Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Репетиции "Tanz der Vampire" » Мерзкий! Нет подобных на земле!


Мерзкий! Нет подобных на земле!

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

● Название эпизода: Мерзкий! Нет подобных на земле!
● Место и время действия: опушка леса неподалёку от деревни, середина осени, за несколько месяцев до основных событий БВ
● Участники: Helen Engelmann, Magda
● Синопсис: Ночь - великая властительница мрака, королева переменчивая и непостоянная. Сегодня ей угодно столкнуть в своих бесконечных владениях человека и вампира. Что же она достанет из своего звёздного рукава? Жизнь с обещанием солнца и нового дня? Или смерть? Или же размоет все условности белёсой полосой тумана, превратив охотника и его жертву в сестёр по несчастью?

Отредактировано Magda (28-02-2017 02:11:24)

0

2

Осенний праздник урожая и виноделия, традиционно приходящийся на октябрь, всегда отмечался шумно и с размахом. Магда помнила, как город расцвечивался яркими флагами и лентами, причудливыми гирляндами из колосьев и поздних цветов, на которые ещё была так щедра правящая бал осень. Как до поздней ночи гудела ярмарка на площади, куда можно было улизнуть от строгих глаз матери под покровом таинственных сумерек. А там - огни, и весёлый людской гомон, и песни. И можно кружиться в хороводе хоть до утра... Магде казалось, что в такие моменты где-то совсем рядышком приоткрывается некая таинственная дверца и из неё, словно из чудесной сказки, в городок приходит Волшебство. И нет ничего проще, чем встретить на улице самого настоящего волшебника-норока, который непременно улыбнётся и одарит счастьем на всю оставшуюся жизнь. Если повезёт, конечно.
Но, стоит ли говорить, что Магде так ни разу и не повезло. Как и танцевать до самого, что ни на есть, утра. Потому, что каждый раз откуда ни возьмись появлялся отец и строго-настрого приказывал ей и сёстрам сей же час отправляться домой. Ослушаться его никто не смел. Всегда было очень жаль оставлять такое чудесное веселье, но Магда не умела грустить подолгу. Она знала, что за этим днём обязательно придёт новый, а потом настанет время следующего праздника и уж тогда ей точно повезёт.
А между тем, карманы были полны яблок и печенья, которыми так щедро угощали на площади. А те, кто побогаче, вообще выставляли у дверей кувшины с вином - мол, пробуйте все желающие, гости дорогие, оцените качество и отменный вкус! Правда, на счёт вкуса у Магды имелись большие сомнения. Она как-то пригубила чарку - ну и гадость же! И чего только во всём этом вине хорошего? Кислое, и голова после него кружится. Хорошо, мать не прознала тогда, а то не миновать бы ей карающего возмездия чуть пониже спины.
В деревне, где сейчас жила Магда, конечно же, праздновали не с таким размахом, но зато ничуть не менее шумно. Собирались обычно в трактире Шагала, вплетали в гирлянды чеснок (Сара морщила нос и закатывала глаза, но каждого такого праздника ждала с упоением), пекли аливенци и пасчи, плясали и пели, иногда устраивали драки - веселились, одним словом. Кувшины с вином, правда, за дверь здесь никто не выставлял, впрочем, а смысл-то? Особенно, если знаешь, что у соседа если что и есть, то всё точно такое же, как и у тебя.
Став взрослее, Магда перестала верить в сказки. Или, правильнее сказать, в собственную удачу. Встреча с волшебником-нороком и обустройством её личного счастья всё как-то откладывалась и откладывалась, а между тем, дни сменяли ночи, нужно было убираться, и стряпать, и шить, и много чего ещё. Мечты - это праздность, а праздность - это грех, - говаривала маменька, так что, Магда предпочитала меньше мечтать и больше делать. Вот только, пожалуй, отношение к вину у неё осталось прежним - девушка его терпеть не могла. Как не выносила и тех, кто слишком уж им увлекался. Парни... гм, всех возрастов и видов, как правило, начинали глупо ухмыляться, нести околесицу и тянуть руки туда, куда их тянуть точно не следовало бы.
Этой осенью праздник вышел особенно шумным. Несмотря на довольно поздний час, веселье в трактире всё ещё шло полным ходом. Уже выпили и за щедрый урожай, и за хорошую погоду, и за то, что в последнее время все были живы-здоровы и никто, кажется, не пропал невесть куда. Не иначе, как чеснок уберёг. Потом успели вдоволь наплясаться, а особо охочие - вдоволь помутузить друг друга. Стараниями Ребекки Шагал, первая драка благополучно закончилась на заднем дворе, а вторая - скалкой в монументальных руках хозяйки. Добавки никто не хотел, а потому праздник быстро перетёк в более мирную колею. Услужливый и тоже уже изрядно подогретый хозяин играл на скрипке, раскрасневшаяся Магда сновала между столами, а Сара заговорщицки перемигивалась с кем-то из парней. На её беду, это не укрылось от вездесущих глаз матери, за что рыжеволосая кокетка была тотчас же выпровожена в свою комнату. Магде, забежавшей на кухню, чтобы сгрузить с подноса грязную посуду, казалось, что сквозь общий гул она различает возмущённый Сарин голос, доносящийся сверху. Наверняка спорит с матерью.
Внезапно чьи-то руки весьма недвусмысленно обвили белокурую служанку за талию, а тёмные с проседью пейсы защекотали шею. Девушка подскочила, едва не опрокинув на себя содержимое полупустого кувшина. И когда он успел здесь оказаться, только что ведь играл в общем зале? Шагал улыбался и шептал что-то о красавицах.
- Я... - Магда лихорадочно попыталась сообразить, что делать дальше. - Я пойду проверю, всё ли закрыто. Ночь уже на дворе. - с этими словами она вывернулась из цепких рук и быстрым шагом направилась в залу. Как назло, никому в этот момент ничего не требовалось. Девушка покружила между столами, потом немного по дому - из-за двери Сариной комнаты всё ещё раздавался возмущённый спор на два голоса - и снова спустилась вниз. Щёки пылали. Магде вдруг показалось, что все взгляды присутствующих почему-то обращены на неё. Словно все они знали, что только что произошло на кухне. Стало вдруг душно и она, подхватив тёплый платок, выскользнула за дверь, чтобы хоть немного прийти в себя. Заодно нужно было проверить, заперт ли курятник.
На улице было темно и совсем не холодно. Жёлтый свет из окон уютными, квадратными бликами ложился на сухую листву. Магда вдохнула прохладный воздух и прикрыла глаза. Сердце в груди колотилось, словно у испуганного зайчишки. Что же ей делать? Что теперь делать? Шагал уже давно бросал на неё призывные взгляды и обхаживал намёками, но ещё никогда не позволял себе распускать руки. Может, стоило огреть его сковородкой? Но... а если он её выгонит? Куда тогда идти? До города пешком добраться - об этом даже не может быть и речи. До соседнего села? До него дня три пути по лесу, где, как говорят, каждую ночь рыщут странные тени...  Девушка вздохнула. Может, он просто был слишком пьян? Протрезвеет до завтра, выспится и... И завтра всё будет по-прежнему, - безжалостно констатировал внутренний голос. Магда снова вздохнула. Потом завязала платок на груди и осторожными шажками направилась за угол, чтобы... Чтобы тотчас же оказаться кем-то схваченной.
- А-а-а-а!!! - завизжала она, но вдруг почувствовала на своих губах широкую ладонь. Воображение тотчас же нарисовало ей жуткое лесное чудовище с горящими глазами и длинными клыками, но почти сразу же девушка почувствовала жар, идущий от тела, к которому её прижимали, в нос ударил крепкий запах вина, а в уши - всё тот же елейный шёпот. Шагал! А потом... Его руки были, кажется, везде, а эти слюнявые губы... Магда так и не поняла, каким чудом ей удалось вырваться, и, не разбирая дороги, бросилась прочь со двора.

