Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Анонс "Fantome" » Он высок и красив...


Он высок и красив...

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

● Название эпизода: Он высок и красив...
● Место и время действия: "Опера Популер", 30 декабря 1871 года
● Участники: Сhristine Daae & Eugénie Verneuil
● Синопсис: Кристин и Рауль по-прежнему хранят тайну своей помолвки от таинственного Призрака Оперы. В театре они почти не видятся, а разговоры о будущем оставляют для встреч тет-а-тет. Какое же удивление ждет Кристин, когда разговор о Рауле с ней поведет малышка Эжени!

Отредактировано Christine Daae (04-05-2017 21:00:23)

0

2

Рождественские праздники еще не закончились. В "Опера Популер", не смотря на подготовку к опере "Дон Жуан", прошло несколько опер из старого репертуара, которые специально мсье Андре и мсье Фирмин подобрали в качестве небольшого подарка завсегдатаем театра и почитателям репертуара "Опера Популер". Но большинство служащих театра полагали, что господа директора просто хотят оттянуть начало репетиций навязанной им оперы. Кристин Даэ была горячо согласна с этим большинством, хотя бы потому, что и сама жаждала не приступать к репетициям так долго, насколько это возможно. Она сторонилась любого разговора о "Дон Жуане", предпочитая уверять всех и каждого, что сейчас ей важнее уделить время репетициям в кордебалете старых опер, которые должны быть показаны на этих праздничных днях. Несколько раз мсье Рейе намекал ей, что пора бы начать разбирать материал "Дон Жуана" уже на сцене, но Кристин пока ловко удавалось избежать подобных репетиций. Например, она переключила внимание мсье Рейе на сеньора Абальдо, у которого, как он не старался, не получался целый кусок из центральной арии произведения. Впрочем, даже Кристин не могла не отметить, что материал довольно сложный. Сама она пока старалась не вникать в разбор собственных арий. Во-первых, ей бы пришлось это делать одной, ее Учитель покинул ее, а, во-вторых, меньше всего ей хотелось вновь попасть под его влияние.
Поэтому Кристин большую часть времени проводила с балеринами и хористками, репетируя отрывки из прежних опер. Там, конечно же, блистала примадонна Карлотта Гудичелли, но Кристин намного спокойнее было участвовать в массовых сценах, чем думать о том, что в любой момент она вновь может оказаться в подземелье Призрака Оперы и на этот раз уже не вернуться.
Мадам Жири завершила репетицию до обеда, оставив лишь несколько балерин, в том числе и Мэг, чтобы еще раз пройти несколько партий из оперы, которую должны будут показать через три дня.
Кристин, оказавшись свободной от этой обязанности, пришлось раздумывать, куда бы ей пойти. В гримерную комнату, которую она начала использовать после "Ганнибала", ей идти не хотелось. То страшное большое зеркало сейчас наводило на нее откровенный ужас, а после встречи с Призраком Оперы на кладбище и подавно. Она почти не пользовалась ей в последнее время, а, если такое и случалось по необходимости, то звала с собой кого-то из костюмерш. Как и в прежние времена, Кристин предпочитала проводить время с балеринами из старшего класса мадам Жири в общих помещениях. Но и сейчас они либо разбежались по своим делам, либо продолжали заниматься с мадам Жири.
Поняв, что одной в комнате Кристин нечего делать, а Рауль сможет заехать в театр только вечером, когда приедет со своим братом к господам директорам, юная хористка направилась в служебные помещения за кулисы. Сейчас там было довольно тихо. Рабочие сцены не сновали, костюмеры унесли все костюмы, подготовленные для вчерашней оперы, а артисты либо еще не проснулись, либо уже закончили утренние репетиции.
Кристин устроилась на небольшом кресле, одном из тех, которые сюда принес кто-то из рабочих, чтобы иметь возможность провести время во перерывов. Сейчас она наслаждалась этой тишиной и спокойствием здесь, за кулисами, и тем, как доносился строгий голос мадам Жири с другой стороны коридора. Порой это напоминало те прежние дни, по которым Кристин очень скучала. В такие моменты ей казалось, что сейчас она услышит голос своего Учителя, и все будет как прежде. Но будет ли так когда-нибудь? Юная Даэ знала ответ на этот вопрос, но упорно гнала его от себя.
Продолжая ждать, пока у Мэг закончится репетиция, Кристин придумала для себя игру: она пыталась представить, что сейчас делают ее лучшая подруга и другие балерины, ориентируясь только на голос и замечания, которые она слышала. После она переносила выдуманную картинку на сцену, представляя, как все это будет выглядеть в окружении декораций. Это оказалось довольно занимательным занятием. Так она, по крайней мере, могла отвлечься от мыслей о "Дон Жуане" и скрасить ожидания Мэг Жири.

