17 октября. La Francophonie шесть лет! Мы от всей души поздравляем всех, кто отмечает этот день с нами или просто неравнодушен к форуму и заглянул на огонек!
Обновлены игроки месяца.

15 октября. Обновлены посты недели.

12 октября. Поздравляем с днем рождения Куколя!

16 сентября. Подведены итоги голосования Звезда сезона: лето 2018. Ура победителям!

1 сентября. Коротко о том, что происходит на осенней Франкофонии: объявление.

Adalinda Verlage Музыка и действо, что должно было и развернуться на сцене, беспокоили ее в последнюю очередь, потому что главный спектакль разворачивался не там. Сейчас бы наоборот усадить завершавших последние приготовления артистов в зал, а на сцену подняться супругам Ферлаге и этому паршивцу Маркусу. Сюжеты про неверных мужей и жен, а также их любовников, всегда в ходу, вот только в большинстве своем комедийные, в которых ни один здравомыслящий человек не пожелал бы оказаться. [ читать полностью ]

Tybalt На углу его нагнала смуглая, словно мавританка, служанка портнихи, у которой и сам Тибальт заказывал рубашки, пробормотала скороговоркой, что уж утомилась ждать и сунула ему записку, с благодарной улыбкой приняв монетку за усердие и готовность подождать еще, пока веронец прочтет послание. [ читать полностью ]

Kit Collum Она пришла сюда одна. Намеренно. Пряталась. Хм… Так она что, охотница? «О, нет-нет-нет», - взмолился про себя Коллум. Он был из тех мужчин, считавших, что охота на вампиров – не женское дело. Слишком уж это непростое занятие – нести смерть бессмертным тварям, постоянно видеть дело рук их (и клыков), рисковать собственной жизнью каждый миг во время охоты. Не всякий мужчина способен на такое. Что уж говорить о женщине. [ читать полностью ]

Le Fantome Эрик довольно улыбнулся. При этом взгляд его оставался холодным, как у змеи. Теперь декорация, наверняка, рухнет прямо сцену. И, если повезет (если он все верно рассчитал), то накроет Карлотту. А если не накроет, то хотя бы перепугает до икоты. Ох, и поистерит тогда примадонна! [ читать полностью ]

Koukol И вот теперь он – Куколь. Ооо, именем парень особо гордился! Ведь ему всю его жизнь твердили, что такой как он имени просто недостоин. Зачем уроду имя... А тут! И имя дали, и в услужение взяли! А слуга-то он у поистине невероятных господ. Он живет в огромном замке, его боится вся округа (да что уж там, он бы и сам себя боялся, будь он на их месте). А главное – он свободен! Никаких больше насмешек. Никакой больше клетки. [ читать полностью ]
Antonio Salieri
Graf von Krolock
Главный администратор
Мастер игры Mozart: l'opera rock
Dura lex, sed lex


Franz Rosenberg
Herbert von Krolock
Дипломатичный администратор
Мастер игры Tanz der Vampire
Мастер событий

Juliette Capulet
Мастер игры Romeo et Juliette

Willem von Becker
Matthias Frey
Мастер игры Dracula,
l'amour plus fort que la mort
Модератор игры Mozart: l'opera rock


Le Fantome
Мастер игры Le Fantome de l'opera
Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта! Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Mozart: сцена » Caught in the act


Caught in the act

Сообщений 1 страница 21 из 21

1

● Название эпизода: Caught in the act/Поймана с поличным
● Место и время действия: 28 июля 1782 г., улицы Вены, ближе к вечеру.
● Участники: Loreen, Julien-Philippe Bertlen
● Синопсис: После знакомства с Томашем, Жюльен-Филипп стал периодически появляться в трактире, где тот работал, а так же гулять по кварталу, с интересом наблюдая за жизнью местных жителей. Во время одной из таких прогулок его заметила Лорин и решила, что с богатенького мальчика не убудет, если позаимствовать у него из кармана десяток-другой монет без его ведома.

+1

2

Каждый новый день начинался для Жюльена-Филиппа с одной простой по содержанию, но непростой в решении мысли: как удрать от тетушки на этот раз. Тем более, что после инцидента с дракой та как-то особенно рассвирепела и вот уже две недели не оставляла внучатого племянника в покое ни на минуту, если только у нее была такая возможность. Когда же возможности не было, роль охраны выполняли слуги, знакомые, случайные визитеры... В общем, все, кому только (не)посчастливилось оказаться в доме в тот момент, когда у старушки оказывались дела, не позволяющие приглядеть за нерадивым родственником. Поначалу ревностная блюстительница дисциплины еще утруждалась поиском предлогов, чтобы удержать юношу в безопасных стенах дома, а знакомым дать внешне приличную причину для присмотра за мальчиком. Через неделю женщина сдалась и уже напрямую заявила Жюльену, что отныне самое его увлекательное путешествие будет до института и обратно как только начнутся лекции. До тех же пор юноше снисходительно позволялось лишь сопровождать родственницу по ее неотложным делам, большинство из которых заключалось в нанесении бессмысленных визитов престарелым подружкам и перемывании костей знакомым за рукоделием. И если до инцидента в трактире юношу представляли порой с некой гордостью, то после (тем более, что ссадины и отек на лице прошли далеко не сразу) исключительно неохотно и словно бы извиняясь за его присутствие в ее жизни. Оставалось только удивляться тому, что она не отправила его сразу же домой. Интересно, что же такого написал ей отец в письме, что она так терпеливо переносила все эти, разумеется, невозможные тяготы содержания мальчика в доме.
Тем не менее, несмотря на усиленный контроль, Жюльен-Филипп всё-таки умудрялся выбираться из дому подышать хотя бы раз в несколько дней. Временами под очень, ну очень благовидными предлогами, а временами при помощи простого и совершенно бессовестного вранья. И каждый раз оставалось только молиться о том, чтобы на этот раз надзирательница ничего не заподозрила.
Разумеется, в большинство своих "отлучек" юноша отправлялся в уже известный ему квартал города и чаще всего в тот трактир, с которого начались его так называемые "приключения" в Вене. Пусть квартал был и не из самых привлекательных, но Бертлену нравилось наблюдать за жизнью людей, так отличающейся от его собственной.
Нет, он отнюдь не идеализировал условия, в которых жили местные, но каждый раз бродя по узеньким улочкам, периодически оглядываясь, чтобы никакая подозрительная тень не увязалась следом, он никогда не мог удержаться от того, чтобы мельком заглянуть в окно, в витрину лавки, остановиться у уличного лотка... И всё пытаясь вообразить - какого же живется этим людям.
Он старался быть осторожным и больше не ввязываться в передряги, но не мог не заметить, что его присутствие никогда не оставалось незамеченным. По одежде (отличавшейся не только стоимостью, но иногда и фасоном: часть вещей была сшита в соответствии с парижской модой), осанке, манерам было сразу видно, что человек этот не из местных. У одних он вызывал любопытство, у других раздражение, но редко когда удавалось пройти по улицам, чтобы никто не оглянулся вслед.
Сегодня в квартале было оживленно. Жюльен-Филипп неспешно двигался вдоль одной из улиц, по привычке разглядывая дома, лавочки и иногда сталкиваясь с прохожими и слыша вслед нецензурные выражения. Интересно, если свернуть за угол, он выйдет на улицу с трактиром или там очередной тупик?

+1

3

День не задался с самого утра. Сбегая по шаткой лестнице со своего чердака, Лорин неудачно подвернула ногу, потянув связки, из-за чего танцевать на площади было больно. Девушка морщилась всякий раз, как ей следовало подпрыгнуть, совершая очередное танцевальное па или резко развернуться, кружась. Из-за травмы, на ее взгляд, танец получался слишком тяжеловесным, и Лорин едва смогла закончить выступление. Нога к тому времени заметно отекла. Зрители, вяло поаплодировав, стали расходиться, а танцовщица заглянула в косынку. На ней лежало несколько медяков и пара серебряных монеток. Она почти ничего не заработала. Скверно. А через пару дней ей надо платить фрау Шпиегль за свой чердак. Хозяйка очень не любит, когда жильцы не могут заплатить вовремя. Вопрос: «Где взять денег?» стал для Лорин в этот момент жизненно важным. На танцы надеяться не приходилось. Судя по нарастающей в ноге боли, завтра она уже не сможет танцевать. Хорошо, если будет в состоянии ходить вообще!
Слегка прихрамывая, Лорин направлялась домой. Бубен, прицепленный к поясу, глухо позвякивал, но девушка, погруженная в свои невеселые мысли, его не слышала. И когда под ноги ей бросился юркий мальчуган, едва успела остановиться, иначе на земле оказались бы оба.
- Господи, Ари, ну разве можно так делать! – Лорин смерила недовольным взглядом мальчишку. Худенький, одет крайне бедно, белобрысые волосы торчат клоками, говорят, хозяин трактира, где прислуживает Ари, любит таскать его за вихры по поводу и без него. Просто, если настроение плохое.
- Я видел, ты грустная идешь, хотел пошутить и отвлечь тебя. – Виновато хлюпнул носом мальчишка. Глядя в его карие глаза-бусины, Лорин вздохнула. Странные у местных ребят способы развлечься. Но и сердиться на них нельзя. Отвлечь он хотел, надо же!
- Чего ты такая грустная, а, сестрица? – Ари крутился вокруг нее, заглядывая в глаза.
- Мне за жилье платить нечем. - Нехотя призналась Лорин. – Танцевать не могу, ногу подвернула.
Странно, но говорить о своих проблемах с уличными беспризорниками ей было легко, танцовщица точно знала, что они ее поймут. Мальчишки, привыкшие выживать, рано взрослели. И все были ей, выросшей на улице, братьями.
- Ло, ты шутишь? – Ари не доходивший Лорин даже до плеча, смотрел на девушку снизу вверх, как на умственно отсталую. – Тебе что, кроме танцев заработать нечем? Ты же сама учила меня воровать кошельки у господ! Смотри-ка, вон как раз один идет! – Мальчишка дернул танцовщицу за рукав, и она увидела молодого человека, в облике которого все так и намекало, он – птица другого полета. «Да, Ари прав. Из благородных, похоже. Каким ветром его сюда занесло?».
- Сестренка, он в сторону трактира идет. – Шептал, прищурившись, Ари. – Иди за ним. У него, наверняка, полон кошель звонких монет! Ну!
Лорин вздохнула. Воровать, тем более, у такого молоденького парнишки, ей очень не хотелось. Но Ари верно подметил – это ее шанс добыть денег, чтобы заплатить за жилье. Что юноша? Прогуляет все с барышнями за пару дней, а ей – крыша над головой на целый месяц. Кому эти деньги нужнее? Вот, то-то же. Этого было достаточно, чтобы Лорин пошла следом за юношей, стараясь держаться на приличном расстоянии, чтобы он не заметил ее раньше времени. В этой своей модной одежде он выделялся среди местных жителей как павлин среди ворон, неудивительно, что его тут особо не жаловали. Пару раз Лорин пришлось погрозить местным шалопаям кулаком, чтобы они знали – этот лакомый кусочек уже на крючке. Танцовщицу здесь хорошо знали, поэтому никто не решился помешать ей. Шаг за шагом она шла за своей жертвой, в любой момент готовая разыграть перед ним целый спектакль, в зависимости от ситуации.
«Если обернется и заметит меня, предложу ему погадать или просто уболтаю, а потом обчищу. Если дойдет до трактира (тут осталась-то пара шагов!), я избавлю его от лишней тяжести в виде кошелька там», - решила Лорин, в очередной раз поморщившись от боли в поврежденной ноге.

