Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Tanz der Vampire: альтернативное прочтение » Вечер высокой готики


Вечер высокой готики

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

● Название эпизода: Вечер высокой готики.
● Место и время действия: Город, где родилась Магда. Наши дни.
● Участники: Magda, Helen Engelmann, Alfred.
● Синопсис: Мода, как известно дама капризная, и каждую неделю издает последний писк. Ох, как же непросто уследить за ней, когда ты живешь вечность.

Отредактировано Helen Engelmann (15-04-2017 00:36:51)

0

2

- Нет, ну что это такое, в самом-то деле! - Магда притянула к себе несколько этих современных, блестящих и модных журналов, до которых ещё не успел добраться Герберт. - От всех этих бесполезных тряпок сундуки, можно сказать, ломятся, а надеть всё равно нечего! - возмущённо проговорила она, совершенно не замечая, что высказала эту, далеко не новую, мысль абсолютно таким же тоном, каким бы сказал об этом белокурый виконт. Однако, ничего удивительно в этом как раз и не было. Прожив почти сотню лет, можно сказать, под одной крышей и сталкиваясь едва ли не каждый день, ещё и не такое перенять успеешь. Все они в каком-то смысле так или иначе становились отражениями друг друга. А с Гербертом Магда и вовсе общалась довольно часто. 
- Ой, гляди-ка! - тем временем, белокурая вампирша с интересом шуршала страницами. - Я помню такие кружева! Лет пятьдесят назад на них все словно помешались. - она ухмыльнулась. - Права была Тереза, когда сказала, что человеческая мода возвращается каждые полвека. Опять всё это, - она закусила губу, пытаясь вспомнить новомодное словечко. - Как это сейчас говорят? А! Вспомнила! В тренде.
Сидеть на широком подоконнике, усыпанном подушками, в одной из бесчисленных комнат графского замка было уютно. Магда любила проводить здесь большую часть своего бесконечного времени. Рано или поздно, но подобные места появляются у каждого человека в родном доме. Ну, ладно, у каждого вампира. Некоторые человеческие привычки не вытравливаются столетиями, да и не стоят того. В конце концов, кое-что человеческое и бывшим людям не чуждо, верно? И как не считать замок родным, если безмерной милостью графа она прожила под его крышей уже сотню лет? Впрочем, белокурая вампирша была не особенно склонна задумываться над подобным анализом окружающих её вещей и понятий. Так что, она беспечно болтала ногой и, время от времени поднимала голову, созерцая открывающийся ей вид из окна. Вид был знакомым до боли и каждого куста, но от этого всё равно не терял своей прелести. Потом девушка снова склонилась над журналами.
- Кстати, мы вот, похоже, тоже в моде. Удивительно! Раньше люди делали всё возможное, чтобы только не стать одними из нас. Из кожи вон лезли - тут тебе и распятия, и чеснок, и молитвы... и чёрт знает, что ещё, всего не упомнишь. - в глазах белокурой зажглись искры. Магда вспоминала. А за такое количество лет ей, безусловно, было, что вспомнить. Иногда приходилось очень несладко, иногда - отчаянно весело. С годами она научилась играть с людьми и их чувствами, и эта игра была наслаждением едва ли не большим, чем упоительный пир, торжественно венчающий это действо.  - А теперь, получается, все только и хотят, чтобы если и не стать, то хотя бы  выглядеть, как мы? Вот, послушай: "Это модное течение плавно вытекло из бунтарского пост-панка, сохранив идею противостояния общественной морали, - Магда многозначительно усмехнулась. - Практически каждый современный дизайнер имеет в запасе коллекцию, отличительной особенностью которой является чёрный цвет, часто разбавленный красным или фиолетовым, и, как правило, не имеющей ни одного яркого тона. Весь образ должен излучать мистическую загадочность. - белокурая сделала большие-удивлённые глаза и саркастически усмехнулась. - Полунамёков в образе может быть множество, но даже при явном эпатаже, в них нет агрессивного сладострастия." Забавно. А раз забавно - значит, есть повод развлечься. - на этот раз девушка широко улыбнулась. Её длинные клыки ослепительно сверкнули, поймав на себя отблеск лунного света.  - Прогуляемся до города? Хелен? Хелен! - Магда посмотрела на задумчивую собеседницу, которая ещё не проронила ни слова. -  Ты, вообще, слушаешь?