+2

3

Ну, конечно же, ее милый ненаглядный рыженький Рауль уже давно был бы дома, в заботливых и любящих руках своей законной владелицы…
Но мерзопакостная Лизетта оказалась крепким орешком, и никак не желала покидать захваченную территорию. Ну, то есть съезжать из дома мсье и мадам Верной. Хотя, надо сказать по чести, выглядеть новая «доченька» стала бледненько и запуганно, и воспитывать Эжени как-то передумала. Причем сразу и резко. Да и вообще она в последние дни старалась говорить поменьше…
Стало быть, меры воздействия дяди Призрака весьма эффективны. Хотя сама маленькая балерина по-прежнему думала, что если бы эта остроносая невеста брата провалилась под пол амфитеатра, то все проблемы исчезли разом и навсегда. Так сказать быстрый и эффективный способ решения эдакой беды. Да и Рауля не пришлось бы оставлять в гостях у ее взрослого друга.
Из-за этого вынужденного расставания со своим ненаглядным питомцем девочка в последние дни была рассеянной, все у нее валилось из рук. Не помогали даже любимые занятия хореографией и властный голос мадам Жири, которая была явно не довольна рассеянностью своей юной ученицы.
«Да как же тут сосредоточиться? А вдруг дядя Эрик не угощает Рауля бисквитными крошками? Или не поет ему на ночь колыбельную? Хотя нет, такого быть не может, я же говорила про песенку на ночь! Ну, а если он просто взял да и запамятовал? И мой бедненький трепетный Рауль сейчас страдает и скучает…».
Мысль о том, что ее рыжеусый таракан взял да и обиделся на нее, за то, что его оставили на несколько дней в подвалах Оперы Популер и вовсе лишили Эжени всяческого душевного покоя. Оставшийся класс девочка только и думала, как бы поскорее освободиться, что бы тут же бежать вниз, искать мсье Лакруа, более известного как Призрака Оперы, дабы проведать своего милого Рауля…
Правда потом здравый разум победил, ну и строгий недовольный голос педагога помог прийти в себя и закончить классы. Ну, куда ж такого маленького и беззащитного тараканчика  нести в дом, где идет настоящая война. Да еще какая война! По вытравливанию подлой и гадкой Крысоньки! Нет, такому хрупкому созданию не место на поле боя.
Примерно такие мысли витали в голове у девочки, которая после класса, как обычно и не думала идти домой, а беспокойным духом бродила по хитросплетенным коридорам оперного театра. Как она забрела в очередные служебные помещения, где стояла звенящая тишина, и никого не было.  Кроме…
- Кри-и-истин! – довольно пискнув, Эжени практически бегом бросилась к мадемуазель Даэ, которая сидела в огромном кресле, совсем одна и вид имела, самый что ни на есть, мечтательный. Последний раз маленькая Верной видела ее аж утром! Ведь это так давно! – Я  так соскучилась по тебе!
С этими словами малышка бросилась к задумчиво сидящей в кресле девушке и уткнулась ей личиком в колени. Ее тоску за домашним любимцем как рукой сняло. Эжени, как и любой ребенок, прекрасно чувствовала, кто относится к ней хорошо, а кто только комедию разыгрывает… Но сидеть неподвижно и просто молчать для девочки было просто невозможным, вот почему через минуту она вновь принялась болтать.
- А ты соскучилась по мне? Я думала, что ты на репетиции! Тебя мадам Жири отпустила пораньше, да?
Внезапно личико девочки стало серьезнее, потому как ее внутренний голос, очень уж похожий на голос мсье Лакруа возвестил – «если хочешь узнать, кто такой этот Рауль, о котором столько говорят в «Опера Популер», спроси у мадемуазель Даэ».
- Кристин, - голос девочки внезапно стал смущенным и немного робким, словно она собиралась обсуждать нечто жутко секретное, хотя в глазах маленькой балерины прыгали хитрые искорки. – А если я тебя спрошу, то ты обещаешь, что расскажешь одну только правду и ничего кроме правды?