Отредактировано Magda (01-03-2017 21:01:24)

+1

3

Ах, какая чудная ночь выдалась сегодня. Просто чудная! Довольно рассмеявшись и вытерев перепачканные кровью губы рукавом рубахи этого тощеватого белобрысого паренька, Хелен рассмеялась и с какой-то непонятной нежностью провела своей ледяной рукой по еще теплой щеке, на которой только-только стал появляться пушок.
Сколько ему было? Пятнадцать? Шестнадцать? Не важно, сегодня, впервые за долгое время, чернокудрой вампирше не было жаль свою жертву.
Нет, нет и еще раз нет! Ни капли жалости или отвращения к самой себе. Потому как такие вот мерзкие юные развратники не имеют права на то, что бы жить на земле...
Ведь она сама слышала, притаившись за углом одного из покосившихся домишек, как этот молодой хитрец спорил со своими приятелями, что сумеет соблазнить и затащить на сеновал самую красивую девушку, из тех, которые сегодня гуляли по площади, водя хороводы. Или даже не так. Он выбирать не будет, пусть друзья ему укажут на любую…
Мол де вчера ему досталась нетронутая девица, и это было так весело, так забавно слушать как она ревет ревмя, когда он уходил, предварительно сказав что бы даже думать про него не смела. Ведь ему просто хотелось повеселиться.  А сегодня ему просто не терпится повторить вот такое вот веселье…
Хелен сама не заметила, как хищно оскалилась. Этот болван сам того не подозревая, подписал себе смертный приговор.
А вот, сомнений в том, что выберут ее, у фроляйн Энгельманн не было. Белоснежная кожа, черные локоны и несколько щегловатое платье, которое она, несколько дней назад, нашла в одной из комнат замка. Интересно, кому оно принадлежало раньше? Хотя, и это не важно. Зато теперь, со стороны, в таком вот облачении, Хелен легко можно было принять за служанку из дорогого дома. Юбка с вышивкой, цветастые ленты на рукавах. Красота, да и только…  Встать поближе к этой группе  гогочущих юнцов, стыдливо коситься в их сторону, хлопать глазами и теребить руками передник, украшенный кружевом.
Видимо с годами, чутье не подвело вампиршу и тот, кто смог утолить ее невыносимую жажду крови подошел к ней, буквально через несколько минут.
А дальше…
Кровь его была словно молодое сладкое вино. Она пьянила и кружила голову. И особенно сладко было то, что этот деревенский Казанова сам не понял того, что умирает. Не успел перепугаться, не успел испортить вкус своей крови.
- Теперь ни одна глупышка не будет лить слез из-за тебя, - шепнула напоследок Хелен, темной тенью выскальзывая из этого сарая, куда затащил ее юнец, предвкушающий веселые любовные утехи.
Ночь только начиналась, и торопиться  в замок, дабы скрыться от палящих лучей солнца была не к чему. Пройтись по деревне? Нет, это опасно. Вдруг местные поймут кто она такая? Спасаться бегством от вонючего чеснока и гадких распятий, быть преследуемой разъяренной толпой ей совершенно не хотелось.
Задворками, она, не торопясь, даже вальяжно, направилась в сторону Шлосса, тихонько насвистывая себе под нос какую-то веселую песенку. Времени еще вполне хватит, что бы посидеть на той самой полянке, куда она так часто бегала на свидания к Йохану.
С этой полянкой было связано столько теплых и одновременно грустных воспоминаний, которые и терзали ей душу, и столько значили! Вампирша любила бродить там, в полном одиночестве и предаваться воспоминаниям о своей короткой человеческой жизни, о том, как счастлива она была в тот теплый июль.
Но дойти она не успела, всего несколько сот шагов, как замерла и по привычке спряталась за одно из вековых деревьев. Своим тонким нечеловеческим слухом она уловила девичий плачь… А точнее всхлипывания. Что же, кажется, тут ей бояться нечего.