Отредактировано Magda (04-05-2017 20:45:10)

+3

3

Развалившись в старинном кресле, бархатную обивку которого уже порядком попортила моль (недоглядел внеочередной Куколь, ох недоглядел), Хелен Энгельманн не мигая, смотрела в потолок, и накручивала на палец черный, словно смоль, локон.
Мысли вампирши витали где–то очень и очень далеко. А точнее…
Как же он был хорош! Дивно хорош! Высок, статен, и эти длинные черные волосы, чуть с проседью. Крупные, но такие изящные руки. Да еще и льдисто-небесные голубые глаза. За таким дивным красавцем можно было без раздумья броситься в в огонь безумия, продать душу самому Дьяволу и вообще ни капли ни жалеть об этом.
Ну… Просто вылитый Йохан фон Кролок, которого Хелен, стыдно признаться но так и не смогла разлюбить. Хотя, не о Йохане сейчас речь, а об этом красавчике актере, про которого фроляйн Энгельманн не могла забыть. Как же его звать то!? Янош что ли…  Вроде как венгр.
Если честно, то вампирша очарованная этим благородным лицом и этим дивным сходством с любимым, даже  не пыталась что-либо запоминать. Смешно признаться, но и сюжет фиьма, в котором играл этот венгенский клон фон Кролока, она поняла раз на третий. Незатейливый, но такой романтичный сюжет, до боли знакомый чернокудрой венке. Богатый и немолодой князь влюбляется в деревенскую простушку, которая намного моложе его… А потом дочка резчика по дереву и вовсе теряла нить повествования, потому как начинала представлять себя на месте этой счастливицы.
Фильм назывался «Ожог любви» и посмотрела его Хелен уже раз, наверное, двенадцать, а может и больше. Хотя, какая разница? Где двенадцать, там и пятнадцать. Не грех посмотреть и все двадцать, особенно когда там такой красавиц играет!
Все же нынешние времена были не так уж и плохи, кто бы что ни говорил. Да, солнечный свет был все так же смертелен для вампирши. Она, для того что бы продолжать свое существование в этом бренном мире, должна была искать себе жертв и пить их кровь. Но сколько теперь развлечений по ночам, одно кино чего стоит! Это же окно в настоящий мир, возможность путешествовать и вновь видеть все в ярком свете дневного светила.
«Жаль, что сегодня не отправилась в город, можно было бы еще раз на зазнобушку мою ненаглядную посмотреть…».
Дальше мысли Хелен ушли в дальние дали. Что-то вроде: если бы найти этого заграничного красавца, да влюбить в себя. А потом взять да обратить вампиром. Ах, тогда она была бы самой счастливой, и все свою бесконечную жизнь проводила бы рядом с любимым. Более никогда не была бы одинокой, а Йохан пускай бы себе локти кусал со злости.
Эти сладостные мечты спугнул звонкий голос Магды, которая принялась звать Энгельманн по имени. Вероятно поняла, что ее не слушали. Вот ведь черт!
- Да, да, слушаю, конечно! Ты сказала…мммм, - говоря начистоту, замечтавшаяся Энгельманн вообще не слышала, о чем там ей говорил Магда, даже примерно. Только обрывки слов, которые следовало теперь связать во вразумительный текст, дабы белокурая не догадалась, что Хелен прямо таки влюбилась в этого экранного симпатяжку. Право слово, если бы она была живой девушкой, то сейчас залилась бы румянцем смущения. Будто ее поймали на каком-то постыдном недостойном поступке.
– Ты говорила, про чеснок и молитвы в черных и фиолетовых цветах. Это вообще что? Люди придумали новые способы, дабы нас пугать?