+1

4

К трактиру Жюльен так и не вышел. Он не переставал удивляться тому, как ловко здесь переплетаются улочки. Наверное, это такой  своего рода рай для уличных воришек: всегда есть, куда юркнуть, оставшись незамеченным. Хотя вряд ли здесь часто появляется хоть кто-нибудь, у кого было бы что красть.
У молодого Бертлена было что красть. Поэтому оказываясь в подобных закоулках, он всегда старался соблюдать внимательность и осторожность. Вот и сейчас ему показалось, что за ним кто-то идет уже довольно продолжительное время. Однако обернувшись, юноша не заметил ничего подозрительного. Всё те же спешащие каждый по своим делам люди. Кто-то с охапками вещей, кто-то с пустыми руками или тонкой котомкой в руках, кто-то одет поприличнее, на ком-то лохмотья. Большинство из них обгоняли его, стоило ему замедлить шаг. Иногда еще и подпихивали и осыпали градом ругательств.
На секунду юноше показалось, что один из силуэтов, изящный, с личиком прелестной девушки, уже попадался ему сегодня на глаза, однако когда он обернулся во второй раз, девушки уже и след простыл. Если бы мир уже успел открыть такое явление как паранойя, Бертлен бы не замедлил себя в нем обвинить.
"Померещилось, что ли?"
Впрочем, чего только не примерещится на этих улицах. Этим ему здесь и нравилось. В отличие от чинных улиц центральных районов, по которым только неспешно прогуливались знатные господа и дамы, все как один (или одна) одетые по последним велениям моды и оттого совершенно одинаковые, как бы каждый из них ни старался приукрасить собственный костюм, здесь можно было встретить кого угодно и что угодно. Не говоря уже о том, что события здесь сменяли одно другое за считанные доли секунды.
Вот и сейчас дома неохотно расступились, и юноша вышел на небольшую, совсем крохотную в масштабах города площадь, на которой толпился народ. Вытянув шею, Жюльен попытался рассмотреть, что же происходило впереди. Не то представление уличных артистов, не то какая-то свара. Даже при высоком росте Бертлена увидеть что-то было проблематично. Судя по выкрикам, всё-таки была свара. Но народ лишь подтягивался к месту происшествия и напирал, не глядя на окружающих.
Через какое-то время толпа протолкнула его чуть дальше, и он разглядел, что улицу, проходящую площадь насквозь, перегородил воз, на котором, видимо, везли продукты на продажу. Жюльен не мог предположить, что послужило причиной остановки телеги, но та явно нарушила передвижение во всем квартале и все те, кто хотел быстро проскочить через площадь и продолжить свой путь, стали невольными свидетелями перепалки хозяина повозки и человека, принадлежность которого к какой-либо профессии юноша определить не мог.
Смотреть на перепалку ему совершенно не хотелось, тем более, что у него еще было достаточно времени до встречи с Томашем, чтобы не торопясь обогнуть площадь какими-нибудь окольными улочками. Проблема была лишь в том, что он оказался буквально заперт в толпе зевак. Юноша начал медленно продвигаться в сторону хоть какого-то выхода, но непривычный к столпотворениям, двигался он медленно, а люди дергали его за одежду, толкали, посылали ему вслед угрозы и недовольные выкрики. Поначалу Бертлен еще извинялся по привычке, но с его неумением передвигаться в толпе и количеством задетого им народу это занятие очень скоро показалось ему бессмысленным.

+1

5

Лорин шла за благородным кавалером след в след. Она не сводила с него чуть прищуренных глаз, и когда он оборачивался, тут же отступала в переулки или смешивалась с народом.
В эти моменты она боялась, что упустит свою жертву. Здешние улочки, короткие и изломанные, имели множество ответвлений и переулков, в них было легко затеряться. С одной стороны, это даже хорошо, когда уходишь от жандармов, например. Но не сейчас, когда Лорин очень нужны деньги, и она ведет свой будущий кошелек, точнее, его нынешнего обладателя туда, где его можно тихо обчистить.
В трактир он не свернул. То ли не знал, где находится питейное заведение, то ли решил пойти туда более длинной дорогой. Лорин вздохнула, стараясь не замечать болезненной пульсации в ноге. Час от часу не легче. В трактире было бы проще всего вытащить у него кошелек. А теперь осталось лишь ждать удобный случай. Что ж, она подождет. Не впервой. Тем более что выхода все равно другого нет. У здешних обитателей взять нечего, а благородных господ сюда не часто заносит. Это ее шанс, правильно Ари сказал. Только сколько еще ей придется за ним так таскаться, да еще хромая, неизвестно.
Они, тем временем, приближались к местной площади. В отличие от других городских площадей здесь чаще можно было увидеть потасовки между враждующими местными бандами, чем выступление артистов. Судя по нарастающему шуму, в этот момент там как раз происходила очередная драка. Народ из близлежащих хибар стекался по узким улочкам поглазеть на это действо. Что и говорить, развлечения у здешних обитателей были весьма специфическими. Они могли криками поддерживать дерущихся, а когда драка заканчивалась, просто разойтись по своим делам, не обращая внимания на лежащих под ногами окровавленных раненых или даже убитых. Каждый сам за себя – закон улицы. Лорин тоже привыкла жить по нему. Если она с бандой уличных мальчишек участвовала в налете на какую-нибудь торговую лавку, попадая в облаву, устроенную жандармами, каждый рассчитывал только на себя. Никто не считал это подлостью или жестокостью. Обычным законом выживания, законом улицы.
По мере приближения к площади, толпа нарастала. Народ волновался, главным образом из-за того, что не может лучше увидеть драку. Лорин тоже было ничего не видно. Но ей это и не нужно особо. Она не любила подобные развлечения. Скорее всего, банда Миро Олафсона решила проучить кого-то из своих конкурентов. Кажется, танцовщица слышала, как об этом переговаривались в толпе, когда пробиралась сквозь нее, стараясь не потерять из вида свою жертву. Ей нужно подобраться к нему поближе. И тогда все будет совсем просто. Обычная ловкость рук и немного везения. Она проделывала это десятки раз и никогда еще не попадалась.
Толпа волновалась, впереди слышались крики и ругань. Кто-то наступил Лорин на ногу, она зашипела, точно рассерженная кошка. Двинула кого-то локтем в бок и нырнула в самую гущу. А когда осмотрелась, юноши впереди уже не было. «Неужели я его потеряла?», - ужаснулась девушка. Но расстроиться она не успела, впереди опять замаячил знакомый затылок. Видимо, народная масса просто оттеснила его в сторону. «Пора действовать, иначе я его точно упущу», - решила про себя танцовщица, размышляя, где у юноши может быть кошель. В кармане, скорее всего. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы продумать свои действия и выстроить план.
Сначала надо догнать его. Толпа разделяла их все больше. Лорин активно заработала локтями, прокладывая себе дорогу к желанному кошельку. И вот она уже едва не дышит его обладателю в затылок. Кругом волнуются и шумят люди. Внимание всех приковано к центральной части площади. Лучше момента не придумаешь.
Танцовщица прикусила губу и протянула руку к карману, где, по ее расчету, у этого франта должен был находиться кошелек. «Он здесь!». Тонкие ловкие пальцы пробрались внутрь, ощущая мягкую ткань кошеля и сквозь нее округлые очертания монет. Подцепили и осторожно потянули вверх, в этот момент Лорин даже не дышала. До успешного завершения ее авантюры оставалось всего ничего – вытащить кошель из кармана и затеряться в толпе.