+2

4

Магда бежала, куда глаза глядят, совершенно не разбирая дороги. Лишь бы подальше. Поначалу Шагал бросился было вдогонку, однако же, быстро отстал. И всё равно, девушку ещё долго преследовал его голос: "Куда ты, глупая? Вернись сейчас же, дурёха! Магда!"
Ага, сейчас! Вернулась она, как же. Она ему не Сара, чтобы слушаться бесприкословно. Впрочем, Сара тоже особым послушанием никогда не отличалась... Вот приспичило ей сегодня перемигиваться с тем молодчиком на глазах у матери. Вела бы себя, как положено, и сама бы в зале осталась, и Ребекку за собой не потянула. В присутствии своей строгой и на диво зоркой супруги Шагал вёл себя гораздо более осторожно и осмотрительно. Да что там! Не винить же, в конце концов, Сару за произошедшее. Ей ведь под таким чутким надзором тоже совсем несладко - это нельзя, то нельзя... С единственного осеннего праздника и то, считай, выгнали.
Тем временем, Магда почувствовала, как начала задыхаться. А потом и вовсе поскользнулась на мокрой траве, чудом устояв на ногах. Сердце колотилось, словно шальное, едва ли не выпрыгивая из груди. Она прислонилась спиной к какому-то огромному дереву, наклонилась вперёд, пытаясь восстановить дыхание. Заставить себя дышать ровно всё никак не удавалось - обида рвалась изнутри, едкой щелочью подступая к глазам. Магда несколько раз всхлипнула. Она же не виновата! Она ни в чём не виновата! Со своим хозяином никогда не заигрывала, не кокетничала - да бог свидетель! - подобное ей даже в голову не приходило. Он же ей в отцы годится! Всегда старалась быть скромной, услужливой и полезной. Она же не давала ему никаких поводов вести себя по отношению к ней настолько мерзко! Ведь не давала же?
- Гадкий, отвратительный, мерзкий! - девушка сжала руки в кулаки и несколько раз в сердцах стукнула по шершавой коре, представляя на её месте лицо Шагала. - Нет подобных на земле!
Впрочем, всё это абсолютно ничему не помогло и на душе Магды ничуть не полегчало.
За что Шагал так с ней? И как быть дальше? Что ей делать? Что делать?
Девушка подняла глаза к небу, словно обращаясь к нему, в величественной вышине ища ответ на свой отчаянный вопрос. На иссиня-чёрном бархате небосвода сияли звёзды. Магде вдруг показалось, что там, за этим чёрным пологом существует лишь пронзительный свет, удивительно чистый и яркий. И видно его только через случайные прорехи в ткани мироздания. Может быть, это и есть бог? Как достучаться до него, чтобы он защитил, чтобы помог ей? Небо молчало.
Звёзды по-прежнему изливали свой холодный и равнодушный свет на одинокую девичью фигурку, неловко замершую у корней векового исполина.
В конце концов, Магда не выдержала и отчаянно разрыдалась в передник.

Отредактировано Magda (19-03-2017 02:17:42)

+1

5

Любопытство великая вещь. Присущая всему женскому роду, будь ты хоть десятилетней веснущатой девочкой, хоть девяностолетней сморщенной старухой. И, поверьте, став порождением ночи, которая терзается вечной неутолимой жаждой крови, в этом плане, Хелен не изменилась ни на йоту. Она оставалась все такой же любопытной, как и прежде… Будто и не было всех этих сотен лет.
Ведь  можно было обойти эту самую полянку по дальней дорожке, и как ни в чем не бывало отправиться в замок. Ностальгировать о своей погибшей любви можно где-то в другом месте. Но…
До рассвета еще так много времени! И как же интересно узнать, чем именно вызваны слезы незнакомки. Вот почему дочь резчика по дереву решила постоять еще немного, возможно она узнает какие-то вкусные подробности этой драмы?
Помешкав пару мгновений, Хелен украдкой выглянула из-за дерева, дабы посмотреть, наконец, на ту, которая так беспечно бросилась в лес. Ведь все деревенские знают, тут ходить опасно. Тут водятся всякие нелюди, вурдалаки и вообще жуть, страх, мрак. Или как там еще эти чурбаны, пропитые и пропахшие чесноком, называли их, детей ночи? Болваны…
А тем самым временем взору вампирши предстала девчонка, совсем молодая еще. Молоденькая какая. И красивая, без сомнений. Одна коса чего стоит. А уж какие формы! Верно все парни на деревне за ней ходят хвостиком.
Рыдает… Да вон как отчаянно. Внезапно фроляйн Энгельманн почувствовала, как ее переполняет не то жалось, не то сострадание… Очень уж хотелось подбодрить и утешить эту светловолосую девушку. Странное чувство, для той, которая только что безжалостно убила мальчишку, совсем еще ребенка, по сути своей. И не чувствовала себя виноватой
«Возможно это та самая девчонка, о которой рассказывал тот самый прощелыга? Ну а кого еще можно называть мерзким и гадким? Только вот такого негодяя, который может лишь обманывать!».
Внезапно, даже для самой себя, в этой незнакомой девчонке Хелен узрела родственную душу. Все уже триста лет она страдает точно так же, как и эта служанка. Из-за мерзкого, такого, которого еще земля не видела… Жесткого, забывшего про нее, бедняжку. Оставившего ее совершенно одну в вечности, но все же такого любимого, и родного.
Первым порывом было просто взять да и подойти к этой девушке…Заговорить с нею. Но тут же Хелен решила, что так только спугнет девочку. Та чего доброго бросится бежать, а ведь по лесу и правда может бродить голодная свита фон Кролока, которая будет настроена совершенно не так добродушно, как сама Хелен.
Вот почему вампирша решила вначале разыграть небольшую сценку. Так сказать, убедительности ради. Поплотнее закутавшись в шаль, состроив скорбную гримасску, Энгельманн неторопливо направилась к все еще рыдающей блондинке, громко причитая вслух.
- Как же ты так мог? За что ты так со мною поступил? – внезапно, словно бы только услышав громкие всхлипывания, притихла. - Кто здесь? – перепугано воскликнула Хелен, опасливо озираясь.
И надобно признаться, что во фроляйн Энгельманн погибла великая артистка, потому как в своем деланном испуге  выглядела она более чем правдоподобно.