+1

4

- Молитвы? В фиолетовых цветах? Это как? - опешила Магда и с подозрением посмотрела на собеседницу, словно сомневаясь в её способности рассуждать здраво, а заодно и соображать, чего уж там. - Ты, вообще, в своём уме?
Честно говоря, на счёт последнего у белокурой имелись кое-какие сомнения. В последние лет, эдак, десять, Энгельманн то ли грезила наяву, вот как сейчас - смотря в потолок, то ли ещё что похуже - например, влюбилась. А когда влюбляешься, то, во-первых, начинаешь нести всякую странную чушь и, во-вторых, совершать всякие необъяснимые (не сказать бы - дурацкие) поступки. А как ещё объяснить, например, эти фильмы с одним и тем же актёром и совершенно глупым сценарием, которые Хелен готова была смотреть (и ведь посмотрела уже!) раз двадцать, а то и больше. Магда и вовсе теперь шарахалась от предложения очередного развлекательного похода в кино, как чёрт от ладана. Вернее, как вампир от чеснока. Хотя, с чесноком в последнее время выходило весело. Люди здорово научились делать всякие искусственные штуки, вроде ненастоящих цветов, овощей и фруктов. Как-то в городе Магде на глаза попались искусственные связки чеснока - в последнее время было очень модно украшать дома и кухни, так сказать, "под старину", аутентичненько развешивая всякие вязанки лука или перца по углам. Считалось, что это придаёт дому тепло и уют, делает интерьер стильным, кроме того, раз ненастоящее - значит, не портится. Белокурая вампирша не очень понимала эту страсть ко всему искусственному, охватившую человечество в последнее время, ведь с настоящим всё равно не сравнить, но, как известно, мода не постоянна. Пройдёт и она тоже. Однако же, чеснок Магде понравился. Помнится, она, ухмыляясь, принесла с собой целый пакет. Следующие две недели весь замок фон Кролока, что говорится, стоял на ушах, ибо не было ничего смешнее, чем подсунуть ничего не подозревающему вампиру большую нарядную чесночину. Но, увы, через какое-то время шутка приелась и вампиршу снова приняла в свои объятия скука. А расшевелившаяся было Энгельман снова потерялась в своих мечтах, ну, или чего у неё там было. Сара уехала, прочие вампиры тоже, в конце концов, расползлись по замку и своим углам, занявшись своими делами. А некоторые всё ещё обижались на Магду за тот безобидный розыгрыш, а потому, общались с нею несколько холоднее, чем обычно, если вообще общались. И очередной камзол для Герберта, с пряжками, цепочками и всякими прочими ухищрениями (которые они с виконтом обсуждали без малого - месяца два) она, как назло, тоже совсем недавно закончила. В общем, в один прекрасный момент девушке стало настолько невыносимо скучно, что она уже готова была согласиться даже на совместный просмотр любимого фильма Хелен. Но в голову пришла мысль получше. Без сомнения, им требовалось что-нибудь новенькое.
- Хэ-э-э-эл! - снова протянула Магда, пытаясь привлечь к себе внимание, ибо тонкие пальцы Энгельманн опять принялись теребить чёрный локон, а глаза всё так же мечтательно уставились в потолок. - Хелен, вставай! "Под лежачую задницу кровь не потечёт", - хотела прибавить белокурая, да не стала. - Давай-ка рванём до города, журналы новые по шитью посмотрим и... ещё кого-нибудь. - не без умысла прибавила она, спрыгивая с подоконника и предоставляя собеседнице самой решать, что именно или, может быть, даже кто имеется ввиду.

+3

5

- А? Что ты говоришь? – Хелен, за сотую долю секунды успевшая вновь погрузиться в глупые мечтания, которые свойственны скорее нынешним пятнадцатилетним девчонкам, вздрогнула и, нелепо похлопав глазами, растерянно посмотрела на белокурую вампиршу.
Ну, вот почему говорить о каких-то глупостях на самом интересном моменте ее фантазий?
И если бы она еще знала как это, молитвы в фиолетовых цветах! Ведь сказала просто так, услышав последние речи своей старинной приятельницы, и естественно получилась редкая ересь. Ничего не менялось в этом мире, что триста лет назад она городила глупости умудрившись по уши влюбиться в Йохана фон Кролока, что сейчас несла всяческий вздор, когда думала про того киноактера, который был так похож на графа.Вот как не крути, одни только проблемы из-за этой влюбленности. Мало того, что страдания, так еще и при этом выглядишь, как умственно отсталый человек… Ну, точнее вампир.
Что же… Особого выбора нет, надо выкручиваться, что бы Магда не догадалась, о чем мечтала впечатлительная венка.
- Ну, как-как, что ты как дитя малое спрашиваешь и так понятные вещи! – Фыркнула Энлельманн, забыв на мгновение о своих черных кудрях, которые она беспрестанно теребила, когда начинала думать о чем-то своем. -  Идешь в цветочные магазины, покупаешь цветов да побольше. Разных, но что бы непременно все были фиолетовыми, ну на крайний случай лиловыми. Ставишь их у икон и молишься… То еще извращение, надо сказать, верно?
С этими словами Хелен пожала плечами, словно удивляясь, ну как можно спрашивать такие вещи. Ведь и так все ясно, без лишних слов.
Фиолетовый цвет вампирша не любила, какой-то он был слишком уж траурным, в ее понимании, и куда больше единственной дочери резчика по дереву нравились небесно-голубые цвета.
«Совсем как глаза Его Сиятельства… И у того красавчика венгра!» - руки вновь против воли потянулись к кудрям, а взгляд стал туманным и отстраненным. Хелен была в комнате, но ее тут как бы и не было. Только вот долго предаваться мечтаниям ей не дали.
Хотя, следовало уже привыкнуть к тому, что ежели рядом была Магда, то насладиться тишиной и покоем, было практически нереально.
Вечно у Шагаловой зазнобы была тысяча новостей, куча тем для обсуждений и просто миллион идей, которые тот час требовали воплощения в реальность. Ну, прямо как сейчас…
- А? Что? – Энгельманн непонимающе уставилась на Магду, словно первый раз в жизни видела ее. – Куда говоришь, рванем? В кино!?
Вдохновенные речи о журналах по шитью не произвели на первую жертву фон Кролока ровно никакого впечатления, словно бы она и не услышала их. А вот речи о том, что бы посмотреть еще «кое-кого» несказанно оживили Хелен.
- Давай, ну что же ты раньше молчала? – вставая и оправляя платье, спросила вампирша, которая от предвкушения казалось еще немного и в ладоши захлопает, как дитя малое. -  Идем же, идем скорее!

