Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Сцена "Mozart: l'opera rock" » Художник, что рисует...


Художник, что рисует...

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

● Название эпизода: Художник, что рисует...
● Место и время действия: Вена, Бургтеатр; 10 января 1782 года.
● Участники: Vincent Keller, Luigi Montalvo
● Синопсис:С той памятной посиделки в кабаке прошло несколько дней. Сунувшись случайно под кровать, Винс находит рисунок, который у него оставил Луиджи. Чтобы выяснить, что это за ерунда, он поджидает художника у мастерской в конце рабочего дня.

0

2

Одним зимним утром Винс был очень удивлен обнаружить у себя под кроватью что-то постороннее. Нет, это была не чужая одежда, которую кто-то мог забыть. И даже не клад. Нет, это было что-то абсолютно странное и не принадлежащее этому месту. Это был рисунок.
С бумаги на Винсента глядело чье-то незнакомое лицо. Мужчина, с взъерошенными волосами, по всей видимости спящий, с довольно привлекательными чертами лица. «Какая-то наглая у него морда», – задумался Винс, с интересом разглядывая находку. Кто же мог оставить у него такое? У него, конечно, были знакомые художники... Сильван? Луиджи Монтальво? Разве что кто-то из них. Винс хмыкнул и почесал щеку, пытаясь вспомнить, кто из них мог оставить такой сувенир.
И да, точно! Они ведь совсем недавно выпивали с Луиджи. Мирились, так сказать. И потом, пьяные, приперлись сюда. Он перехватил Луиджи прямо с работы – вполне возможно, что тот просто обронил рисунок, не заметил, а сквозняк задул его под кровать. Точно! А он, наверное, ищет, переживает. Винсент широко улыбнулся. Какая удача, что под кровать закатилась бутылка, и он нашел эту бумажку. Быть может, художник будет так благодарен, что подкинет пару монет на карманные расходы...
В приподнятом настроении Винс отправился в Бургтеатр. Отыскать Луиджи не составило труда, потому что и искать толком не пришлось: он был на своем рабочем месте. Винс остановился ненадолго, еще не объявляя о своем присутствии. Посмаковал мысль о вознаграждении и радостном лице Монтальво. Лишь затем приблизился.
– Эй, дружище, привет, – весьма дружелюбно обратился он к Луиджи. – Знаешь, со своими рисунками осторожнее надо быть. А то вот, сегодня у себя нашел. Твоя ведь работа? Поди обыскался.
Не переставая улыбаться, Винс протянул рисунок незнакомца художнику.
– Не думал, кстати, что ты мужиков спящих рисуешь, – гоготнул он. – Не ожидал, мягко говоря. Но ничего. Каждому свое, а?

0

3

- Ммм... мммм... - сегодня, пройдя по холлу театра, а дальше уже по извилистым коридорам до своей мастерской, итальянец услышал чудесную мелодию. Должно быть, оркестр готовился к какому-то мероприятию, которое должно быть очень скоро, а может, просто Луиджи посчастливилось пройти мимо в самый разгар репетиции. Спросить бы потом у Маркуса что там у них намечается, но, скорее всего, к тому времени пока они с кузеном увидятся дома, художник забудет о чем хотел спросить. Но, эта чудесная мелодия так и играла в голове, и, что тут скажешь, так было даже лучше. Хотелось тихо напевать ее, или же просто покачивать головой в такт. А еще, под нее очень хорошо получалось рисовать, быть может по той простой причине, что она переполняла вдохновением.
К тому времени, когда итальянец решил, что работа на сегодня закончена, он уже остался в мастерской один. Сильван к тому времени уже закончил свою работу, да и, судя по всему, юный серб чувствовал себя не очень хорошо, потому Монтальво отправил его домой. Все же в студии было не сказать чтобы тепло, плюс еще и постоянные сквозняки. Не хотелось бы, чтобы напарник слег с простудой, а то и еще чем по-хуже. Когда же Цвейг ушел, Луиджи решил закончить еще одну декорацию, но, в итоге, снова увлекся и забыл про время.
- А? - голос за спиной заставил вздрогнуть, впрочем, не сразу. То, что это к нему обращаются, итальянец понял, должно быть, только со второй фразы. Все еще погруженный куда-то в свою работу, Монтальво обернулся и удивленно уставился на постороннего. В первый момент даже не сразу понял кто перед ним. - Винс, и тебе привет, - вот только что художник был где-то на побережье восточной страны, как вот перед ним вдруг стоит работник сцены с которым итальянец при первой встрече подрался. Но, все закончилось вполне мирно. Только это не объясняет его появления. - Что ты здесь делаешь?
Однако, Келлер не особо тянул с объяснениями. Заговорил про какой-то рисунок, потом и вовсе протянул листок бумаги, на который Луиджи недоуменно уставился. Еще и какие-то намеки странные, так что только оставалось переводить взгляд то на рисунок, то на того, кто его принес.
- Да я вроде ничего не терял, - пробормотал он, однако рисунок взял. Что-то знакомое, но что? Итальянец нахмурил брови, повертел листок то так, то так и, тут до него снизошло озарение. - Ааа... точно. Это я тебя рисовал, - с этими словами, итальянец улыбнулся и протянул рисунок обратно работнику сцены. Можно было собой гордиться - помнил Луиджи в каком состоянии рисовал этот набросок, а еще как на утро голова трещала. Не удивительно, что искать это, так сказать, произведение искусства, Монтально не стал, а проще говоря, забыл про него напрочь.

