папашку своего, что бы вновь палкой не схлопотать, а я чуть позднее приду. Краем глаза посмотрю на Енека, а ты потом познакомишь меня с Дани, как и обещала. Хорошо? А там и договоримся, когда пойдем к ведьме. Согласна?

+2

19

Эх, взрослые! С возрастом в них умирает дух авантюризма. Ну, да, тут либо он умирает, либо ты не доживаешь до тех пор, когда он умрёт. Правда, в некоторых случаях бывает, что человек взрослеет, но приключения везде ищет на все части тела. Или они сами его находят. И Сарочка пока не знала, что именно так и будет, когда она вырастет. Также не знала она и того, что её спутнице уже столько лет, что весь её дух авантюризма выветрился где-то в стенах старинного замка.
- Зачем? Ну, не знаю... - девочка пожала худенькими плечиками и призадумалась, - А от этого не должно быть меньше обидно?
По своей детской наивности рыжая ещё и не предполагала, что есть на свете такие вещи, от которых месть - это не панацея. Она не избавляет от боли, а власть, которую мы можем получить благодаря этому, не приносит удовлетворения и не возвращает нам тех, кто нам дорог. Не возвращает нам любимых прежними, как укус вампира не возвращает мёртвого к полноценной жизни, давая взамен лишь жалкое подобие, которое некоторые пытаются выдать за высшее благо. Возможно, благом она является только тогда, когда ты сам и при жизни-то никогда не жил. Увы, но Саре было не оценить утраты Хелен. Если она и могла хотя бы примерно вообразить себе, каково терять любимого человека, то потеря жизни и замена её вечностью со всеми сопутствующими душевными терзаниями будет ещё очень долгое время неизвестна для Сары.
Шагал пошёл за ней совсем не вовремя. Сара любила папеньку, но вот сейчас он своими криками мог распугать не только лесную живность и вампиров, но и окончательно спугнул Родику.
- А ты не обманешь? Ты точно придёшь? - недоверчиво насупилась Сара.
Она знала, что скорее всего новая знакомая, если и пойдёт в деревню следом, то вот будет ли искать девочку - это большой вопрос.
- Да здесь я, здесь! - крикнула она в сторону, откуда доносился голос Шагала, а затем обратилась к Родике, - Мы будем около трактира. Его не сложно отыскать. Там всегда людно. Да я-то согласна... - девочка поковыряла носком туфли землю, - ...Только вы, взрослые, нечасто держите своё слово.
Шагал ей тоже много чело обещал. Да и маменька. И вообще Саре жутко не хотелось взрослеть, поскольку взрослые казались ей такими странными: они умудрялись делать поблему на пустом месте, обманывать друг друга и забывать обещания, а ей казалось, что где-то там далеко-далеко за горизонтом есть другие люди и другая жизнь. Ну, возможно, не так далеко, а вот хотя бы, если пойти по той тропинке...
- Сааара! Где ты, негодница?!
- Да иду я! - совсем, как взрослая, огрызнулась девочка, а затем снова обратилась к Родике, уже направляясь сквозь заросли на голос отца, - Надеюсь, мы всё-таки увидимся, Родика...

+1

20

Рассуждения Сары Шагал про месть и обиду были по детски наивными, но, что самое забавное Хелен была отчасти с ними согласна. Верно какая-то крошечная частичка той прежней Хелен Энгельманн, которая была влюблена и порхала от счастья, забывала про все и всех кроме своего любимого, все еще была жива в проклятой душе вампирши. Та юная и порывистая деревенская девочка, которая если любила, то всем сердцем, если мстила то от всей души… Та девочка, какой она была когда-то давно, и которая никак не хотела исчезать с течением времени.
Ах, с каким бы удовольствием она заставила страдать Йохана. Что бы он мучился, так же как и она! Что бы аж  дышать было больно, что бы… Что бы жажда крови, иссушающая любого вампира, которую невозможно было утолить, казалась ему сущей глупостью.
«Ради такого я пошла к этой старухе, про которую толкует девчонка, если бы и сама не была сущей ведьмой, проклятой убийцей, которая живет только благодаря крови других, невинных людей! Да и потом… Кого я пытаюсь обмануть? Саму себя? Ведь прекрасно понимаю, что не смогла бы я причинить боль ему. Слишком сильна моя любовь! Верно такова моя доля, любить и вечно страдать в ночном мраке…».
От этого страшного слова – вечно – Хелен тяжко вздохнула. Вечность это страшно, очень и очень страшно.
Но вот маленькой Сарочке про это знать совершенно не обязательно. Рано или поздно эта девочка повзрослеет и сама поймет, что месть не всегда есть благо. Она не поможет склеить разбитое вдребезги сердце, забыть предательство… Особенно если любовь все еще живет в тебе.
- Обещаю тебе Сара, мы еще непременно увидимся, - заверила девочку вампирша, про себя подумав, что эти слова звучат практически как угроза. – Беги же, беги к отцу.
И только дождавшись, покуда это юное рыжеволосое бесстрашное недоразумение скрылось из вида, чернокудрая венка повела плечами, словно бы замерзла.  
Жажда крови терзала ее, но сердце измученное переживаниями и горестями прошедшей любви мучало фроляйн куда больше.
 В какую-то секунду Хелен поняла, что просто не сможет смотреть на счастливых влюбленных, которые сегодня так шумно праздновали свою свадьбу в деревне…
Да и нарываться на общество Сары тоже сомнительное удовольствие. Еще раз выслушивать про то, как она влюблена в таинственного волшебника? Нет уж, увольте!
Вот почему первая жертва графа фон Кролока резко развернувшись, торопливо пошла по направлению к замку... Вполне вероятно, что по дороге ей встретится какой-то заплутавший путник, кровью которого она сможет облегчить свой пробудившийся голод.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Репетиции "Tanz der Vampire" » Только каменное сердце не болит