+1

4

Кристин так увлеклась своей собственной "игрой", которая помогла ей отвлечься от всего происходящего, что она не сразу поняла, что кто-то зовет ее по имени. Только подняв глаза она осознала, что больше не одна. Прямо перед ней стояла малышка Эжени. Кристин не смогла сдержать улыбку, увидев этого очаровательного ребенка. Сама Кристин была старше, когда переступила порог "Опера Поппулер", и никак не могла вообразить, как такие малышки упорно тренируются у станка. Все это давалась с трудом даже тем, кто занимался не первый год, что и говорить о юных дарованиях, которые только только попали в класс к мадам Жири. Насколько помнила Кристин, Эжени стала заниматься у мадам Жири чуть больше назад, и насколько знала, получалось у нее это довольно не плохо. Кажется, юная балерина действительно нашла для себя занятие по душе. В противном случае никто бы так упорно не выполнял экзерсисы у станка. Наверное, такой была и Мэг в детстве, такая же упорная и так же мечтающая о сцене. Кристин любила наблюдать за младшим классом мадам Жири. Эти маленькие девочки своим упорством и трудом нередко напоминали ей о том, что и она достигнет того, чего хочет, стоит лишь приложить максимум усилий. Вот только чего она хотела сейчас? Впрочем, появлению Эжени Кристин была рада и потому, что это отвлекло ее от мыслей грядущем "Дон Жуане", который как Дамоклов меч навис над ней.
Кристин положила руки на голову девочки, проводя по ее каштановым волосам. В этом жесте было столько нежности, что даже сама Кристин удивилась, осознав, насколько тепло относится к малышке и как сильно хочется ей сделать что-то приятное. Возможно, она даже отчасти завидовала ей, потому что маленькая балерина жила еще в своем детском, иллюзорном, мире, где еще пока закрыты двери взрослым проблемам и горю.
- Конечно, я скучала по тебе, - тут же отозвалась Кристин, не переставая улыбаться. Как бы она хотела, чтобы у нее была младшая сестра такая, как Эжени! Но Кристин была единственны ребенком в семье, к тому же в довольно юном возрасте лишилась сначала матери, а потом и отца. - А я думала, что ты уже куда-нибудь убежала со своими подружками из класса. Неужели сегодня не будет снежных баталий недалеко от театра?
Нельзя сказать, что зима в этом году выдалась холодной, но маленькие ученицы мадам Жири находили снег и там, где его не должно было быть априори. День назад Кристин с Мэг в окно, которое выходило на внутренний двор театра, с любопытством разглядывали, как маленькие балерины устроили самое настоящее сражение снежками. Мэг пыталась и Кристин привлечь к этому делу, но ей пришлось сдаться, когда в театр приехал Рауль, который придумал какую-то несусветную отговорку, зачем Кристин срочно понадобилась мсье Рейе. Так Кристин была "освобождена" своим тайным женихом от повинности, придуманной Мэг.
- Да, - кивнула Кристин, - мы с мадам Жири уже все закончили. Сейчас там Мэг, Сессиль и еще несколько девушек репетируют отрывки к опере, которую будут показывать через три дня. Кажется, мадам Жири вздумалось там что-то переделать, и после общей репетиции она решила с ними пройти материал еще раз.
Кристин склонила голову на плечо, словно так ей было удобнее разглядеть или услышать малышку Эжени. Она продолжала гладить ее по голове, гадая, какой она вырастит. Станет ли примой - балериной "Опера Популер"? Станцует ли все те партии, о которых она мечтает?
Почувствовав смену настроения Эжени, Кристин убрала руку от ее волос и вопросительно поглядела на нее.
- Конечно, - ответила она, стараясь, чтобы ее голос не звучал напряженным. Что стало интересно Эжени? Возможно, это что-то абсолютно по-детски невинное, но что-то в ее голосе не давало Кристин решить, что так оно и есть. Хотя, может быть, то, что, по сути является проблемой незначительной, для ребенка может казаться очень существенной. - Разве я когда-нибудь врала тебе?
"Не считая того, что мы с Раулем до сих пор от всех скрываем свою помолвку. Но это для нашей же безопасности."
- Я обещаю, что рассказу тебе только правду. Что случилось, Эжени?

+2

5

- Они всегда торопятся, им бы только убежать играть. А мне нравится оставаться в классах, и пробовать танцевать, когда никто не мешает и не видит. Это такое счастье… Такое счастье!
В этот момент Эжени, прижимающая ручки к груди, выглядела гораздо старше своих лет. Глаза ее горели, лицо подрагивало от непонятного душевного волнения… И да, в эту секунду маленькая берберина, выглядела счастливой.
А вот словам Кристин о том, что по ней соскучились, мадемуазель Верной даже не удивилась. Ну, по сути, как по ней не скучать? Во-первых, она хорошенькая и миленькая (это она узнала от своей матушки). Во-вторых, она настоящая папина принцесса (это Эжени, само собой, поведал мсье Верной). Ну, и в-третьих… Что в-третьих, она додумать не успела. Потому как на ум приходили столько сравнения старших братьев с юлой и трещоткой. Не самые лестные характеристики, мягко говоря.
- Снежные баталии? Нееет, это был обстрел тех, кто не любит балет! В воспитательных целях. А не просто какая-то непонятная баталия, - сморщив нос, пояснила егоза. Ей, конечно, очень хотелось попасть снежком в саму мадам Карлотту, но, увы. Она не смогла добросить. Пришлось довольствоваться рабочими сцены и некоторыми музыкантами из оркестра, которые несколько пренебрежительно называли юных учениц мадам Жири стрекозами.
– Но сегодня я хотела посмотреть, как будут репетировать взрослые танцовщицы. Может быть даже Ла Сорелли… Ты же знаешь мою большую тайну? Когда я выросту, то непременно стану великой балериной! Такой как она. Нет, даже еще лучше. Я буду самой-самой.
Пожалуй, мечтать об этом девочка могла просто постоянно. Рассказывать о том, какие красивые платьица у нее будут, какая грим-уборная, какие букеты цветов ей будут дарить… На зависть всем остальным танцовщицам. А, и еще все директора театров, которые существуют в мире, будут сражаться за то, что бы  сам Эжени Верной танцевала у них!
Девочка так крепко замечталась, что практически прослушала новость и том, что мадам Жири хочет вносить какие-то изменения в танцевальную часть спектакля! А ведь премьера уже через несколько дней.
Ах, как же маленькой балерине нравилось, когда в театре готовят премьеру. Все суетятся, бегают, самозабвенно репетируют. Многие до позднего вечера остаются в танцевальных классах и залах. Порой, балетные и оперники умудряются сосуществовать прямо в одном зале. Настоящий театральный хаос, который так нравился маленькой Эжени.
Но да ладно, в конце концов, она искала Кристин вовсе не для того, что бы болтать о балете. Хотя, что может быть важнее этого? Да ничего! И все же… Рауль. 
- Нет, ты никогда не врала, - совершенно серьезно, заглядывая в бездонные карие глаза хористки, подтвердила девочка. – Но! Но ты же уже взрослая, да Кристин? А все взрослые врут. Решительно все. А если не врут, то говорят, что я слишком мала. Что узнаю, когда прийдет время. И, глупые, не понимают, что мне надо узнать это непременно сейчас!
На секунду, вспомнив об этой чудовищной несправедливости, мадемуазель Верной пригорюнилась и пару раз хлюпнув носом, недоверчиво зыркнула на Кристин. Кто знает, как бы ей и сейчас не заявили, что она слишком мала, и ей совершенно нет надобности знать,  кто такой этот самый Рауль.
- Мне мой самый лучший друг сказал, что ты точно это знаешь. Настоящий Рауль он с рыжими усами? Или нет? И он миленький? И трепетный? И любименький?