0

4

Улыбка с лица Винса слетела, как последний осенний листочек от порыва яростного холодного ветра. Что? Он его нарисовал? Винс взял рисунок из рук художника и еще раз внимательно взглянул на бумагу. Действительно, сейчас, когда он начал вглядываться, он действительно мог уловить какое-то сходство между человеком на наброске и им самим, но... Да нет, бред какой-то. Не может это быть он.
– Да вообще даже не похоже! – с негодованием, которому явно не хватало энтузиазма, возразил Винс, повертев несчастный рисунок в руках. – Брось. Ты меня разыгрываешь, наверно.
Он, однако, не отрывал взгляда от портрета. Что ж, надо отдать Луиджи должное, рисовал он неплохо, во всяком случае, лучше Винса, который был способен только на черточки и фаллосы угольком где-нибудь на стене дома, но все же... Однако чем больше Винс всматривался, тем больше его начинал интересовать совсем другой вопрос.
– Погоди-погоди, – он даже поднял ладонь, хотя итальянец, вроде бы, не собирался никуда от него сбегать. – Это что, получается, ты рисовал меня, пока я... спал?
Только сказав это, Винсент перевел взгляд на Луиджи. Что-то в этом было неправильное, странное. Неприятное даже в каком-то смысле. Винс нахмурился. Неужели все художники так исподтишка рисуют свои портреты? Это же извращение какое-то!
– Я, конечно, понимаю, что я дьявольски красив, – тут Винс издал немного нервный смешок, – но это что-то новенькое.
Он опять взглянул на рисунок и даже перевернул его, будто такое простое действие могло дать ответы на все его вопросы. Однако ничего это не дало, и Винс лишь задумчиво прикусил губу. Если бы взглядом можно было протереть дыру, что ж, бумаге пришлось бы несладко.

+1

5

- Разве? - Монтальво удивленно приподнял брови, потом еще раз посмотрел на рисунок. Да ну, вполне похоже, и даже не смотря на то, что линии получились не очень четкими. Хотя, в этом была своя прелесть, в этой легкой неаккуратности, напоминавшей, собственно, того человека, который на рисунке и был изображен. - Ну, если учитывать, сколько мы с тобой тогда выпили, странно, что у меня вообще получилось его нарисовать.
Честно говоря, решив этот вопрос, Луиджи уже думал вернуться к работе. Он уже повернулся обратно к холсту и уже хотел сделать еще пару мазков, чтобы уже закончить рисовать линию волн ближе к горизонту, да только Винс, похоже, не собирался его так просто отпускать.
"Ну что еще?" - итальянец недовольно поджал губы и снова повернулся к приятелю и чуть ли не наткнулся на этот его останавливающий жест. Чего это он? Оставалось только распахнуть светлые глаза и недоуменно уставиться на работника сцены. Что ж Келлер так разволновался? Всего лишь рисунок, ничего такого. Работник сцены на нем даже не в полный рост, всего лишь одно лицо. Вот если бы тот спал на кровати в чем мать родила, а Монтальво с него это одеяло стащил и начал рисовать всю эту непристойность (хотя, почему сразу непристойность?), тогда еще можно было понять какие-то возмущенные возгласы, но здесь-то что?
- Мы с тобой тогда пришли из кабака, ты завалился спать, - принялся пояснять художник, чтобы приятель, наконец, понял всю картину. - Я рядом сидел и тебя так удачно лунный свет освещал, что это как-то само собой получилось. Сложно иногда сдержаться, чтобы не зарисовать что-нибудь интересное, когда увидел. Вот и тогда мне композиция показалась очень... ммм... - почему-то слово "красивой" говорить не хотелось, казалось что Винс поймет это не так, как нужно. - Впечатляющей, в общем. К тому же ты так неподвижно лежал, что упустить такой момент было чуть ли не грехом, - Монтальво миролюбиво улыбнулся и развел руками. - Лично я не вижу в этом всем ничего странного. Это все равно что если бы, когда мы еще в кабаке сидели, я взял лист и стал тебя рисовать. Но это было бы проблематично, потому что ты постоянно в движении был. А тут, - он тихо усмехнулся и протянув руку, легко щелкнул по рисунку ручкой кисточки, будто учитель указкой. - Будто само напрашивалось.
"Я только надеюсь, что он не из тех, кто считает, что когда кто-то рисует твой портрет, то забирает твою душу", - вот это было бы очень неприятно. Да и глупости это. Только все равно не хотелось бы с таким столкнуться.

+1


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Сцена "Mozart: l'opera rock" » Художник, что рисует...