Отредактировано Helen Engelmann (01-04-2017 21:50:07)

0

6

Магда, которую ещё несколько мгновений назад совершенно не волновало всё, что происходит вокруг, а именно - то, что она находится одна, да ещё и в тёмном лесу, да ещё и глубокой ночью, а ночью, как известно, кто только не шатается в этих местах: всякие нелюди, вурдалаки и вообще жуть, страх и мрак - вдруг перепугалась не на шутку. И от чего! От звука нежного девичьего голоса, так внезапно раздавшегося совсем неподалёку. Порой самая, что ни на есть, знакомая и обыденная вещь пугает гораздо больше, чем что-то неизведанное. Хотя, казалось бы - чего же здесь бояться? Но, у белокурой служанки душа, что говорится, ушла в пятки. Слишком уж неожиданно было встретить здесь ещё кого-нибудь в самый глухой и тёмный ночной час. Девушка пугливо огляделась по сторонам и шмыгнула носом. Лунный свет по-прежнему беззаботно лил своё серебро на кроны древних деревьев-исполинов, так, что казалось даже, что они слегка светятся на фоне тёмного ночного неба. Стояла тишина, лишь изредка нарушаемая шелестом листвы или присевшей на ветку ночной птицы. Никакого рычания, утробного воя или тяжёлых шагов пробудившегося чуда-юда. Всё это обнадёживало, хотя, обладательницу голоса пока тоже не было видно.
Магда ещё раз оглядела опушку. Далеко же её занесло от дома! Впрочем, места были знакомыми. Местные девчонки и парни часто бегали сюда на свидания. Поговаривали, что место это приносит удачу в любви. А ещё рассказывали, что когда-то давно какой-то очень красивый и очень знатный граф увидел на этой полянке прекрасную девушку. И страстно влюбился в неё с первого взгляда. И жили они, разумеется, потом долго и счастливо. Как в сказке.
Сару, кстати говоря, несказанно интересовала вся эта история. Не раз и не два она таскала Магду на эту опушку попытать счастья - а вдруг сбудется? Вдруг любовная магия этого места ещё в силе? Магия, впрочем, может, и действовала, да вот только встречались девушкам никак не графья, не виконты и даже не бароны, а очень даже местные парни, пару раз - Йони Шагал, а однажды - порядком перебравший кузнец, принявший обеих то ли за русалок, то ли ещё за кого. И рассказывающий потом всем и каждому, кто соглашался его слушать, как чуть штаны не намочил, когда вдруг выскочили на него из кустов две нежити в белых саванах по две сажени ростом, но с лица вроде девки, одна рыжая, а другая с волосами белыми и глазами горящими. Другие подробности этой встречи "чудом спасшийся" каждый  раз излагал по-новому, но в конце неизменно прибавлял: "Тьфу ты, нечисть поганая, чур меня, тьфу и ещё раз тьфу!" Сара с Магдой в такие моменты за бока держались от смеха.
Впрочем, очень скоро стало ясно, что просто ходить на ту самую опушку (или по той самой опушке), в общем-то, бесполезно. Наверное, нужно знать какой-то волшебное заклинание. Тут, опять же, говорили разное. Кто-то утверждал, что нужно прийти на полянку в ночь летнего солнцестояния и три раза назвать любимое имя или имя любимого, другие рассказывали, что следует встать лицом на север и держать при этом в руках берёзовый веник, третьи советовали повязать на шею красную ленту, а на голову надеть венок из чеснока...  Словом, вариантов было великое множество, и Магда однажды очень удивилась, увидев в Сариной комнате свежий веник из веток берёзы, аккуратно завёрнутый в тряпицу. Правда, белокурая так и не успела спросить, удалось ли Саре испробовать этот способ.
Тут она неожиданно поймала себя на мысли, что встретить прекрасного графа или, на худой конец, виконта, было бы сейчас как нельзя более кстати. А вот бы действительно! Он бы точно спас её, как в самой настоящей сказке, и Магде не пришлось бы дрожать от сырости и страха, обнимая старое дерево. Но, увы... Они с Сарой давно уже сошлись во мнении, что тот самый граф, о котором сказывала молва, наверняка жил в том старом замке в лесу и умер ещё лет триста назад. Про его наследников никто ничего особенного не слышал, а значит, проку от таких мечтаний немного.  Лучше бы подумать, как вернуться обратно. Желательно, невредимой. А если вдвоём с неожиданной спутницей, то и возвращаться будет не так страшно. Ведь голос её звучал обычно, очень по-человечески. Отчего-то эта мысль придала Магде храбрости.
- А кто, - осторожно спросила она, в свою очередь, выглядывая из-за дерева. - А кто здесь?