+1

6

Через несколько минут неспешного, но крайне неприятного продвижения в толпе, Жюльен-Филипп начал понемногу раздражаться.
"И что они все здесь забыли? Можно подумать, перепалка, пусть даже с дракой, это такое редкое явление, особенно здесь. Или как будто бы смотреть на это приятно. Сидели бы по своим домам, шли бы по делам, нет же, набились так, будто эти разборки - премьерный спектакль Камеди Франсез".
Быстро забыв о привычной вежливости, которая оказалась здесь совершенно неуместна и бесполезна, он начал прокладывать путь локтями, чувствуя себя при этом крайне странно. В его жизни даже если тебе доводилось оказаться посреди толпы народу, было принято многозначительно покашливать, просить позволения пройти (после чего человек, как правило, испуганно отскакивал в сторону, опасаясь, что доставил вам неудобство), извиняться за причиненное неудобство, благодарить за оказанную любезность... И так далее, так далее. Стоит ли объяснять, почему подобный метод поведения здесь не работал от слова совсем? Хорошо еще у виска никто не крутил. Хотя, может, и крутили...
Работать локтями удавалось тоже не особо продуктивно. Вбитые за долгие годы глубоко в подкорку привычки вежливого тона говорили Жюльену, что вообще-то пихать людей локтями невежливо, более того, вульгарно, им ведь от этого неприятно. И если потенциальное общественное мнение (которого здесь уж точно можно было не опасаться) его волновало мало, то осознание того, что толчок острым локтем - вещь достаточно ощутимая, мешало ему продвигаться быстро.
Горожане же в свою очередь ничуть не стеснялись пихаться, толкаться, цеплять за одежду и посылать вслед мелкие проклятия и смачные ругательства. Многие из которых были весьма оскорбительны и пару раз даже заставили юношу замереть, сжимая кулаки и убеждая себя в том, что со всеми он разобраться всё равно не сможет да и не надо ему это, обращать еще внимание на бред всякого сброда. Лучше бы за камзолом приглядывал, а то неровен час снова оторвут какую-нибудь очередную пуговичку из последних модных ухищрений или тесемку, "за которую, между прочим, немалая сумма была отдана!" (эти слова тети, произнесенные высоким тоном с очень сварливой интонацией еще долго звучали в ушах молодого Бертлена после случая в трактире и он еще удивлялся, как эта фраза еще не преследовала его в кошмарных снах) и объясняйся потом снова с тетушкой, где ты был, да что ты делал, да почему выглядишь так неопрятно. Впрочем, насчет последнего уже ничего нельзя было поделать, так как прогулки по запруженной народом площади уж никак не способствуют приличному внешнему виду.
Юноша уже заметил перед собой более-менее свободное пространство, где основное столпотворение наконец-то заканчивалось, и устремился туда, когда кто-то пихнул его в бок. Жюльен чуть пошатнулся, налетел на какую-то девушку, обернулся, чтобы по привычке извиниться...
И увидел испуганные глаза, а в руке девушки (кстати показавшейся смутно знакомой) подозрительно знакомый кошелек с монетами и вышитыми инициалами. Очевидно, только что вытащенный из его кармана.
"Приехали".
Хотя чего он ожидал. Подобные места словно были созданы для всяческого беззакония и уж тем более для воровства.
- Прошу проще... О... Как интересно получилось. Фройляйн, боюсь, у вас в руках оказался мой кошелек. Я был бы вам очень признателен, если бы вы его вернули, - пережив кратковременный ступор удивления и пытку неудобным словом "фройляйн" (всё-таки насколько обращение "мадемуазель" было приятнее и благозвучнее...), юноша вежливо улыбнулся, несмотря на внутреннее возмущение. Бежать ей всё равно некуда (хотя кто их знает, этих уличных воришек), разве что кто на помощь придет, отпираться не имеет смысла. Так зачем же зря кидаться на девушку с грубостями, тем более на такую симпатичную.

Отредактировано Julien-Philippe Bertlen (15-10-2016 20:10:22)

+1

7

Толпа волновалась и шумела. Задние ряды напирали на впереди стоящих, а на площади, кажется, кровавое действо приближалось к кульминации. Вот народ и торопился все увидеть своими глазами, чтобы потом рассказывать об этой драке в трактирах, за кружкой пива. Нередко подобные уличные потасовки пресекали жандармы, попутно разгоняя зевак. Но здесь их пока было не видно, и шум вокруг лишь нарастал. Лорин со всех сторон нещадно толкали, но она постаралась сосредоточиться на своей цели. От того, насколько чисто она все сделает, зависит исход ее авантюры. В своем мастерстве танцовщица не сомневалась – сколько она за свою жизнь вытаскивала вот так кошельков из чужих карманов, не сосчитать. Но, конечно, всегда следовало учитывать обстоятельства, и не забывать про удачу.
«Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста», - молила про себя танцовщица, подцепляя тонкими пальцами кошелек и осторожно вытягивая его из кармана юноши. На этот раз удача была нужна ей как никогда. И деньги – тоже. И удача пока ее не подвела. Пара ловких отточенных движений, и кошель был у девушки в руках. «Увесистый», - удовлетворенно подумала про себя Лорин. Может, не только за комнату хватит заплатить, но еще и на еду останется. Но мечтать было рано. Кошель в руках – только половина дела. Надо ведь еще уйти незаметно. Исчезнуть. Раствориться в толпе. Иначе юноша может запросто поймать ее за руку и сдать жандармам, которые, вероятно, скоро сюда прибудут. Слишком уж затянулась драка на площади, такое обычно всегда привлекает внимание стражей порядка.
Лорин огляделась по сторонам, оценивая ситуацию. Дела ее были, по правде, не слишком хороши. Толпа сжимала их с обеих сторон, и отступать некуда, сзади – народу еще больше. Оставалось лишь попробовать нырнуть в самую гущу и пробраться в одну из боковых улочек. И чем скорее, тем лучше. Лорин приступила к осуществлению плана немедленно, но уйти далеко не успела. Похоже, на площади что-то изменилось, возможно, нагрянули жандармы. Толпа вдруг заволновалась и сдала назад, оттесняя стоявших в последних рядах зевак. Танцовщица и пикнуть не успела, как людское море сжало ее с обеих сторон и вытолкнуло обратно туда, откуда она только что сбежала. Запаниковавшая Лорин метнулась в другую сторону, где был свободный островок, но в этот момент на нее налетел юноша. Тот самый, у которого она только что украла кошелек.
«О, нет». Те несколько мгновений, пока он оборачивался, смотрел на нее и на свой кошелек в ее руках, показались Лорин вечностью. Она даже не сразу осознала, что до сих пор держит свой трофей в руке. Спрятать его в карман не было ни времени, ни возможности. А теперь уже поздно делать это. Юноша смотрел прямо на нее, и Лорин вся внутренне сжалась, ожидая, что он начнет кричать на нее, а, может, даже и ударить попытается. Она же воровка, чего с ней церемониться. Алчущую хлеба и зрелищ толпу, похоже, ждало очередное развлечение.
Девушка лихорадочно обдумывала, как бы ей удрать до того, как благородный господин во всеуслышание заявит, что поймал воровку. К сожалению, большое скопление народа вокруг не давало ей возможности воплотить свой план в жизнь немедленно.
«Я был бы вам очень признателен, если бы вы его вернули», - прозвучало над ухом, сказанное вполне вежливо. И Лорин даже не сразу сообразила, что это адресовано ей. Она чуть растерянно взглянула на юношу. Да, это определенно он ей сказал. Видимо, устроить скандал на людях ему не позволяет воспитание. Что же, уже неплохо. Также следовало учитывать тот факт, что он не поймал ее за руку в тот момент, когда она вытаскивала у него из кармана кошель. А не пойман – не вор. Ну, или, во всяком случае, факт воровства еще надо доказать.
- О, так это ваш кошелек? – Лорин изобразила на лице нечто вроде растерянной улыбки. – Вот, возьмите. – С этими словами девушка вложила кошель в руку юноши. – Не знала, что он ваш. – Добавила танцовщица, так что по этой фразе нельзя было понять – украла она его или просто нашла, случайно выпавший из кармана, пока их обоих нещадно болтало в толпе. Уточнять больше ничего не стала, пусть этот юноша думает, что ему угодно. Особенно, если он не собирается тащить ее к жандармам.
«Плакали денежки, эх».
- Осторожно, герр! – Заметив, что толпа вновь пятится назад, прямо на них, девушка ухватила молодого человека за руку и оттащила в сторону, на безопасное состояние.

+1

8

Толпа гудела, волновалась, качалась. В этом море человеческих тел можно было утонуть и так навсегда и остаться на дне. Впрочем, грозная стихия временами точно знала, куда кинуть попавшую в её руки щепку. Не толкни его этот грузный мужчина, так бы и ушел он отсюда без кошелька.
Юноша порадовался, что девушка не стала настаивать на праве собственности и без пререканий вернула ему монеты. Тем лучше для него, тем лучше для неё. Не хотелось бы привлекать полицию, да к тому же устраивать новое развлечение для уже разгоряченной толпы.
В том, что девушка кошелек именно украла, а не подобрала с земли, Жюльен-Филипп не сомневался. Во-первых, даже самый отчаянно нуждающийся в деньгах человек не рискнул бы наклоняться за упавшим предметом, когда вокруг беснуется толпа, и даже будучи в вертикальном положении ты не можешь быть уверенным в том, что выйдешь отсюда в целости и сохранности. Что уж говорить о том, что любой смельчак, неосмотрительно наклонившийся за кошельком (да к тому же чужим), рисковал остаться не только без рук, но и без головы. К тому же, карманы камзола были достаточно глубокими, и юноша не помнил ни одного случая, чтобы из них что-то выпадало.
Конечно, вряд ли он смог бы доказать что-либо жандармам. Да и зачем было устраивать новый скандал, если сам Случай был на его стороне и ситуация разрешилась спокойно. Отвернуться бы и пойти дальше своей дорогой. Вернее, попытаться выбраться из толпы.
Однако всё тот же случай всё решил за него. Жюльен не понял, что произошло на самой площади, толпа резко подалась назад, юноша снова оступился, но тут незнакомка неожиданно схватила его за руку и потянула в сторону меньшего скопления народу. Краем глаза Бертлен заметил спонтанно образовавшийся небольшой коридор в толпе, через который, похоже, можно было выбраться на одну из соседних улочек. Не задумываясь, он перехватил руку девушки, утягивая её за собой и прибавляя шагу. Только бы успеть, пока этот узенький проход не сомкнулся обратно. Молодому дворянину уже порядком надоело бесцельно шататься в толпе грубиянов и получать тычки в бок, пинки в щиколотку и ругательства вслед.
К счастью, им удалось проскользнуть между людьми в небольшой переулок, где народу было значительно меньше. То ли улочка была не проходная, то ли вела она только на заполоненную народом площадь, и местные обходили её стороной.
Наконец остановившись, юноша выпустил руку незнакомки и огляделся по сторонам, с удовольствием отмечая пустынность проулка и приходя в себя после постоянного мельтешения перед глазами. Он одернул порядком помявшийся камзол, глянул в сторону площади, бросил взгляд на незнакомку и спросил, удивленно покачивая головой:
- И часто здесь такое?
Девушка, очевидно, была из местных, так что должна была быть в курсе происходящего в квартале.