+1

6

- Конечно, ты станешь самой лучше, - убедительно проговорила Кристин. Она действительно верила, что так и будет. Нельзя сказать, что Кристин наблюдала за маленькими балеринами часто. Большую часть времени Кристин вместе с другими хористками и балеринами была занята своими репетициями. К тому же, в последнее время на саму Кристин навалилось столько проблем, что она едва успевала с ними справляться. Речь шла и о тайной помолвке с Раулем, и о таинственном Призраке Оперы и об опере "Дон Жуан", что появилась на горизонте после новогоднего маскарада. Но Кристин все же как-то видела репетиции младшего класса, и ей нравилось, как старательно они выполняли задания мадам Жири. В возрасте Эжени Кристин жила с отцом в небольшой деревушке рядом с Упсаалой, и тогда ни о чем не мечтала. Нет, конечно, у нее были мечты. Например, она хотела, чтобы Рауль, ее маленький друг, был с ней всегда рядом, чтобы отец научил играть ее на каком-нибудь музыкальном инструменте, чтобы к ней пришел Ангел Музыки. Но все ее мечты казались по-настоящему детскими, если сравнивать их с желаниями и мыслями Эжени. Конечно, в этих словах малышки было очень много детской непосредственности, но так глобально в ее возрасте Кристин не размышляла. Ее забавляла эта манера маленькой Эжени казаться взрослой, ставить цели и добиваться их. Пожалуй, Эжени была намного более честной, чем большинство взрослых. В этом Эжени абсолютно права: взрослые часто врут. И сейчас Кристин, которая всегда была честной и прямолинейной и доверчиво воспринимала других людей, меря их по себе, оказалась в паутине страха, лжи и обмана.
- Наверное, если не мешать, то мадам Жири разрешила бы немного посмотреть за репетицией. Правда, вряд ли там будет Ла Сорелли. Кажется, у нее сегодня репетиций не предвидится, но она обязательно будет выступать на спектакле. Знаешь, говорят, что все билеты распроданы, правда сеньора Карлотта Гудичелли думает, что это из-за нее, но я уверена, что все дело в Ла Сорелли. Зрители соскучились по ней, последнее время она не так часто выступает.
Еще бы! Сначала "Ганнибал" где Кристин внезапно заменила Карлотту Гудичелли, затем "Il Muto" почти с тем же исходом, не считая того, что погиб Буке. Весь Париж говорил не о достижениях театра "Опера Популер", а о громких скандалах, которые были связаны с этими двумя операми. Зрители "Опера Популер" соскучились по хорошим, простым постановкам театра, и Кристин искренне считала, что им не хватает прекрасной Ла Сорелли на сцене.
- Вот представь, - проговорила Кристин, улыбнувшись, - скоро ты будешь блистать на подмостках лучших театров Европы.
Об этом мечтала Эжени, об этом часто говорила Мэг, но вот сама Кристин никогда не была близка к подобным мечтаниям. Раньше она хотела заниматься Музыкой, хотела продолжать уроки со своим Учителем, теперь же единственным желанием Кристин было, чтобы весь этот кошмар наконец-то закончился, и она могла быть счастлива с Раулем.
К несчастью, такое радостное событие, как помолвка, была омрачена событиями в театре, поэтому Кристин сейчас все чаще и чаще думала лишь о том, чтобы скорее они с Раулем могли быть счастливы, не скрывая это ни от кого.
Удивительно, но именно о Рауле заговорила Эжени.
Кристин выпрямилась, с удивлением глядя на девочку. Откуда она могла узнать о Рауле? Конечно, в театре могли ходить какие-то слухи, тем более после маскарада, но вряд ли они могли дойти до учениц младшего класса. К тому же, вряд ли они верно могли бы истолковать все происходящее в силу возраста. Но тогда почему именно ее она спрашивает о Рауле? Да, Филипп де Шаньи и его брат Рауль были частыми гостями "Опера Популер", но далеко не единственными. Юная Даэ нахмурилась. Эжени еще совсем ребенок, вряд ли ее интересует, кем Рауль является для Кристин на самом деле, этого она не поймет. Но все же Кристин обещала не лгать, поэтому она решила подбирать слова, как можно, аккуратнее.
- Нет, настоящий Рауль, - Кристин запнулась на слове "настоящий". Что это значит? О каком "ненастоящем" говорила Эжени? Что она имеет ввиду? - не рыжий и у него вообще нет усов.
Кристин выдавила улыбку. Как бы она не была удивлена, мысли о Рауле грели ей душу.
- Он замечательный, самый лучший из тех, кого я знала. Он мой... Подожди, - юная хористка внимательно посмотрела на девочку. - Что ты имела ввиду говоря, про "настоящего" Рауля? О чем это ты?