Отредактировано Magda (10-04-2017 22:47:25)

+1

7

Отвечать вопросом на вопрос… Хм, что тут сказать. Весьма странная манера, в духе большинства жителей этой Господом забытой деревеньки, большую часть года утопающей в снегах и казалось насквозь пропахшей ароматом чеснока.
Так делали все ее многочисленные родственники по материнской линии. Черноволосые и шумные, которые всю жизнь провели в этих краях и максимум на что были способны – так это доехать до соседней деревни. Ну и совсем уж отчаянные путешественники весной отправлялись на какую-то городскую ярмарку, которую Энгельманн не суждено было посетить. А ведь она так мечтала об этом.
- Вот и поговорили, - едва слышно прошептала Хелен, слегка усмехнувшись, невольно вновь вспоминая то, что было сотни лет назад. Прошлое никак не желало растворяться в беспощадном круговороте времени.
Хотя, стоило признаться, тут несколько другое…Конечно, так отчаянно рыдать, вообще ничего не услышишь. Рота солдат пройдет мимо, а ты и внимания не обратишь. А что говорить про негромкий и несколько подрагивающий голос дочери венского резчика по дереву? Верно, поэтому незнакомка и переспросила.
Зато теперь появился чудный повод выйти из своего убежища и познакомиться поближе. Разузнать что, или точнее кто, является причиной этих рыданий и цепляний за старое дерево, будто это последняя надежда в ее жизни.
Выйдя из  тени деревьев, с настороженным и несколько испуганным видом, вамприша заозиралась, словно бы не замечала перед собой светловолосую девушку.
Свою пантомиму «до смерти напуганная и несчастная» Хелен перестала ломать только тогда, когда поймала взгляд незнакомки. Такой напуганный и печальный, какой старалась сделать Хелен… А все же следовало признаться, что в темноволосой венке погибла недурственная актриса драматического театра, ибо у нее получалось весьма правдоподобно.
- Ох, ну и напугала ты меня! – прижав ледяные руки к груди, воскликнула венка. В голосе ее читались легкие нотки изумления и досады одновременно. – Не думала я, что тут можно найти компанию. Я Иляна. А тебя как кличут?
Румынское звучание ее имени обычно причиняло ей невыразимую душевную боль, если конечно есть, эта самая душа, о спасении которой так беспокоятся люди. Иляна… Так ее называл Йохан, в минуты особой нежности.
«Ах, сколько бы отдала за то, что бы пережить все это счастье еще раз! Хоть один денечек вернуть, хоть часочек и навсегда исчезнуть с лица этой грешной земли не страшно!».
- Я тут это… - что «это» Хелен как-то не успела придумать, занятая воспоминаниями о фон Кролоке, его поцелуях да нежных речах, и неловко замолчала на несколько секунд. – Погулять решила, немножко. Да, воздухом  свежим подышать. А ты-то тут что делаешь? Ночь же на дворе. Не боязно одной вот так гулять?
А пауза наоборот была весьма кстати. С чего бы это с малознакомой девчоночкой вот так сразу делиться всеми душевными волнениями? А тут вроде как и причитания эти, и печальный вид… Даже дурачку ясно, что не воздухом дышать она отправилась. А дальше женское любопытство, присущее всем дочерям Евы, должно было сыграть на руку вампирше.
По крайней мере Хелен подумалось, что именно после вот такой очевидной лжи эта блондинка начнет выспрашивать у нее, что же приключилось. А потом и своими переживаниями поделиться. Так и беседа завяжется.

+1

8

Даже увидев, как луна высветила тонкий, девичий силуэт, опасливо двинувшийся ей навстречу, Магда не сразу решилась отцепиться от дерева. Но, всё же, жажда хоть капли человеческого тепла и участия заставила её разжать замёрзшие и онемевшие пальцы, и сделать навстречу незнакомке несколько несмелых шагов, стараясь не поскользнуться на мокрой от выпавшей росы, траве.
- И ты меня напугала. - призналась белокурая, не без любопытства разглядывая неожиданную собеседницу и чувствуя, как липкие ладони страха постепенно отпускают её. Хоть и многое было скрыто темнотой, бояться действительно оказалось нечего или некого: перед нею стояла девушка как девушка - темноволосая, стройная и такая же молоденькая, как и сама Магда. Вот только бледная, словно призрак. Впрочем, в лунном свете и сама белокурая служанка выглядела, должно быть, ничуть не лучше. Такая же замёрзшая, бледная и расстроенная. - Я уж было подумала, что ты навка.
Повисла смущённая пауза.
- Меня Магдой зовут. - девушка громко шмыгнула носом и потеребила свой фартук. - Я... - и задумалась, как лучше ответить на вопрос о том, а что она, собственно, тут делает. Всё-таки, рыдать наедине с самой собой - это одно, а вот выставлять свои слёзы напоказ, пусть даже перед такой же подругой по несчастью, как и она сама - всё-таки неловко.
Сказать, что "я тоже не думала, что тут можно найти компанию," - слишком, пожалуй, очевидно.
"Тоже решила немного погулять," - совсем уж глупо. Ведь тут обеим ясно, какого рода эта прогулка. И что сегодня за ночь-то такая, когда все несчастья случаются из-за мужиков, чтоб их!
Ну, а что "гулять одной - конечно, боязно." - так это и дураку понятно. Как и то,  что здесь и вовсе  не требовался ответ, и с тем же успехом этот вопрос можно было задать и самой Иляне. Да и вообще, в их деревеньке подобный вопрос уже давно превратился в риторическую присказку - мол, темно за околицей, не буди лихо, да смотри в оба. А ещё лучше - и вовсе нос за дверь не высовывай, по темноте-то.
- Я случайно забрела. - наконец, нашлась Магда, всё ещё утирая покрасневшие от слёз глаза. - Темень-то какая кругом... Дороги, вон, совсем и не видно. Хорошо, хоть место знакомое, - она подняла глаза на собеседницу. - Возвращаться недалеко, особенно, если напрямки. Ты ведь из местных? - на всякий случай уточнила она и повнимательнее вгляделась в лицо Иляны. Память на лица у белокурой была хорошая, и она могла сказать точно, что раньше эту девушку не видела. Впрочем, это ничего такого уж особенного не значило. Она вполне могла приехать к кому-нибудь из родственников, тем более, в такой-то большой праздник. Да и сама Магда жила здесь не так уж долго, чтобы что-либо утверждать наверняка.