+1

9

Авантюра безнадежно провалилась, и Лорин собиралась улизнуть под шумок. Она уже высматривала – куда бы ей лучше нырнуть в переулок, а там затеряться в лабиринте изломанных улочек старого квартала для бедноты. Юноша, к которому вернулся его кошелек, вряд ли решится догонять ее. Не зная здешних мест, не мудрено и заблудиться. Чем грозит подобное хорошо одетому молодому господину, даже думать не хочется. И Лорин, надеясь на его разум, уже нацелилась на один из переулков, который, по ее расчетам, не должен закончиться тупиком.
Вокруг было столько народа, толпа волновалась, люди, не смотря на страх перед жандармами, все также жаждали хлеба и зрелищ. Вероятно, многие уже сделали ставки, и сейчас переживали… Не за людей там на площади, нет. За свои деньги, поставленные на чью-то жизнь. Обычное развлечение для этих мест и способ заработать более-менее честно. Лорин в сторону площади старалась не смотреть. Она не хотела видеть раненых, или даже убитых. Не хотела видеть пятен крови на земле. Окровавленное оружие. В банде Миро Олафсона используют ножи с загнутыми лезвиями, на манер разбойничьих. Девушка уже собралась затеряться в толпе, а потом пробраться переулок, однако, удача изменила ей и здесь. Юноша крепко ухватил ее за руку и, воспользовавшись удобным моментом, вывел на другую, менее оживленную улицу. Ло хотела вырваться и удрать, сверкая пятками, но услышала за спиной лай собак, видимо, на площадь все же пожаловали жандармы, и передумала. Со стражами порядка и их злобными четвероногими помощниками ей лучше не встречаться. Особенно сейчас, когда ее практически за руку поймали на воровстве.
Оказавшись на относительно безопасном расстоянии от площади, Лорин осмотрелась, соображая, куда в случае чего отступать. Улица оказалась небольшим тихим переулком.
- Часто. – Кивнула танцовщица. – За неделю раза два-три обязательно кто-нибудь на площади устраивает драки. Народ тут горячий, чуть что сразу за ножи хватаются. И бьются обычно не до первой крови, а до смерти кого-то одного.
Она говорила чистую правду, причем, таким будничным тоном, что было понятно – подобные мордобои тут, действительно, не редкость. И многие обитатели квартала успели от них порядком устать. Впрочем, это не мешало им раз за разом делать ставки во время даже самых жестоких и кровавых драк.
- Вы впервые в наших краях? – У Лорин, наконец, появилась возможность нормально рассмотреть человека, на кошелек которого она позарилась. И танцовщица использовала ее на все сто. – Не сочтите за дерзость, но что такой благородный господин делает в самом центре венских трущоб? Вы не знаете, какой дурной славой пользуется наш квартал? Вас могли покалечить или даже убить только за вашу модную одежду.
И снова ни капли лжи. Местное население с чужаками, особенно благородной наружности, обычно не церемонилось. Лорин вон и та сразу же присмотрела юношу в качестве источника легкой наживы. А не она, так им бы занялись другие обитатели трущоб, танцовщица видела их заинтересованные алчные взгляды, когда шла за молодым человеком, выбирая удобный для ограбления момент.
- Куда вы сейчас? Я могу проводить вас немного, а то заблудитесь еще.
«Лучше так, чем потом вылавливать ваше бездыханное тело в какой-нибудь сточной канаве», - подумала Лорин. Она старательно избегала темы с кражей кошелька, не хотела лишний раз напоминать юноше об этом. Он и так вряд ли поверил ей, когда она сообщила, что нашла кошелек, выпавший из его кармана, уже лежащим на земле. Все было слишком очевидно. И если она еще не в участке, то лишь благодаря великодушию этого молодого человека. Впрочем, еще непонятно, как он поведет себя сейчас. Может, и припомнит ей этот неловкий момент с кражей его собственности.

Отредактировано Loreen (23-11-2016 20:30:13)

+1

10

- Да это же настоящее варворство! - только и сумел шокированно ответить Жюльен-Филипп на признание незнакомки, сообщавшей о драках насмерть как о чем-то само собой разумеющемся и каждодневном. Только подумать! О каждодневных драках насмерть! Эти люди вообще слышали когда-нибудь о ценности человеческой жизни? Что можно делить с такой яростью, чтобы бездумно отдать за это свою жизнь? О чем можно так яростно спорить?
Бертлен и сам не мог похвастаться уравновешанностью, да и в этой "ссылке" и на этой улице он оказался именно благодаря собственной вспыльчивости и тому факту, что предпочел отстоять свое мнение на кулаках... Но насмерть?!
Какое-то время он удивлённо смотрел, как жандармы пытаются разогнать толпу, гадая, сколько людей из этой толпы уже никогда не уйдут с этой площади. И ведь из-за этого спора пострадали не только сами зачинщики, но и совершенно невинные люди. Им двоим попросту повезло выйти отсюда в целости и сохранности. А сколько людей из этой толпы оказались менее удачливыми сегодня?
Из этих шокирующих мыслей его выдернул вопрос незнакомки.
Да, что представители его сословия были редкими гостями в этих местах, он понял уже давно. Наверно ещё в тот раз когда впервые оказался в этом районе почти неделю назад. Но ей-то какое дело?
- Да, я заметил, как на меня здесь смотрят, - Жюльен вежливо улыбнулся девушке, - Что же касается опасностей, - улыбка юноши стала шире и лукавее, - Удивлён,  что вы меня об этом предупреждаете. Не вы ли самолично ловко вытянули кошелёк из моего кармана? Должен признать, это было ловко. Если бы не случай, я бы, пожалуй, заметил пропажу только к вечеру. Скажите, что заставило такую симпатичную мадемуазель... простите, - поправился он, - фрау... ммм, нет, - он бросил оценивающий взгляд на девушку и поправил себя ещё раз, - фройляйн зарабатывать на жизнь таким неблагодарным ремеслом?
О своих планах Бертлен предпочел не распространяться. Кто знает, что на самом деле на уме у этой красотки? Если попыталась вытянуть кошелёк и всё ещё здесь, да ещё и зачем-то завела разговор по душам вместо того чтобы бежать сверкая пятками, может, она и ещё что задумала. Интересно, какими уловками пользуются местные воришки? Как часто ей вообще удаётся обокрасть кого-нибудь, оставшись незамеченной? Похоже, что опыта у неё достаточно. Во всяком случае, судя по тому, как легко она попыталась выкрутиться и как смело себя вела. В Париже воровством занимались в основном дети из бедных кварталов, и каждый раз, когда их ловили за руку, замирали в испуге, ожидая, когда неудавшаяся жертва кражи отъедет их к жандармам. Зато они и не ждали, пока какой-нибудь богач забредет в трущобы, чтобы добыть себе на пропитание и смело сновали в самой гуще центральных улиц. Может быть, в Вене было так же, но Жюльен этого не знал, в то время как эта девушка стояла прямо перед ним и ничуть не смущаясь оглядывала его своими глубокими тёмными глазами. Она не была похожа на тех испуганных, дрожащих мальчишек и девчонок, глядящих на тебя огромными глазами, полными ужаса. Молодой Бертлен всегда жалел этих бедолаг и если была возможность, даже давал им несколько монет. Девушка же вызывала скорее интерес, чем жалость, и Жюльену это даже нравилось. Интересно, что у неё на уме?

+1

11

Они были как два разных мира. Отличалось все: взгляды, образ жизни, отношение ко всему, что окружает. Удастся ли им понять друг друга? Да и надо ли... Лорин с интересом наблюдала за юношей. Похоже то, что она рассказала ему о боях на площади несколько шокировало его. Вот же странный. Танцовщица не видела в этом ничего особенного. И что в том такого, что свирепые бандиты режут друг друга на потеху толпе зевак, делающих на них ставки? Ну, умирают, да. Они тут привыкли к тому, что жизнь и смерть ходят рука об руку. И в трущобах этот факт никого не пугает и не возмущает. Даже детей. А юноша выглядел удивленным и даже возмущенным. Конечно, у господ свои взгляды на развлечения бедноты. Небось, считает, что попал к дикарям, которые не имеют представления об идеях гуманизма и  это... как его... нравственных ценностях, во! Лорин как-то в одном трактире подслушала эти умные слова у двух подвыпивших господ, запомнила их и очень этим гордилась. В ее мире такие слова, действительно, употребляли не часто. Они беднякам были просто не нужны. Выжить бы. Именно это желание заставляло их грабить не только благородных господ, но и друг друга, убивать за кусок хлеба.
От слов юноши на щеках Лорин появился едва заметный румянец. Если бы он просто обличал ее, ругался и кричал, она бы не смущалась. Если бы он захотел ударить ее, она бы попыталась выцарапать ее ему глаза. Но он говорил о том, что она вытянула у него кошелек, без обвинений, без упреков. С улыбкой. Неизвестно, что в этой ситуации лучше. Его вежливость выбивала у нее из-под ног почву. Девушка не знала, как реагировать, что делать и что говорить сейчас. Ясно, что пытаться переубеждать его бесполезно. Он все понял и не повелся на ее безыскусную ложь. И Лорин решила не отпираться. В конце концов, кошелек снова был при его хозяине, это главное. Первое смущение прошло, в глазах танцовщицы остался лишь интерес к этому молодому господину, который неизвестно зачем забрел в их трущобы. Да еще так странно отреагировал, когда его ограбили.
- Почему удивлены? Мы же не звери тут какие-нибудь. - Лорин выдержала его заинтересованный взгляд. - По крайней мере, не все. - Добавила она на всякий случай, вспомнив большие кривые ножи бандитов Миро Олафсона и творимый этой бандой беспредел. Ей казалось, что юноша смотрит на нее, как на диковинное насекомое, изучая. От этого беспощадного взгляда у нее все внутри сжималось. Было ли ей стыдно за свой поступок? Нет. Тогда почему так горят щеки?
- Вы здесь чужой, а чужаков у нас не любят. В наших местах вас могут не только ограбить, но и убить за один только дорогой внешний вид. - Спокойно пояснила Лорин, лицо ее было серьезным, чтобы юноша не принял эти слова за шутку. - А смерти я никому не желаю, даже богачам. - Говоря это, девушка медленно пошла по улице, незаметно увлекая юношу в лабиринт переулков. Он так и не сказал ей, зачем пришел сюда, видимо, не доверял совсем, поэтому она решила, что просто выведет его из трущоб куда-то в более приличное и безопасное место.
- Неблагодарным ремеслом? - Переспросила девушка, выкраивая пару минут на то, чтобы обдумать ответ, решив, все же сказать ему правду. - Я на жизнь зарабатываю тем, что танцую на площади, но сегодня во время выступления ногу неудачно подвернула, а мне нужно платить за комнату. - Объяснила она, чувствуя легкую, но неприятную пульсацию в поврежденной ноге. - Кошельки из чужих карманов таскать обучена с детства, иначе на улице ребенку не выжить. Если бы не я вытащила ваш кошелек, это сделал бы кто-то другой. На вас многие заглядывались.
Какое-то время Лорин шла молча, лишь иногда поглядывая на юношу - понял ли он, как ему повезло сегодня? И как не повезло ей. Вопрос, где взять денег на оплату комнаты оставался открытым.
- Почему вы не сдали меня жандармам, герр? - Вопрос, занимавший ее в этот момент более всего, все-таки сорвался с губ.