+2

7

- Мадам Жири всегда запрещает оставаться и смотреть за репетициями прим и премьеров… И приглашенных танцовщиков так же, - Эжени горестно вздохнула и некультурно хлюпнула носом, понимая, что из-за этого запрета она пропускает столько всего важного и интересного! Того, что непременно пригодится ей, если она действительно желает стать великой балериной.
Но что же тут поделать, слово их главного балетмейстера закон, и как она скажет, так все и будет. Грозную мадам боялись не только ее маленькие ученицы, но и взрослые танцовщики, все работники театра, музыканты. И спорить с нею никому даже и в голову прийти не могло. Если только во сне. И то, это был бы непременно кошмар.
– Мадам Жири говорит, что это их отвлекает и ослабляет концентрацию. Но это не страшно, я знаю, как можно… Когда класс закончен, и все собираются уходить, надо замешкаться, делая вид, что поправляешь пуанты, или случайно уронить что-то. А потом, под шумок спрятаться за портьерой. И никто не заметит тебя! Вот! Видишь, как я здорово придумала.
Самый действенный и проверенный способ, которым Эжени пользовалась всегда, дабы посмотреть, как репетируют примы балерины. Послушать, как обсуждались различные нюансы сложных партий, детали актерской игры, ведь все это очень важно и
При одном только упоминании о том, что совсем скоро ее самая большая мечта, возможно, воплотится в жизнь, на личике девочки появилась блаженная улыбка. Ах, скорее бы все это случилось! 
Мадемуазель Верной совершенно искренне верила в то, что так оно и будет. По крайней мере, она приложит все свои силы, умения и таланты, что бы так оно и было.
- Ты обещай, что непременно будешь приходить на мои балеты. И обязательно дарить цветы, примам всегда дарят большие букеты цветов. Папочка мне обещал, что когда я буду танцевать свою самую первую в жизни главную партию, он подарит мне охапку алых роз. Хотя я больше люблю белые, но братья говорят, что это не солидно.
Но тут же тщеславные мечты, совершенно не свойственные маленькой девочке, были прерваны негромким и мелодичным голоском мадемуазель Кристин. Потому что хористка заговорила о Рауле, который в последние дни так будоражил воображение маленькой танцовщицы.
И тут же разочарование, за разочарованием! Вот как теперь жить то, понимая, что этот самый настоящий Рауль вовсе не рыжий? Это получается, надо переименовывать ее домашнего питомца в Буцефала, или как там предлагал дядя Призрак? Ну или хотя бы Буцефал-Рауль. Вот какая досада то.
- Не рыжий? И совсем нету усов? – Как не старалась мадемуазель Верной сдержать своего огорчения, вышло у нее это весьма слабо, точнее очень даже явственно. – У твоего рыцаря нету усов? Ну и как с ним тогда целоваться, если у него нету усов?
Сморщив нос и передернув плечами, тем самым выражая разочарование, малышка тяжело вздохнула. Вопросы очаровательной хористки, девочка самым бессовестным образом проигнорировала, потому что и так все совершенно ясно, что имеется ввиду под словом настоящий.
- Кристин, это что же получается, этот твой Рауль совсем маленький мальчик, ну, если у него усов нет? Что же это получается, рыцарем может стать даже совсем еще мальчик?