Отредактировано Magda (08-05-2017 01:50:53)

+2

9

- Так ведь всем  известно, даже детям малым, что у навок волосы совсем зеленые, как водоросли или тина. И еще непременно венок из кувшинок на голове, - жарко запротестовала венка, вспоминая рассказы своих суеверных тетушек, которые все страшили Хелен. Мол де, если она пойдет купаться в речке, то ее нежить утащит на дно, и сделает русалкой. Или мавкой?
«Не помню… Не помню, про кого именно она там говорила. Да и имени этой тетушки я тоже уже  не помню. Сколько лет то прошло! Зато помнится мне, у нее были красивые голубые глаза, тонкие и проворные руки, а еще аж три подбородка! И все она причитала, какая, мол, я худенькая, как же я смогу замуж выйти, кто же на меня такую доходягу посмотрит?».
Наконец девчонка перестала трястись от страха и обнимать дерево. Вот и славно, может хоть поговорить удастся. А то с остальными обитателями замка не особо то и поболтаешь. Все надутые, молчаливые, прямо сборище вурдалаков каких-то, ей-ей!
А так порой хочется простых душевных бесед о самых обычных вещах! 
Еще немного и Хелен прямо таки скривилась бы от недовольства, словно бы позабыв, что и она теперь точно такой же «вурдалак», как и все остальные житель Шлосса. И точно так же не любит рассказывать о своем прошлом, предпочитая молчать и гулять при луне в гордом одиночестве. А беседовать о настоящем? Глупость какая. Не рассказывать же например Тибо о том, какая сладкая и дурманящая разум кровь была у этого сегодняшнего молодчика… И, что ей ни капли не жаль его, что это ее месть за ту бедную девочку, которую он совратил. А в ответ услышать рассказ о том, как паж Наполеона сумел выловить несколько жирнющих крыс и ими утолить свою жажду. Бред!
-Магда… - повторила вампирша, улыбаясь, одними только уголками губ. – Красивое у тебя имя. Прости, не хотела я тебя пугать. Вон у самой душа в пятки ушла. Правда и подумать не могла, что тут еще кто есть.
Ну да, случайно забрела. Потом вцепилась в дерево и принялась плакать и причитать, что кто-то там мерзкий и гадкий, что таких более земля не видела. Речи как нельзя более подходящие для уединенной прогулки ночью. Все это Хелен прекрасно знала. Так как и сама любила подобный моцион. И, само собой, в ее случае этим «гадким и мерзким» был не кто иной, как граф фон Кролок.
Казалось, что Магда ее рассматривает. Наверняка силится вспомнить, не видела ли она Хелен раньше. И это не удивительно, деревня то не шибко большая. Почти все знают друг друга, незнакомец тут это диво дивное, так что надобно придумать что-то. Безобидное и правдоподобное. 
- У меня тут это… Дядька на кузнице работает, хромоногий такой, знаешь? Вот к нему я и приехала. А сама служу  на постоялом дворе, в тридцати верстах отсюдова, - глянув на передник  белокурой Магды, Хелен замолчала на секундочку, шмыгнула носом и добавила. – Ну, по хозяйству там помогаю, готовлю и убираюсь. Ну, все, что хозяйка велит, то и делаю. А ты? Я тебя вроде как и не видела раньше…

Отредактировано Helen Engelmann (19-06-2017 19:11:15)