Отредактировано Loreen (13-12-2016 21:50:32)

+1

12

- Почему удивлен? - повторил юноша вопрос, - Потому что, если бы меня убили где-нибудь в подворотне, это было бы вам на пользу: спокойнее жить, зная, что я точно вас не сдам. Потому что я, как вы сами только что сказали, сильно отличаюсь от вас, а люди не любят тех, кто на них не похож. В конце концов, потому что я помешал вашим планам, а это, как правило, не располагает людей, - Жюльен рассуждал об этом легко, как будто это было в порядке вещей, с губ не сходила легкая улыбка. Ему начинала нравиться эта незнакомка. Её искренность, неравнодушие к чужому человеку, её, если можно было так сказать, открытость. Конечно, всё это могло оказаться не более, чем ловкой игрой, но тогда какая у этой игры цель? Какие правила? Бертлен был не против сыграть и посмотреть, что из этого получится. В конце концов, чем это ему может грозить? Кошелька он и так едва не лишился, да и монет там было не особо много: его карманные расходы всё ещё оставались урезанными. Что же касается жизни... Стала бы она предупреждать его об опасности, если бы сама намеревалась убить или сдать своим дружкам для той же цели? И может ли обманщица так прелестно краснеть?
Жюльену встречались девушки, которые были бесстыдно хороши во вранье. Но эта была совсем на них не похожа. Удивительно было встретить такого человека в таком месте. Сколько ещё сюрпризов могут принести эти мрачные переулки? Знакомство с Томашем, теперь вот эта мадемуазель... Конечно, она совершенно не была похожа на всех тех, к кому обычно обращались этим почтительным словом, но зато она была живая. Настоящая. Жюльен-Филипп не знал, какую маску она носила вместо маски чопорной аристократки, но даже если это и была маска, эта маска ему нравилась.
"Не звери..."
Судя по тому, что он только что видел на площади, вывод напрашивался как раз-таки обратный. А после рассказов о том, что его могли убить за один только внешний вид, так и подавно. Удивительное место. Почему одни опускаются до убийств, чтобы выжить, а другие сохраняют в себе человечность даже когда их собственная жизнь может оказаться под угрозой? Вопрос силы? И как, как сохранить в себе человечность, если каждый твой день это только борьба за выживание. Борьба за то, чтобы прожить ещё один такой же день. И так до самой смерти, без шанса, без надежды что-либо изменить? Или надежда всё-таки есть? Надежда на что?
Как много вопросов хотелось задать этой прелестной особе. Вот только такие вещи не обсуждают с богатенькими незнакомцами. Да и кто знает, не обидится ли она, если заговорить о разнице их положений и проявить такое нескромное любопытство.
Выслушав девушку, Бертлен кивнул, принимая всё, сказанное ею и задал другой вопрос, менее личный, но не менее любопытный:
- Многие заглядывались? Да я пользуюсь успехом, - рассмеялся он и, не теряя озорного огонька во взгляде, продолжил, - Я этого не заметил. Конечно, люди пялятся, но... Я бы ни за что не смог вычислить, кто из них желает меня обокрасть. Как вы это делаете? - и добавил, подмигнув, - Вы ведь тоже шли за мной по пятам, верно? Что же касается жандармов... - юноша рассеянно посмотрел на светлое небо, едва проглядывающее между крышами плотно поставленных домов, - А зачем? - просто спросил он, - Кошелек вы мне вернули, а на площади и без этого хватало развлечения для толпы. К тому же, не хочу привлекать к себе внимание. Жандрамы бы вас всё равно не догнали. Вы здесь живете и знаете каждый поворот, а они появляются раз... во сколько? В неделю? В месяц? По большим праздникам? В общем, - юноша беспечно махнул рукой, - Вы бы всё равно скрылись в первом же переулке, а они бы до вечера безуспешно вас искали. Я не прав?
Может, Бертлен и не знал ничего о способностях незнакомки, но то, как уверенно она шагала по закоулкам, в которых он плутал несмотря на не первый свой сюда визит, говорило о многом. Да и наверняка каждый опытный карманник имеет пути отступления? Иначе это было бы слишком рискованно и попросту глупо: не имея запасного плана, ты проигрываешь и ничего не можешь с этим сделать. А для этих людей это была не просто игра, это был вопрос выживания.

+1

13

Он был милым и очень наивным. Даже для своих лет. Сколько ему? Лет семнадцать – восемнадцать, не больше. И хотя ее новый знакомый не принадлежал к ее миру, от господ, которые иногда прогуливались по площади, где Лорин танцевала, он тоже отличался. Может, просто не успел еще приобрести их напыщенность и надменность во взгляде, может, он сам по себе такой. Бывают же люди – чистые, к которым никакая грязь не липнет, и деньги их не развращают. Впрочем, кто сказал, что у этого юноши денег больше, чем сейчас лежит в кошельке? Она ведь ничего толком не знала о нем. Даже имени. А он не спешил его называть. Правильно и делал, в общем-то. Она ведь только что пыталась его ограбить. Пора приобретать жизненный опыт и тренировать инстинкт самосохранения, иначе, если он и дальше будет прогуливаться по венским трущобам, удача может отвернуться от него однажды.
Он много спрашивал. И, кажется, даже с интересом. На все вопросы юноши девушка поначалу только глаза закатывала, не спеша отвечать. По ее мнению, этот молодой человек ничего не смыслил в жизни. По крайней мере, такой, как у обитателей беднейших кварталов города. Об этом свидетельствовали вопросы, которые он задавал ей, улыбаясь с беспечностью ребенка. Интересно, конечно, как он попал сюда? Неужто просто прогуливался и завернул случайно? Может, у него тут кто-то знакомый. Ну не за острыми ощущениями он, в самом деле, сюда пришел! Впрочем, об истинной причине она, вероятно, так и не узнает. Да и ладно. От нее требуется – вывести его из трущоб куда-нибудь в нормальный квартал. Где его не съедят только за звеневшие в кошельке монеты. Если бы только так не ныла распухшая нога. И надо же было так неудачно подвернуть ее!
Но прежде чем она выведет его отсюда, Лорин ответит на его вопросы. На все разом. Пусть в следующий раз, прежде чем приходить сюда, десять раз подумает.
- На самом деле, все гораздо проще, чем вы думаете. – Улыбнулась танцовщица. – Я живу здесь практически с детства, и знаю если не всех, то очень многих. Мне знакомы их повадки. - Девушка остановилась и легко коснулась рукава юноши, как бы прося задержаться. - В этом доме, например, живет слепой музыкант, говорят, когда-то у него было все, и он выступал в лучших театрах Вены, а потом оказался на дне. В доме слева обитает целая семья, которую выселили сюда кредиторы за долги, они не смогли погасить их вовремя. Дом правее – пристанище одноногой проститутки, после того, как вместе с молодостью она потеряла свою привлекательность и свежесть, выживать стало гораздо сложнее, а потом после несчастного случая ей ампутировали ногу.
Лорин вновь пошла по улице – не стоит тут надолго задерживаться, чтобы не нажить новых неприятностей для себя и этого милого юноши. Улица казалась пустынной, но девушка знала – это весьма обманчивое впечатление.
- Они не злые. Просто… Здесь все борются за жизнь. Любыми способами, в том числе, не очень нечестными. Мне обычно достаточно взгляда, чтобы определить, что замышляет человек, что он сделает в следующую минуту. Это, знаете ли, очень помогает выжить. А жандармы у нас появляются часто, особенно вечерами. Обычно ловят кого-то – воришек, бандитов, или даже… мятежников. – Это слово Лорин произнесла почти шепотом. - У них есть злобные псы, от них ужасно сложно сбежать. Поэтому очень хорошо, что вы не сдали меня жандармам, герр. Вы весьма добры. Меня, кстати, Лорин зовут. Приходите как-нибудь на площадь посмотреть, как я танцую. Могу вас заверить, что делаю я это не так неуклюже, как ворую кошельки. – Девушка тихо рассмеялась. – Смотрите.
Забыв на долю секунды о распухшей ноге, она крутанулась в танце, так что юбка взвилась цветастым веером, подбросила бубен, ловко поймала его, отчего на руке зазвенели браслеты.
- Доведу вас до конца вон той улицы, и там простимся. – Внезапно Лорин потянула юношу за руку в тень одного из домов. - Отойдите-ка с дороги, впереди идут несколько головорезов банды Олафсона. Видимо, не всех в драке и время облавы перебили. – Не сдержавшись, фыркнула девушка. – Отвернитесь и старайтесь не смотреть в их сторону, а то прицепятся, беда будет.
Лорин отчего-то чувствовала ответственность за жизнь этого юноши. По крайне мере, пока он здесь, и вот так беспечно улыбается, не подозревая о сотне опасностей, поджидающих его за каждым углом.