+1

8

- Мадам Жири очень строгая, она очень серьезно относится к постановкам, поэтому и не позволяет мешать репетициям, - проговорила Кристин. Иногда им с Мэг удавалось застать кусочек репетиции какой-нибудь примы или премьера и то, потому что Мэг, подобно малышке Эжени выдумывала всякие хитрости, чтобы подглядеть. Нельзя было сказать, что Кристин заинтересованно следила за каждым движением артистов балета. Конечно, она восхищалась мастерством Ла Сорелли и других, но чаще всего их тайные посещения репетиций были уступки со стороны Кристин для Мэг. Эжени ей очень напоминала ее лучшую подругу. Та с таким же интересом рассказывала о балете и своих планах на будущее. Мэг тоже видела себя известной примой - балериной, и Кристин искренне верила, что у нее все получится. Также она думала и об Эжени. Если эта малышка и дальше будет так стараться, то она непременно завоюет не одну сцену мира.
- Конечно, я тебе обещаю. Я обязательно буду приходить на твои спектакли. А ты будешь мне рассказывать, каково это быть примой. Ах, Эжени, я просто уверена, что ты затмишь всех. Я буду гордиться, что когда-то вот так просто сидела с прекрасной примой и разговаривала с ней, - улыбка растянулась на лице Кристин. Ей хотелось сказать Эжени какие-то приятные слова, ведь она очень любила эту малышку и считала, что должна обязательно поддержать ее. Возможно, ее слова уверят девочку в том, что у нее действительно есть шанс стать настоящей звездой балета. Но, как оказалось, что детские тщеславные мечты было не единственное, что занимало голову девочки. Кристин пыталась понять, почему она завела разговор о Рауле, но не находила ответов. О том, кто такой Рауль, знали многие. Кто-то знал его, как младшего брата графа де Шаньи, но большинство видели в нем покровителя "Опера Популер". За тем, чтобы никто не знал про их отношения, Кристин следила особенно тщательно. Помолвка была тайной, а то, что произошло на балу - маскараде после появления Призрака Оперы, было понятно только Кристин и Раулю. Остальные лишь в страхе наблюдали за тем, как незваный гость почтил своим присутствием бал в то время, когда все решили, что с Призраком Оперы покончено. Но даже если бы Эжени что-то и слышала про происшествие на новогоднем балу, она бы вряд ли поняла, какое отношение к этому имеет Рауль.
- Нет, - Кристин покачала головой. Она не знала, как много можно рассказать Эжени о своем возлюбленном, но ее слова о мальчике подсказали ей, как вести разговор. Конечно, она не может поведать девочке о том, что на самом деле происходит в их с Раулем жизни, но она может рассказать ей, какой он. Или каким был. - Нет, он уже не мальчик. Он молодой человек, который предпочитает носить только бакенбарды. Ты же знаешь, что такое бакенбарды, Эжени? Ах, Эжени, совсем не обязательно иметь рыжие усы, чтобы быть настоящим мужчиной. А Рауль именно такой, - Кристин мечтательно улыбнулась. Она могла бы добавить еще сотню эпитетов, которые подошли бы Раулю по ее мнению, но вовремя опомнилась. Вряд ли Эжени интересны характеристики, какие бы Раулю могла дать влюбленная в него девушка. Скорее всего, она хотела узнать, кто он такой. - Но когда он был мальчиком, он был моим другом. Тогда я еще жила в Швеции. Жила с отцом на берегу моря. В детстве я часто гуляла около моря. И однажды, было довольно прохладно и ветрено, ветер подхватил мой красный шарф и унес его в море. Я очень расстроилась и думала, что уже никогда не верну свой шарф. Я была так расстроена, что даже не заметила, что нахожусь на берегу не одна. Какой-то мальчик смело ринулся в море, чтобы достать мой шарф! Это и был Рауль. После этого мы стали очень дружны. - Наверное, Эжени должна удовлетвориться таким понятием, как дружба. Ведь для детей ее возраста оно понятно намного больше, чем любовь. - Рауль самый прекрасный молодой человек, которого я когда либо знала. Он добрый, он честный, он смелый, отважный и никогда не оставит в беде.
Кристин вспомнила, как Рауль прижимал ее к себе на крыше после трагедии во время оперы "IL Muto".
- Рауль уже был рыцарем даже тогда, когда был еще маленьким мальчиком и спас мой шарф. Да, Эжени, рыцарем может стать даже мальчик.

+2

9

- Мадам Жири  самая лучшая во всем белом свете, - пылко воскликнула девочка, всплеснув крошечными ручками. Взрослые частенько любили задавать один глупый вопрос: «кого ты больше любишь, маму или папу?». А вот если бы у Эжени сейчас спросили, кого она любит больше родителей или своего балетмейстера, Эжени ничего толкового ответить не смогла бы. Начала бы краснеть и говорить всяческие глупости, пытаясь тем самым уйти от прямого ответа. 
Конечно, она любила свою мать, батюшку боготворила, но вот без своего хореографа жизнь ей была и вовсе не мила.
- Она правильно делает, что запрещает мешать репетициям. Это ведь настоящее волшебство, такое, о которых в сказках рассказывают. И прерывать его это… Это просто ужас, вот это что такое.
На мгновение мадемуазель Верной даже стыдно стало, что она всегда, всеми правдами и неправдами старалась проникнуть на репетиции и посмотреть на взрослых балерин. Оставалось утешать себя только одной мыслью, все это ей просто необходимо, что бы стать настоящей примой! Ей нужно смотреть на лучших, что бы стремиться к этим танцевальным высотам.
«Ну и потом, я же не путаюсь под ногами, меня даже и не видно, я обычно прячусь, и никому-никому не мешаю! Значит, ничего дурного в этом нет!».
- Спасибо, - просияла девочка, услышав заверения от мадемуазель Кристин, что она непременно будет приходить на ее выступления. – Я тебя буду приводить в мою персональную грим-уборную, и вот посмотришь, моя будет самая большая во всем театре!
А вот дальнейшие речи молодой девушки совершенно не понравились маленькой балерине. Ни тебе усов. Ни тебе рыжих волос. Еще и рыцарь какой-то из этого самого настоящего Рауля получался странный.
Ну, что это за подвиг, скажите на милость? Достать красный  шарф из воды! Да ведь с этим любой мальчишка справиться! И зачем тогда рассказывать об этой глупости с таким воодушевлением?!
- Ну, Кри-и-истин, - голос девочки звучал разочарованно, словно бы ей сообщили, что новогодние праздники отменяются, и они никогда более не будут наряжать елку. – Конечно, я знаю, что такое ба-кен-ба-рды…
Последнее слово Эжени произнесла по слогам, так как опасалась перепутать буквы,  а казаться глупенькой малышкой совершенно не хотелось.
- У меня брат одно время вздумал их отращивать, и был похож на дурачка. Они, эти самые  ба-кен-ба-рды, вообще никому не идут!
«Эх, прав был дядя Эрик, надо было называть моего Рауля Буцефалом, а то настоящий Рауль совсем не похож на моего. И не рыцарь он вовсе, значит и называть в его честь моего тараканчика не нужно!».
- Честный, добрый, смелый, отважный… Ты что же, влюблена в него? – последняя мысль захватила девочку, и она совершенно забыла про своего домашнего питомца, который сейчас гостил в подвалах «Оперы Популер», у самого Призрака Оперы. – Точно влюблена! Вон как краснеешь, когда рассказываешь про него, и даже имая Рауль произносишь как-то по особенному, будто вишневый леденчик кушаешь в это самое время. А вы уже гуляли, держась за ручку? А целовались, но не просто в щечку, а прямо так же как мой брат со своей Крысонькой? М?