+1

10

- Нет, ты что! - махнула рукой Магда, совсем осмелев и подходя ещё ближе.  - Это у русалок волосы зелёные, да тиной покрытые... Ох, не к ночи будь  помянуты, нечистые!
И действительно, она и так уже страху натерпелась сегодня, не приведи господь, ещё нечисть какую случайно позвать. А вдруг взаправду явится? Ни навкой, ни русалкой становиться Магде совершенно не хотелось, так что, лучше уж быть благоразумной и не будить лихо, пока оно спит. Впрочем, возвращаться в дом Шагала её тоже не очень-то тянуло, да вот только выбор был невелик. И всё же, наверное, можно задержаться тут с этой Иляной - вроде девушка она хорошая, участливая. И ведь тоже совсем не случайно здесь оказалась! А когда вот так вот погорюешь вместе, по-девичьи - беда вроде на такая уж и большая кажется... Да и с двоими-то вряд ли что страшное сделается.
- На кузне? - почему-то обрадовалась Магда. Кто ж кузнеца-то не знает? Кузнец в любой деревне -  фигура видная, да значимая. Белокурая, конечно, ещё не знала его лично, но зато видела уже не раз. А упоминание об общем знакомом, как известно, делает беседу теплее, а собеседников ближе.  - Ну... не то, чтобы прямо так уж и знаю, но... Я раньше в городе жила и не так давно сюда приехала. - вздохнула она.
"Может, и зря," - пришла унылая мысль и сердце снова нервно и беспокойно стукнуло в груди.
- Ой, правда? - девушка подняла глаза на Иляну, услышав нехитрую историю её занятий и проникаясь к ней всё большим доверием. Равенство между ними оказалось подлинным, да ещё и беда, похоже, общая. - Я тоже. Работаю в трактире при гостинице, ты-то точно знать его должна. Один он на всю деревню. У Йони Шагала.
Как бы девушке не хотелось обратного, но при упоминании имени хозяина, голос её предательски дрогнул, а в глазах заблестели слёзы. Впрочем, Магда не дала им пролиться и шумно высморкалась в платок. - Вот, - как-то неловко продолжила она, словно извиняясь. - Вроде и праздник сегодня, да как-то не задался он.
Ещё бы! Хорош праздник, в слезах, можно сказать, утопленный. А если все праздники в её жизни такими будут? В обычные-то дни поводов с нею сталкиваться у Шагала было на порядок меньше. Хотя, он всё равно ухитрялся их находить. Вот уж извороливый ум, так его перетак!
- У тебя, наверное, тоже? - робко предположила она, посмотрев на Иляну.

+2

11

- Да? – немного недоверчиво протянула Хелен, все еще силясь вспомнить, про кого же именно ей говорили тетушки. – А мне тетка одна рассказывала, что столкнулась нос к носу с мавкой, так она была очень красивая, и волосы у нее были зеленые. А в волосах венок из кувшинок и водорослей. И все она ее манила за собой, манила…
Кстати последнее было совершенной правдой, ей и правда рассказывали такую страсть, после которой она еще ночи две спать не могла и клятвенно пообещала самой себе, что более никогда не будет ходить в лес, особенно к озеру. Правда, потом, когда она бегала на опушку, обычное место их свиданий с Йоханом, обо всех этих глупостях и суевериях, думать не хотелось.
При упоминании о кузнеце, на лице Магды появилась такая радостная улыбка, что Энгельманн даже перепугалась. Как бы они еще знакомы не были, или, чего доброго, жили по соседству, а значит ее вранье может быть легко раскрыто. Но нет, обошлось. 
- Из города в эту дыру? – вампирша покачала головой, явственно давая понять, что не одобряет поступка белокурой девицы. – Тут же скука смертная, особенно зимой. Ничего кроме снегов и метелей нету. Так еще и каждый второй, горькая пьянчуга, нормального мужа и не найти.
А она, оказывается, служит в постоялом дворе. Собственно говоря, единственном более-менее приличном заведении этой Богом забытой деревеньки. Это надо сказать ей еще повезло, туда порой заходит и приличная публика.
- Да кто же не знает Шагала! – по правде говоря, как звать хозяина, до нынешней минуты Хелен не знала, но видала его частенько. Такой себе евреистый еврей, судя по всему обожающий чеснок. Посему его Хелен обходила за три версты. – Жена дядьки моего всегда говорила, что он редкий похабник.
Последнее было чистой воды вымысел, так как каков характер этого самого еврея, вампирша не представляла. Зато теперь было ясно, перед нею не та самая девушка, которую обесчестил молодчик, ставший ужином фроляйн Энгельманн. А учитывая дрожащий голос, слезы на глазах при упоминании имени хозяина, и эти речи про мерзкого, которые она слышала в самом начале – получалось, праздник не задался именно из-за этого самого Шагала. Обижает он ее? Или может влюбилась, а он оказался примерным семьянином, и ни-ни?
- Эй, ты чего? Завязывай с этим сырым делом, слезами то горю не поможешь, неожиданно даже для самой себя голос Хелен прозвучал участливо и с состраданием. - Эх, у меня не то, что праздник не задался. У меня прямо-таки вся жизнь не задалась. Знаешь, Магда, мне порой кажется, что уж лучше взять да и помереть. По крайней мере оно вот тут болеть не будет больше!
С этими совами, вампирша приложила руку к груди, давая понять, что сердце у нее болит. Ну или душа. Не суть важно.