+1

14

Девушка говорила спокойно, непринужденно. В чем-то весело и с тем же интересом, с каким Жюльен задавал ей вопросы. Но в том, что она произносила, он слышал горечь. И не удивительно.
Когда незнакомка начала рассказывать о судьбах людей, живущих в этом квартале, сердце юноши сжалось от жалости и тоски. Как же так получается. Как получается, что в один момент у человека есть всё, а в другой ничего? Как люди оказываются на самом дне этой жизни просто по насмешке судьбы, по нелепой случайности?
- А какая история у тебя? - невольно вырвалось у него, стоило ему отвести взгляд от окон, на которые она указывала. Спохватившись и сообразив, что ляпнул нечто совершенно недопустимое (во-первых, пожалуй, было неприличным расспрашивать девушку об её судьбе, тем более, что та, скорее всего, была отнюдь не легкой и незнакомка наверняка не хотела об этом вспоминать, а во-вторых, обратиться к незнакомому человеку, к девушке, "на ты" без особого к тому приглашения - где ваши манеры, monsieur?), Жюльен-Филипп быстро откашлялся и протараторил, пока она не успела возмутиться его вопиющим поведением, - То есть... Кхм... Прошу прощения. Я... забылся. Не стоило задавать этот вопрос, извините. Не нужно отвечать.
Однако неуёмное любопытство Бертлена вновь отчаянно тянуло его в глубокие дебри возможных неприятностей. Кто как не эта девушка знает, что происходит в городе. От аристократов ничего не добьешься. Во-первых, после инцидента с дракой тетушка запрещала ему общаться с людьми без её присмотра, а тем более общаться с местной молодежью, которых она явно считала глупцами, транжирами и катастрофой восемнадцатого века. Во-вторых, большинство тех, с кем ему было дозволено общаться (а точнее, присутствовать при разговорах с кем ему не возбранялось), совершенно не интересовались другими сословиями, а на все попытки задавать конкретные вопросы лишь отмахивались отговорками о том, что молодой человек ещё слишком юн, чтобы интересоваться такими вещами. А чем же он должен интересоваться по их мнению? Девушками и вином? Судьба собственной страны казалась ему куда более важным увлечением. А на судьбу его родной страны влияли в том числе и соседние государства. Пусть даже те, что не примыкали вплотную к границам. А на эти самые государства влияло всё, что происходило на их территории. В том числе, и эти бедняки. Если только подумать, что бедняки хотя бы этих трущоб поднимут бунт... А ведь это явно не единственный в городе злачный район.
И к тому же... всё же они были людьми. Как бы сильно они не отличались от самого Жюльена, от всех его знакомых, от кругов, в которых он вращался, они оставались людьми. Просто людьми, живущими по другим правилам.
И Бертлену было важно знать.
- Мятежников? - переспросил он, - То есть?
На секунду отвлекшись от их непростого разговора, юноша искренне улыбнулся и несколько раз сомкнул ладоши, аплодируя танцовщице. Вот уж действительно, ловкости девушке было не занимать. Так почему же она так глупо попалась?
- Браво, - улыбнулся он.
Незнакомка оказалась полна сюрпризов Впрочем, была ли она незнакомкой? У мадемуазель оказалось приятное имя. Неожиданно приятное для звучания этого странного языка, который Жюльену вдалбливали с детства. А разве представившийся человек, к тому же тот, с кем ты ведешь такую приятную беседу, это незнакомец?
Но ответить ей он не успел. Лорин схватила его за руку и с обеспокоенным видом быстро потянула куда-то в ближайший переулок. Юноша не успел даже понять в чём дело, пока не увидел компанию мускулистых парней, действительно выглядящих как настоящие головорезы. Не удивительно, что она не хотела, чтобы их двоих заметили. Сама она вряд ли смогла бы что-то противопоставить этим громилам и даже Жюльен, несмотря на то, что при нем была шпага, не был уверен, что смог бы уйти невредимым после такой встречи. Вот только отвести глаза он так и не смог: слишком уж любопытными казались ему эти ребята.

+1

15

- Мятежники… Ну… Ээээ... - Танцовщице было странно, что ее новый знакомый выглядит образованным, а не знает такого простого слова. С другой стороны, может, не стоит объяснять ему это. А то захочет еще, как Томаш, пойти на баррикады жизнью рисковать. Конечно, борьба за свободу – дело благородное. Только вот толкать на это такого молодого человека она не станет. Лучше замять этот опасный разговор поскорее.
Но потом ей просто стало не до этого.
Лорин отвернулась от приближающейся компании, взяла руку юноши, повернула ее вверх ладонью и сделала вид, что читает по линиям. Нет, кое-что она в этом, конечно, понимала. Но сейчас сказать ровным счетом ничего не могла и видела лишь ладонь. Девушку мучили волнение и страх. Головорезы Олафсона, наверняка, очень злы из-за жандармов, нагрянувших на площадь. И им нужно отыграться на ком-то, выпустить пар. Как тут не задеть случайных прохожих? И именно Лорин со своим спутником могли стать для них красной тряпкой. Юноша выделялся из толпы респектабельным внешним видом. А на Лорин не так давно положил глаз главарь этой шайки Миро Олафсон. Поэтому девушке сейчас очень хотелось стать невидимой. Не дай Бог, эти бандиты привяжутся к ним, беда будет.
Когда банда поравнялась с ними, танцовщица лишь сильнее сжала руку юноши, как бы призывая его молчать. Сама она даже, кажется, дышать в этот момент перестала. И мысленно молила всех богов помочь им и защитить. Бандиты шли не спеша, и о чем-то ожесточенно спорили. Видимо, некоторые из них считали, что нужно было вступить с жандармами в открытое противостояние. Они ведь и так уже вне закона, поэтому и терять им нечего. Ну, кроме жизни, конечно. Но в этих местах к жизни и смерти относились гораздо проще.
Спор отвлекал бандитов, и это, наверное, Лорин и ее нового знакомого спасло от новых неприятностей. Банда Олафсона прошла мимо, правда, периодически головорезы останавливались и принимались выяснять друг с другом отношения. Но вскоре они завернули за угол, и голоса их стало слышно гораздо тише. «Уф», - выдохнула про себя Лорин и отпустила руку юноши.
- У тебя хорошая линия жизни. – Сказала она, сама не замечая, как перешла на «ты». Это не было следствием отсутствия воспитания (хотя и с ним у танцовщицы, выросшей на улице, порой имелись проблемы), а, скорее, результатом пережитого только что напряжения. – И линия удачи есть.
Девушка перехватила удобнее бубен, и медленно пошла по улице. Нужно вывести юношу в безопасное место, пока они новых неприятностей не нашли.
- Видишь, как у нас тут нескучно. – Девушка решила, что раз уж они вместе пережили облаву на площади и встречу с бандой Олафсона, «выкать» теперь будет глупо. - То бандиты, то жандармы. – Танцовщица улыбнулась. – То танцуем, то поем.
Какое-то время они шли молча, но потом Лорин снова заговорила.
- Та задал мне вопрос… о моей истории. И я все же решила ответить на него. Моя мать влюбилась в цыгана и сбежала с ним. Родила меня и оставила своим родителям. Им я тоже оказалась не нужна, и они отдали меня в монастырь, откуда я через несколько лет сбежала. С тех пор улица – мой дом. А все беспризорники – мои братья. – Девушка говорила это спокойно, будничным тоном, меньше всего ей хотелось, чтобы юноша начал ее жалеть. Да и что тут, в самом деле, такого? Обычная история.
– Только не смей мне сочувствовать, у меня все хорошо, и я всем довольна. - Она внимательно посмотрела на юношу и предупреждающе звякнула бубном. Наверное, ему сложно будет поверить в это, но Лорин уже давно приспособилась к такой жизни и, действительно, научилась радоваться тому, что имеет. Так что, она ничуть не кривила душой.
Они медленно подходили к концу улицы. Там, через дорогу начинался уже совсем другой мир. И люди одеждой и манерами были более похожи на ее спутника.
- Вообще, странно, что я рассказываю все это человеку, даже не имени которого не знаю. – Лорин остановилась, здесь им уже вряд ли может грозить серьезная опасность. Они находились между двумя кварталами. - Как тебя зовут?

+1

16

Говорят, любопытство не порок. Правда это или нет, а Жюльен-Филипп никогда не чуждался этого принципа. За что периодически и попадал в разного рода нелепые, а то и попросту опасные ситуации. Сейчас же любопытный мальчик-аристократ с нескрываемым интересом глазел на приближающихся мужчин. Высокие, широкие в плечах, мускулистые, покрытые шрамами и свежей кровью, они действительно внушали страх и, пожалуй, без особых затруднений устанавливали в этом районе свои правила. О том, что открытый изучающий взгляд может привести к тому, что им заинтересуются в ответ, юноша, конечно же, не подумал.
На его счастье, Лорин настойчивее потянула его за руку, заставив отвлечься от разглядывания головорезов и тем самым, пусть Жюльен этого и не понимал, спасая жизнь и себе, и ему. Вела она себя странно, но юноша счел за лучшее не допытываться у новой знакомой о причинах её поведения и просто подождать. Он заметил, как напряглись её плечи и как уличная танцовщица, ещё минуту назад шутившая и пританцовывающая перед ним, сжалась и как будто бы пыталась уменьшиться в размерах. Неужели эти огромные, злые, но в сущности своей явно бестолковые громилы внушали местным жителям такой страх, что даже эта девушка, выросшая здесь и, казалось, идеально приспособившаяся к выживанию в таких условиях, пыталась стать незаметной, лишь бы не связываться с ними. Какой же, должно быть, привлекательной целью для них был он, в своей дорогой, броской по местным меркам одежде, непривычно светлой для жителей этого района. Ожидая неприятностей, Бертлен замер и приготовился в случае чего быстрым жестом выдергивать из ножен шпагу. Всё-таки, ею он был обучен пользоваться намного лучше, чем собственными кулаками. Если бы ещё Лорин не держала его руку...
Однако, к огромному удивлению юноши, банда прошла мимо, словно бы их не заметив. То ли уже утолили свою жажду крови и наживы там, на площади, откуда сам Жюльен и его новая знакомая еле выбрались, то ли девушка была так хороша в маскировке, что их действительно не заметили. Бертлен склонялся к тому, что справедливы оба варианта.
- У тебя хорошая линия жизни. И линия удачи есть.
И его неожиданная спутница двинулась дальше по проулку. Жюльен-Филипп ускорил шаг, догоняя девушку:
- Подожди... Что это значит? Хорошая линия жизни? Линия удачи? - он и сам не заметил, как перешел на ты, повторяя за новой знакомой.
Как это понимать? Посмотрев на его руку, она увидела больше, чем просто линии? Да, он не раз слышал, как цыганки в Париже предлагали прочитать будущее по ладони за небольшую плату. Только всегда был уверен, что всё это - чистой воды шарлатанство. Каждый зарабатывает на жизнь как может, и если находились глупцы, которые верили в то, что твоя судьба предопределена, записана у тебя на ладони и нужно лишь её расшифровать, то не было ничего зазорного  в том, чтобы этим зарабатывать. Тем более, что, как правило, пока какой-нибудь зажиточный месье, словно маленький ребенок, увлеченно слушал рассказы о своем "будущем", его карманы незаметно пустели на сумму, намного больше той, что он отдал за предсказание. Вот только юноша не думал, что хоть одно слово из этих предсказаний может быть правдой. Но Лорин, похоже, не врала. Или же, подобно цыганам Парижа, уже успела вытащить его кошелек, воспользовавшись случаем. Как будто бы девушка ещё не поняла, что в кошельке было не так уж и много монет. Впрочем, если она объяснит, что именно, а главное, как она увидела, то и бог бы с ним, с кошельком.
Однако девушка, похоже, не расслышала его вопросов. Помолчав какое-то время, она вдруг начала говорить и... Чего Бертлен никак не ожидал, говорить она начала о своей жизни. Он и не думал, что она решил ответить на его глупый, необдуманный, случайно вырвавшийся вопрос. Любой другой собеседник на её месте, пожалуй, счёл бы юношу грубияном и на том бы и успокоился. Лорин же, словно бы совсем не огорчаясь собственной истории, рассказала, как жизнь привела её в эти трущобы. Казалось даже, что ей хорошо в этих узких проулках, где каждый день приходится зарабатывать на хлеб то воровством, то танцами, где шныряют громилы вроде тех, что недавно прошли мимо и исчезли в одном из многочисленных проулков. И Жюльен-Филипп не уставал удивляться. Этой девушке, этому месту и собственной судьбе, которая его однажды сюда привела. Кто бы мог подумать, что то, что юноше казалось едва ли не адом (если жить здесь постоянно), для кого-то было таким же обычным делом, как для него, например, просыпаться в собственной теплой постели, думая лишь о том, как бы избежать тетушкиной болтовни, но точно не о том, как выжить сегодня. Юноша поймал себя на том, что начинал попросту восхищаться этой девушкой, несмотря на её происхождение, наряд, манеры... Она была куда более живой и, как ему казалось, куда более честной и порядочной, чем многие из тех, кто мог похвастаться новым вышитым платьем или приглашением на важный приём.
Бертлен молча слушал девушку и следовал за ней, не зная, что ей сказать и боясь, что его восхищение лишь оттолкнет неожиданную спутницу, поставив их обоих в неловкое положение.
Вскоре впереди он мог уже различить вдалеке просторную площадь и неспешно прогуливающихся по ней горожан, словно и не догадывающихся о том, что стоит повернуть за угол, как можно оказаться в совершенно ином мире.
Неожиданный вопрос выдернул юношу из размышлений.
- Ох, действительно, прошу прощения, - улыбнулся он, - Всё произошло так быстро... Жюльен-Филипп. Но можно и просто Жюльен, - он слегка поклонился девушке, - Спасибо, что рассказала о себе. И вообще об этом месте...
Он чувствовал себя глупо, ждал, что собеседница вот-вот рассмеется над такими нелепыми словами, боялся обидеть её ненароком, и в то же время понимал, что просто не может делать вид, что эта странная "прогулка" никак его не задела.