+1

10

- Конечно, мадам Жири самая лучшая, - с улыбкой проговорила Кристин. В этом юная Даэ могла не лукавить. Она действительно любила мадам Жири, ведь она заменила ей родителей, а театр "Опера Популер" - дом. Именно мадам Жири стала ее опорой, когда Кристин потеряла отца. Малад Жири и Ангел Музыки... Но о последнем сейчас Кристин думать не могла. Столько событий, произошедших за последнее время больше не могли позволить Кристин все так же, как и прежде, ждать уроков своего Учителя. Наоборот, она с содроганием вспоминала то, что в скором времени должны начаться репетиции "Дон Жуана", где ей отведена главная роль. 
- Если ты будешь слушаться мадам Жири во всем, то обязательно достигнешь успеха. А репетиции...  Если ты, - быстро поправила себя Кристин, - точнее когда ты станешь примой, ты же позволишь мне побывать у тебя на репетициях? Я не буду мешать, честно - честно.
Кристин засмеялась, погладив девочку по волосам. Как же здорово было разговаривать о будущем этой малышки! Мир Эжени еще такой светлый. Ничто не омрачает его, ее мечты так невинны и чисты, что Кристин готова была разговаривать об этом часами. Интересно, что же на самом деле ждет Эжени? Сама Кристин в ее возрасте и не могла предположить, что столкнется со столькими неприятностями. Конечно, мечты Эжени были отчасти честолюбивы, но юная хористка была уверена, что столь очаровательное создание, как Эжени, просто не может думать о какой-либо корысти. Как бы и дальше хотела Кристин обсуждать будущее этой девочки, не думая о своем настоящем. Но Эжени, кажется, как раз думала иначе.  Ей гораздо интереснее стало настоящее Кристин, и, в первую очередь, все то, что касалось Рауля. Вопросы девочки несколько обескуражили Кристин.
- Влюблена? - Проговорила Кристин, запнувшись. Неужели Эжени знает что это такое? Кристин в ее возрасте помышляла только о том, чтобы послушать сказки своего отца. Но, кажется, она была осведомлена в этом вопросе несколько больше, чем могла предположить Кристин. - А кто такая Крысонька?
Неужели эта егоза подглядывала за собственным братом? Но даже, если это так, то что она в этом понимает?
- Ах, моя маленькая Эжени, какая ты умная и наблюдательная, - Кристин склонила голову, наблюдая за Эжени. Она не собиралась врать девочке, но и не могла рассказать ей всего. Надо было как-то объяснить девочке о своих чувствах, но при этом не вдаваясь в подробности.
- Я не знаю, как твой брат целовался с Крысонькой, но когда людям очень хорошо друг с другом, они проявляют друг к другу... хм... нежность, - на самом деле Кристин была довольно наивна в познаниях, касательно отношений между возлюбленными. Она знала, что ее чувства к Раулю искренние и все проявления чувств, которые она выказывала, идут от сердца. Кристин почти никогда не задумывалась, что она делает, она вела себя так, как чувствовала. - А Рауль очень важный для меня человек, я знаю его много лет. И люди, которые знают друг друга так долго, иногда начинают испытывать к привязанность, и..., - юная хористка покраснела, чувствуя, что выдает себя с головой. Казалось бы, с этой малышкой говорить было просто. Ведь Эжени была одной из немногих, кто никогда бы не осуждал Кристин касательно ее выбора. От всех Кристин тщательно скрывала свою помолвку, всеми правдами и неправдами уговаривая сделать это и Рауля. С одной стороны, она продолжала бояться Призрака Оперы после того, что случилось во время оперы "Il Muto", а, с другой, брат Рауля, граф Филипп, не был доволен таким выбором Рауля. Неизвестно, как бы он повел себя, узнав, что его брат уже помолвлен.
Но почему-то признаться в том, в чем Кристин часто признавалась Раулю, постороннему человеку, даже такой малышке, как Эжени, было не просто. Оказывается, разговаривать о своих чувствах с другими людьми, занятие довольно сложное. Но обижать Эжени отказом Кристин не хотела, поэтому она решила, что если переведет разговор на ее брата, то, возможно, вопросы касательно ее и Рауля, прекратятся.
- Стало быть, твой брат - счастливый человек, если у него есть возлюбленная. Я думаю, что у каждого в мире должен быть человек, с которым он будет...хм...целоваться не только в щечку. Вот когда-нибудь и ты встретишь такого человека, - губы Кристин вновь расплылись в улыбке. - Как встретила и я.