+1

12

- Ох, страсть-то какая! Чур меня, чур! - выпалила Магда, даром, что не перекрестившись. - Наверное, тётка твоя всё перепутала со страху. - девушка поёжилась. Но продолжать разговор о русалках и мавках как-то резко расхотелось. Одно дело - нашёптывать друг другу на ушко всякие жуткие байки, сидя в тёплой комнате у ярко пылающего камина, или, того лучше - уютно лёжа под пуховым одеялом, когда за окнами вовсю резвится загадочная темнота, а на столе ярко горит свеча, словно божий хранитель, отгоняющий всякое зло и дарующий надежду на то, что завтра снова наступит светлый день. Совсем же другое - брести при этом по тёмному лесу, где за каждым деревом чудится не то леший, не то кикимора, не то ещё кое-кто и похуже. Магда опасливо огляделась по сторонам, словно и впрямь ожидая увидеть чьи-нибудь светящиеся глаза, алчно пялящиеся на неё из чащи. Ей как-то уже довелось увидеть такие - однажды она заплутала в лесу и вышла на знакомую полянку только когда на землю опустилась темнота, а на небе зажглись первые звёзды. Обернулась она случайно, почувствовав взгляд в спину. Кто-то явно наблюдал за нею из гущи кустов и высокой травы. И девушка готова была поклясться, что глаза у этого... у этого... чудища лесного были вроде не звериные, но и не человеческие вовсе. Как она тогда добежала до дома - белокурая толком и сказать-то потом не смогла. Казалось, сердце из груди выпрыгнет, а если не выпрыгнет, то разорвётся на тысячу мелких кусочков. Не от сумасшедшего бега, так от страха. Потом уже, сидя в тёплой кухне, грея замёрзшие руки о кружку с медовым напитком и чувствуя, как все призраки ночи нехотя отступили прочь, она рассказала об этой неожиданной встрече Ребекке и Саре - мол, привидится же такое. И долго не могла понять, отчего обе вдруг так изменились в лице, побледнев в одночасье. Ребекка потом ещё как следует отругала нерадивую служанку, чтобы в следующий раз неповадно шататься было где ни попадя, а потом вдруг крепко прижала Магду к своей необъятной груди, строго-настрого наказав ей сейчас же помолиться Господу за то, что уберёг.
На следующее замечание собеседницы о дыре и скуке белокурая лишь тихо вздохнула.
- Понимаешь, Илянка, батюшка-то мой уже не молод, а нас у него, без малого - четверо. Не прокормить столько... - при воспоминании о сёстрах и родном доме в душе опять что-то предательски заныло. - Ну вот, я и согласилась, тем более, давно пора самой на кусок хлеба зарабатывать. Только вот... - она чуть было не проговорилась о Шагале и его отвратительных грязных намёках, но, пожалуй, удержал её столько стыд. Служанка закусила губу, снова едва сдерживая слёзы, однако, последние слова Иляны словно прорвали плотину так старательно скрываемых чувств:
- Да он просто чудовище! - не выдержала Магда, чувствуя, как по спине вновь прокатилась волна омерзения. - Мерзкий, отвратительный, гадкий! И как земля подобных носит? В отцы мне годится, а всё туда же!..
Белокурая плотнее закуталась в свой платок, чувствуя, как холод начал подбираться всё ближе.
- Что ты такое говоришь, Иляна! - девушка встретилась глазами с темноволосой, - Нельзя смерти желать, грешно же! - она осторожно взяла собеседницу за руку и едва ли не одёрнула её, - Ой, да у тебя же руки как лёд! Ты замёрзла, наверное, совсем. - с этими словами Магда накинула край шерстяного платка на плечи своей новой знакомой, чтобы хоть как-то попытаться согреть её.

+2

13

- Да она вроде не из пужливых была, - неуверенно пожала плечами Хелен. – Здоровая такая женщина, даже моего дядьку кузнеца усмирить могла, ежели он на грудь примет лишнего.
На счет кузнеца это, безусловно, был вымысел чистой воды.  Однако, то, что доамна Донка была весьма крупна собою и не боялась никого, это совершенно точный факт. Да и дралась наравне с деревенскими мужиками, тоже истинная правда. Чуть что не нравилось, кулаками размахивала не жалея себя и остальных! Так что тут венка не особо и солгала. 
- Жаль померла уже давно, добрая она была, любила меня, - забавно, но раньше такая неуместная забота от дальней родственницы только раздражала Энгельманн, а теперь эти воспоминания умиляли и казались вампирше такими сладостными. – Практическим мать мне заменяла, ну как могла. Ее младшего сына волки в лесу задрали, а все говорили, что мы похожи с Василем, ну, стало быть, с сыном ее покойным. Верно, поэтому и заботилась. 
Что-то она слишком разоткровенничалась… Это опасно, ведь белокурая может начать задавать вопросы. А вот рассказ Магды был весьма ожидаем. Старые родители, много детей в семье, стало быть старшим надобно идти и работать.
Одно странно, нет, что бы отправить дочку в город побольше, там то наверняка у такой красавицы, да еще и бойкой на язык, жизнь сложилась бы получше, нежели в этой дыре! Бедняжка…
- Тебе надо уезжать отсюда, Магда. В большой город, там  ведь страсть как хорошо, повсюду разряженные господа ходят. По вечерам непременно потешные огни пускают, и небеса все окрашиваются в разные цвета. Знаешь как красиво? – как там сейчас в больших городах вампирша не знала, ведь уже триста лет она жила тут, в замке фон Кролоков, и единственное где она бывала это лес да деревня.
Прикосновение живого человека обожгло, как огонь, и вздрогнув Энгельман взглянула на белокурую служанку.
- Спасибо. Точно, замерзла, - глухо шепнула Хелен, чувствуя как тоска по былому счастью и горечь от разбитого сердца вновь окутывает ее. Какая же эта девочка наивная и милая, утешает ее, согреть пытается, а верно узнай, что перед ней живой мертвец, убежала бы отсюда, только пятки сверкали бы.  Натянув рукава платья так, что бы даже кончиков пальцев видно не было, вампирша вздохнула.  -  Давно тут уже гуляю… Домой как-то не хочется возвращаться, веселиться тоже не шибко хочется. Погоди… Ты сказала «и он туда же», он что пристает к тебе?!
Воскресив в памяти образ этого пропахшего чесноком, уже не молодого еврея, Хелен передернулась от отвращения. Что ж, теперь понятно, отчего так горько рыдала Магда…
«И правда мерзкий, каких земля еще не видала! Ах, была бы жива тетка Донка, она бы ему мигом зубы пересчитала, да так, что этот Шагал быстро забыл бы про интерес к молоденьким девочкам!».
- А ты что? Ну, как себя ведешь с ним? Огрела его хоть разочек за такое?

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Репетиции "Tanz der Vampire" » Мерзкий! Нет подобных на земле!