+1

17

Жюльен-Филипп. Лорин никогда прежде не встречала людей, которых звали бы сразу двумя именами. Наверное, этот юноша и, правда, какого-то знатного рода. У обитателей местных трущоб, порой, вообще было только прозвище, а настоящее свое имя они или никогда не знали или предпочитали не помнить. Но и прозвища, произносимые на местном грубом диалекте, звучали резко, гортанно, будто царапали горло. А тут все так кругло, изящно, благородно. Не имя, а песня!
- Рада знакомству, Жюльен. – Танцовщица улыбнулась и присела в неловком реверансе – нога, которую она так неудачно подвернула во время выступления, все еще напоминала о себе ноющей болью. – Надеюсь, мой рассказ о местных…хм… нравах, поможет тебе в следующий раз избежать неприятностей. Главное, держись подальше от бандитов, вроде тех, что недавно проходили мимо нас, и будь предельно осторожен. Наш мир жесток и опасен, но выжить здесь вполне реально.
Лорин взглянула через плечо юноши – за его спиной, действительно, была уже совсем другая жизнь. Хорошо и красиво одетые люди, витрины маленьких уютных магазинчиков с разнообразными нарядами, сладостями, украшениями. Туда маленькие оборванцы из венских трущоб выбирались разве что ради того, чтобы вытащить кошелек у какого-нибудь господина или выпросить милостыню у нарядной фрау. Лорин и сама когда-то так делала в подростковом возрасте. А потом стала зарабатывать, танцуя на площади. Просить деньги у господ ей было противно. За воровство можно и на каторгу попасть, и этот способ оставался лишь на самый крайний случай.
Как сегодня, например. Проблема – где взять деньги, чтобы оплатить комнату на чердаке фрау Шпигель, по-прежнему стояла очень остро. И после того, как они простятся с Жюльеном, Лорин предстоит ее как-то решить. Возможно, придется попросить денег у Питера, у него всегда есть небольшой запас – несколько монет на «черный день». Если же он откажет, тогда она или выйдет на площадь, и будет танцевать через боль, или пойдет в трактир и снова кого-то попытается ограбить. С подвыпившими горожанами сделать это будет проще, чем с Жюльеном, поймавшим ее фактически за руку. Лорин уже не повторит ошибки, и обязательно добудет денег.
- Мне жаль, что мы познакомились при таких обстоятельствах. – Добавила танцовщица, хотя она и знала, что здесь, в трущобах, их знакомство вряд ли могло быть иным. – Но ты ведь не держишь на меня за это зла, правда?
Вопрос был скорее риторическим, Лорин и так понимала, что если она до сих пор не в полицейском участке, Жюльен простил ей попытку ограбления. Да он и сам сказал, что не видит в этом необходимости, раз уж все равно остался при своем кошельке. Ладно, в какой-то степени можно признать, что удача не совсем еще отвернулась от нее. Значит, и денег она сегодня сможет раздобыть. Обязательно сможет. Других вариантов просто нет. Фрау Шпигель не прощает должников, и те, кто не заплатил вовремя, рискуют оказаться на улице уже на следующий день.
- Если еще будешь в наших краях, приходи на площадь. – Повторила приглашение Лорин. – Я там танцую почти каждый день до первых холодов. А зимой устраиваюсь в какой-нибудь местный трактир и танцую по вечерам. – Взгляд танцовщицы стал лукавым. – Я тебе по руке погадаю. – Она помнила, что юноша заинтересовался ее словами о линии жизни и линии удачи. – И, может, еще что-нибудь интересное расскажу. А сейчас прощай!
Танцовщица развернулась и, слегка прихрамывая, пошла назад, туда, откуда они только что пришли. Конечно, столь необычное знакомство сразу не забудется. Но ей следовало заняться решением своих проблем, и как можно скорее. Где взять денег на оплату жилья - мысли Лорин потекли уже в этом направлении.

Отредактировано Loreen (08-03-2017 00:59:26)

0

18

- Взаимно, мадам, - улыбнулся Жюльен в ответ на вежливую фразу новой знакомой и чуть склонился. Вбитые воспитанием манеры невозможно было так легко искоренить. К тому же, какая разница, какого происхождения эта девушка, если в своем остроумии и обаянии она ничуть не уступает всем напудренным фрау этой столицы, а некоторых и превосходит. Не то чтобы у Бертлена действительно была возможность сравнить, но он в своем мнении был абсолютно уверен.
Легкость, с которой она рассказывала об этом месте, не переставала его удивлять. Да, наверно, когда ты живешь в этом каждый день, вся эта обстановка кажется естественной, а когда ты ещё и умеешь в этом выживать, то в чем-то действительно не такой уж и плохой. Жюлен-Филипп же пока что мог только восхищаться этим отношением со стороны Томаша, и теперь вот и со стороны Лорин. Они ведь знают, что может быть и по-другому. Он сам перед ними яркий тому пример. Потому на него и слетается вся местная шушера как мотыльки на свет - знают, что он из "другого мира", оттуда, где жизнь легка и хороша. С него есть что взять, но ещё сильнее им действует на нервы это напоминание - есть люди, которые живут по-другому. И в такие моменты Бертлену было стыдно перед этими людьми. Почему одним достается всё, а другим ничего лишь по праву рождения?
Конечно, жизнь в кругах аристократии тоже была не так хороша, как казалось местным. Жизнь в мире богачей накладывала свои ограничения. Удивительный выбор. Свобода и борьба за жизнь или же благоустроенность и клетка. Кому из них больше повезло на самом деле?
Ответа у Жюльена не было, но он точно знал, что ещё не один день будет вспоминать эту прогулку и терзаться этим вопросом.
Другая жизнь не замедлила показаться за ближайшим поворотом. И как девушка умудрилась так быстро вывести его туда, куда сам он добирался бы ещё как минимум час? Богачи, приходящие сюда за чудесами: предсказаниями, зельями, цыганским колдовством, явно не подозревали, в чем кроется истинная магия этих мест, чем их могут удивить местные жители.
Они остановились между тесно стоящими домами и стало очевидно, что на этом короткому знакомству настало время завершаться. О чем Жюльен-Филипп думал с сожалением: общение с Лорин оказалось ничуть не хуже оживленных бесед с Томашем. Как так получается, что образованные аристократы, читающие философов и рассуждающие о политике, не видят дальше собственного носа, в то время как эти необразованные люди, не задающиеся вопросами бытия или ситуации в мире, знают о жизни намного больше их. О реальной жизни, той, что происходит под самым носом у этих слепцов. Если бы только можно было это изменить...
Юноша искренне улыбнулся в ответ на прозвучавший поразительно наивно вопрос. Они оба знали, что Лорин не подобрала кошелек, а ловко вытащила его у него из кармана, но почему-то она стояла сейчас здесь, перед ним, а не пыталась объясниться с неприветливыми полицаями.
- Думаю, мне повезло, что я тебя встретил, - и он действительно в это верил, - И, может быть, в других обстоятельствах нам бы не удалось так хорошо поговорить. Так что можно даже сказать, что я рад, что всё сложилось именно так.
Он вежливо попрощался, высказав надежду на новую встречу, и уже собрался было шагнуть обратно в "свой мир", как ему в голову пришла идея.
- Слушай, подожди! - окликнул он не успевшую ещё далеко уйти Лорин, нагнал её за несколько широких шагов, - Ты же всё равно уже что-то рассмотрела на моей руке, там, в переулке. Что ещё ты увидела?