+1

6

Каждый раз, когда Сара куда-то уезжала, с Альфредом приключалась беда. Не совсем в буквальном смысле, конечно, но от того ничуть не менее серьезная. В одной статье он прочитал, что у этой беды даже есть имя – кризис среднего возраста. Определение его немного покоробило (можно ли считать его условно столетний возраст таким уж средним?), но описание в точности подходило под его случай. Как и в известной пословице, беда не приходила одна – очень часто к ней приплеталось ощущение безнадежности и непонимания цели своего, так сказать, бытия. А потому несмотря на то, что времена, когда ради избалованной дочки трактирщика Альфред готов был достать луну с неба давно канули в небытие, без нее он чувствовал себя одиноким и неприкаянным – в конце концов, именно Сара была той ниточкой, что хоть как-то связывала его с прошлой жизнью.
О чем он тогда мечтал? О подвигах, о возможности изменить мир, о чистейшей любви до гроба… Сейчас оставалось лишь усмехнуться, вспоминая весь этот вздор. Все-таки дураком он был изрядным. Неудивительно, что его не по годам разборчивая зазноба сделала выбор в пользу графа. А ему самому стоило бы остаться в стороне и не вмешиваться. Тогда сейчас он был бы… Альфред нахмурился, нос с носу сталкиваясь с совсем неутешительным выводом. Ну да, гнить бы ему сейчас в одном из тех же постылых гробов. Выходит, как ни крути – исход один.
И все-таки он так и не смог назвать замок своим домом. Не было в нем и чувства благодарности за оказанную милость и предоставленный приют, которое испытывала большая часть местных обитателей. Пожалуй, лучшим словом, которое могло охарактеризовать его мотив пребывания здесь, была растерянность. Увы, он так и не смог в полной мере ощутить обещанной графом свободы от морали, а вот настырную скуку, грозящую перерасти в депрессию, испытывал все чаще, поэтому с недавних пор спасался тем, что предавался разнообразным экспериментам. 
Сегодня, к примеру, Альфред экспериментировал с одеждой. Дело было в том, что с недавних пор он начал подолгу заглядываться на Герберта. Не то, чтобы его внезапно обуяла проснувшаяся ответная страсть, которая наверняка польстила бы любителю прелестных попок, но его привлекало другое –  от эксцентричного сына фон Кролока исходила такая мощная аура довольства и наслаждения, что взгляд обращался к нему поневоле в поисках ответа на так волнующий Альфреда вопрос: «в чем секрет вампирского счастья?». И, судя потому, сколько времени Герберт тратил на наряды и прочие подчеркивающие внешний лоск примочки, ответ заключался именно в них.
А потому Альфред уже битый час возился с беспощадно вырванным из привычного гнезда куском бархатной шторы, пытаясь воссоздать нужный образ. Оригинал красовался на раскрытой странице новомодного журнала, которым, похоже, зачитывалась вся женская половина замка и один капризный блондин.
Однако дело совсем не двигалось. Либо пальцам Альфреда недоставало умения, либо проклятая штора оказалась просто не готова к его экспериментам. Уже пребывая на грани отчаяния, он вдруг вспомнил об одной особе, которая могла бы помочь решить эту проблему. Белокурая подружка Сары не зря пользовалась в замке всеобщим уважением – помимо красоты природа наградила Магду внушительным количеством других достоинств, среди которых числилось и умение обращаться с ножницами и иголкой. Воодушевленный этой мыслью, Альфред порывисто (что всегда случалось с ним в моменты оживления) выскочил в коридор и, без труда ориентируясь на доносящийся из его глубины знакомый голос, устремился к своей цели.

+1


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Tanz der Vampire: альтернативное прочтение » Вечер высокой готики