+1

19

«Где же взять деньги? Как я неудачно подвернула эту дурацкую ногу», - негодовала про себя танцовщица. С такой ногой она не сможет танцевать, да и фрау Шпигель толком помочь по хозяйству, чтобы задобрить ее и хоть немного оттянуть время арендной платы. Время от времени мысли Лорин возвращались к юноше. К Жюльену. Все-таки нечасто она попадается вот так, по-глупому, на воровстве. А тут… Сегодня точно не ее день. Иначе она уже давно могла бы решить финансовый вопрос и не мучиться тяжелыми думами – чем оплатить аренду своего чердака.
Все же странный этот господин. Вроде не бедный. А говорил с ней как с равной, без высокомерия, присущего богачам, без желания унизить ее или лишний раз указать ее место. Даже в полицию не сдал, это уж совсем нонсенс! Как он там сказал, прощаясь? «Мне повезло, что я тебя встретил». Повезло! Ха-ха! Она попыталась бессовестно обчистить его, а ему повезло. «Наверное, он просто молодой еще», - пыталась разгадать девушка загадочную душу Жюльена. Впрочем, она встречала молодых богатых господ, и они были так отвратительны, что Лорин даже не хотелось вспоминать. Распускали руки, вели себя как хамы, свято считая, что кошелек, полный монет, дает им такое право. С Жюльеном все было иначе.
Что он делал здесь, в этом районе нищеты, где опасность поджидала таких, как он, на каждом шагу? Захотел острых ощущений? Или пришел к любовнице? К знакомому? Хм. Последняя версия выглядела наиболее фантастичной. Какие могут быть друзья у благородного господина в этой дыре? Впрочем, он такой странный, что возможно все. Но если это, действительно, так, почему его друг или подруга не предупредили, чем ему грозят такие беспечные прогулки по венским трущобам? Почему не научили, что, направляясь сюда, следует одеться попроще, чтобы как можно меньше отличаться от местных обитателей, и не раздражать их своим респектабельным видом. Одной блеснувшей золотой нити в одежде бывает достаточно для того, чтобы поплатиться за это жизнью. И никто никогда не найдет ни следов, ни тела. Что-что, а убивать людей и избавляться от улик здешние жители умеют виртуозно.
Может быть, то, что она рассказал Жюльену, хоть как-то поможет ему, и он не будет столь беспечным, приходя еще раз сюда. Страшно было подумать, чем могла закончиться их встреча с молодчиками из банды Миро Олафсона, если бы они уже не размялись на площади, не отведали чужой крови, точно дикие звери. Впрочем, звери никогда не убивают ради развлечения или денег. Эти бандиты намного хуже их. Они могут убить даже если просто решат, что кто-то на них косо посмотрел. Возможно, Лорин следовало сгустить краски, живописуя жизнь в трущобах. Зачем бы ни приходил сюда этот юноша, он должен бояться – это может спасти ему жизнь.
Но что она так волнуется? Он все-таки мужчина, пусть и совсем еще юный, и должен уметь сам постоять за себя. А ей следует заняться решением своих насущных проблем. Например, где взять деньги на оплату жилья. Потому что в противном случае фрау Шпигель точно выкинет ее на улицу. «Этого никак нельзя допустить», - подумала Лорин. Пусть ее комната – это всего лишь чердак, но танцовщица очень ценила его, ведь это было ее жилье. Пусть крохотное, и аренда его стоила откровенно дорого. Но после жизни на улице, девушка не хотела терять комнату, ставшую ей первым настоящим домом. Да и фрау Шпигель, если разобраться, не такая уж неприятная дама. Пусть она и дерет с нее аренду втридорога, зато иногда угощает свежеиспеченными булочками или другими вкусностями собственного приготовления.
«Где же взять деньги?». Лорин в очередной раз задалась насущным вопросом. И в этот момент до ее слуха донесся голос того, с кем она рассталась всего несколько минут назад и толком отойти даже еще не успела из-за своей поврежденной ноги.
- А? Что? – Девушка, не ожидавшая такого вопроса, рассеянно хлопнула глазами, после чего медленно взяла руку Жюльена и вновь начала рассматривать ладонь. – У тебя такая интересная линия любви. Та, кого ты любишь… Или полюбишь, где-то рядом. И если ты ее еще не встретил, будь готов – ваша любовь станет для тебя неожиданностью. И еще тебе нужно быть осторожным – в одном месте на ладони линия жизни как будто раздваивается. – Девушка показала юноше этот «островок» на его ладони. – Это может значить перемены, которые повлияют на всю твою жизнь.

0

20

К счастью, Лорин не успела далеко уйти и услышала его оклик. И не отказалась ответить на вопрос. Жюльен не рассчитывал на полноценное гадание, даже не надеялся на ответ, но Лорин всё-таки взяла его ладонь в свою и принялась внимательно рассматривать. Неужели по этим складкам действительно можно что-то узнать? И где она этому научилась? Кто вообще это придумал? Вряд ли по гаданию на ладони существовали научные труды. И всё-таки откуда-то, каким-то непостижимым образом брались эти знания, сохранялись и передавались в определенных кругах.
Насколько можно было верить предположениям, основанным исключительно на физиологии, Бертлен не знал. Более того, склонялся к тому, что это всё не более, чем ловкий обман. Отчаявшийся или жаждущий чего-либо человек, можно сказать, сам желает быть обманутым. Такой готов поверить в любую чушь, если только она каким-то образом совпадет с его переживаниями. А кто как не бедняки умеют по малейшему движению губ, по случайно скользнувшему взгляду определить, в каком состоянии находится человек. Формулировки помутнее, глаза почестнее, вид позагадочнее, и вот уже богач прочно сидит у тебя на крючке и считает своим спасителем или же, наоборот, испуганно вопрошает, что же ему делать.
Жюльену же от гадания не нужно было ничего. Вернее, у него была одна цель, которую он преследовал, окликая новую знакомую и прося погадать, но цель эта не имела ничего общего с самим процессом. Почти.
Ответ же на даже не заданный вопрос к судьбе его поразил. Может быть, это у уличных гадалок ход такой? Все хотят любви, все считают, что нет ничего важнее этого чувства, которое так легко можно подменить чем-то похожим. Заговори с человеком о любви, и он выслушает что угодно.
Та, кого он любит... Возможно, если бы он действительно кого-то любил, его бы и заинтересовали эти слова. Сейчас же он мог только удивленно смотреть на Лорин. Любовь станет неожиданностью... Слишком похоже на сказки для впечатлительных дам. Впрочем, пускай, это в любом случае не важно.
Перемены... Перемены уже случились. И уже повлияли. Всё-таки переезд в другую страну на неопределенно-долгий срок накладывает отпечаток на жизненный путь, особенно когда на родине вот-вот разразится черт знает что. Может быть, это она и увидела у него на ладони? Да и есть ли в жизни хоть что-то, что не влияет на неё целиком.
Жюльен вгляделся в бугорок, на который указала гадалка, но, разумеется, ему эта непримечательная выпуклость на собственной ладони ни о чем не говорила. Он поднял руку с ладони Лорин, поднес её ближе к глазам, разглядел. Нет, всё ещё ничего особенного.
Юноша улыбнулся знакомой, быстро сунул руку в карман, вытряхнул из кошелька несколько монет (которых там и раньше было не так уж и много, и всё-таки) и легким движением схватив девушку за руку, вложил их в её ладонь.
- Вот. Насколько я знаю, за гадание принято платить. Надеюсь, этого будет достаточно, - он ещё раз широко улыбнулся, слегка склонился в качестве прощания и уверенно шагнул в пеструю толпу нарядных аристократов, прогуливавшихся вдоль улицы, и суетливо бегающих слуг.

+1

21

Лорин, наконец, отвлеклась от изучения ладони Жюльена и внимательно посмотрела на юношу. Она читала линии, определяющие Судьбу человека, давно, хотя и не считала себя профессионалом в этом деле, просто знала кое-что об этой хитрой науке. И не любила, когда ее считали гадалкой. Да и какая из нее гадалка, в самом деле? Танец – вот ее призвание, это то, что она по-настоящему умеет делать. Заводить толпу своим танцем, вызывать каждым своим движением волнение, переживание, страсть. А чтение по ладони – это даже не хобби. Так… Маленькая подработка, позволяющая разжиться парой звонких монет. Если люди платят за это, то почему нет?
А люди платили. За то, чтобы она рассказала им о них. Лорин всегда невольно поражалась их желанию заглянуть за завесу тайны, познать будущее, пока еще неизведанное и, может быть, далекое. Сама танцовщица давно жила одним днем и предпочитала не знать, что ее ждет впереди. Она читала много чужих ладоней, но никогда серьезно не изучала свою. Зачем? Так интересней жить. Верила ли она в чтение Судьбы по руке? Не так, чтобы очень, но… было в этом что-то. Определенно было. Основные линии определяли Судьбу человека, они тянулись на ладони тонкими нитями, словно сплетенные бесстрастными мойрами. О них Лорин людям и рассказывала, если они просили ее «погадать по руке».
Девушка чуть прищурилась, глядя на юношу. Она видела разную реакцию на свои слова. Кто-то удивлялся услышанному, кто-то расстраивался. Однажды женщина, которой танцовщица пообещала рождение давно желанного ребенка, даже расплакалась, не смогла совладать с эмоциями. Но чаще Лорин видела в глазах оттенок насмешки – люди платили за ее «гадание», но при этом не верили ей. Для них это было скорее развлечение. В ответ на это девушки лишь пожимала плечами – не хотите верить, не надо. Главное, что она получила плату, остальное – не ее дело.
Во взгляде Жюльена не было насмешки. Скорее, удивленное недоверие. Хотя юноша, похоже, и постарался оставаться бесстрастным. Может быть, чтобы не обидеть ее. Вот оно, воспитание! Лорин оценила это. Он не поверил ей, но хотя бы насмехаться не стал. И, кажется, даже кое о чем из сказанного задумался.
Но еще больше танцовщицу порадовала пара монет, которые дал ей Жюльен. Может, он ничего не смыслил в чтении линий на ладони, но точно знал, что за это принято платить. Сама Лорин с него денег спрашивать не стала бы, даже не смотря на то, что вопрос оплаты комнаты у нее стоял сейчас не просто остро, а критически. И эти деньги были совсем не лишними. Одного взгляда на монетки хватило, чтобы понять – заплатить за жилье у нее теперь есть чем. Она добавит кое-что из денег, заработанных на площади, и сможет еще месяц беззаботно жить на своем уютном чердаке в доме фрау Шпигель. Лорин выдохнула – благодаря Жюльену вопрос, терзавший ее сегодня весь день, разрешился сам собой. И она была ему за это весьма признательна.
- Хватит. Более чем. – Кивнула она, улыбаясь юноше на прощание. Руку приятно холодили заработанные монетки. Танцовщица отметила про себя, что не так уж много их было в кошельке у ее нового знакомого. Может, он не так уж и богат, как ей показалось сначала. Тогда все, что произошло, к лучшему, как бы странно это не звучало.
Лорин еще пару минут постояла, глядя вслед Жюльену, быстро затерявшемуся в толпе. Сбудется ли то, что она увидела на его ладони? Время покажет. А ей пора заняться решением своих проблем. И как можно скорее. Чуть прихрамывая, Лорин направилась в сторону дома фрау Шпигель.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Mozart: сцена » Caught in the act