+2

11

Эжени довольно засопела, потому как полностью была согласна со словами юной хористки. Да, все именно так, мадам Жири самая лучшая! Даже когда браниться и ругается, за неверно сделанные плие или батманы.
С недавних пор «Опера Популер» ее второй дом, а Коллет Жири прямо таки вторая мать, которая, признаться по чести, заботилась о девочке куда лучше, нежели мадам Верной. Речи хористки о будущей славе маленькая балерина могла бы слушать целую вечность с блаженной улыбкой, но наставления о том, что балетмейстера следует слушаться, заставили ее измениться в лице.
Эжени изумленно захлопала глазами, покусала нижнюю губу, и посмотрела на свою подружку (ведь сама девочка искренне считала, что она и Кристин, настоящие подруги) словно бы она только что сказала несусветную глупость. Хотя, в понимании малышки так оно и было, ведь ослушаться балетмейстера… Да как же такое возможно! Это же… Просто… Ну, в общем, такого быть не может никак.
- Конечно, сможешь приходить, когда тебе захочется. Мне не мешает, когда на меня смотрят, напротив. Взгляд других людей,  со стороны, очень важен. Становится понятно, что именно ты делаешь не так.
На первую часть речей Кристин, девочка решила не отвечать. Дружба дружбой, но спорить со взрослыми, как показывала практика, дело бесполезное, только силы зря потратишь, а толку ноль. Да и потом, на свете есть темы для разговора куда более интересные… Например, влюбленность в Кристин в таинственного Рауля.
-  Да, да! Ты точно влюблена, - наклонив голову на бок, девочка сощурилась и с хитренькой улыбкой посмотрела на свою собеседницу. – Теперь я точно знаю это! Вон, только как вспомнила про этого безусого Рауля, ты покраснела. И щеки, и даже уши! И голос у тебя стал такой… Ну…
Какой голос стал у мадемуазель Дае, Эжени не понимала, не могла подобрать нужного слова, но, факт на лицо, звучал он иначе. Вот и Оливье точно с таким же придыханием рассказывал о своей востроносой зазнобе, а теперь жениться собирается. Для маленькой балерины все было просто и понятно, если Кристин ведет себя вот так, значит и она скоро будет невестой, в красивом белом платье!
Егоза хотела было поинтересоваться, а выбрала ли ее подруга себе белое платье, и красивое ли оно? С кружевами, розочками, жемчуженками и все-все в блестках, но не успела.
- Как-как, - голос девочки звучал презрительно и чуть ли не брезгливо. Чего греха таить, она просто терпеть не могла невесту своего любимого брата, и та платила балерине такой же монетой. – Будто сначала губы клеем намазали, а потом забыли об этом и поцеловались. Мама, когда увидала, даже ругалась, говорила, что это не прилично, потому как они еще не повенчаны.
По правде говоря, Эжени очень уж хотелось, что бы хоть кто-нибудь понял, какая же эта Крысонька мерзкая и гадкая, только вот все упорно твердили обратное. Вот, даже и Кристин!
- Мой брат не счастливый человек, - упрямо покачала головой Эжени. – Я знаю, что Крысонька его не любит! Знаю, я все видела, но мне никто не верит. Ух, как же я ее ненавижу. Она мерзкая и противная лгунья, которая при маме и папе претворяется добренькой, а потом меня гоняет! Ах, вот бы она умерла!
Эжени могла рыдать над раздавленной букашкой или мертвой бабочкой, но вот никаких добрых чувств востроносая невеста брата у нее не вызывала.
- Я? Нет, Кристин, я не могу. Оливье вот влюбился, и стал рассеянным, все из рук у него валится… Ты тоже, когда говоришь про Рауля, словно ничего вокруг не видишь, - Эжени снова прикусила нижнюю губу, это ей помогло собрать миллион мыслей в единое целое. – Я должна думать только о балете и сцене, если хочу стать по-настоящему великой балериной…. Ммм, а ты со своим настоящим Раулем тоже так же целуешься, будто приклеилась намертво? Да? А только с ним, или с кем-нибудь еще так целовалась? А?

+1

12

Кристин бросила быстрый взгляд на малышку Эжени. Ах, хитрюка! Все она хочет узнать. Как не старалась Кристин говорить общими фразами, Эжени явно нельзя было сбить с толку. Она уже позволила себе вообразить, кем является Рауль, и не собиралась менять своего мнения. На самом деле, не так уж она была и не права. Кристин чувствовала, словно Эжени застала ее на месте преступления. С одной стороны, нет ничего предосудительного, чтобы в ее возрасте быть влюбленной в молодого человека, но, с другой стороны, Эжени не могла даже догадываться почему Кристин держит от всех свою помолвку с Раулем в тайне.
Она зарделась, а лицо стало пунцовым, когда Эжени заговорила о своем брате. Точнее, о поцелуе и предостережении ее матери. Кристин стало неловко. Она вспомнила свой поцелуй с Раулем на крыше. Тогда они даже не были помолвлены, но Кристин ни на что в жизни не променяла бы это мгновение, когда ее друг детства, тот человек, которого на самом деле она любила всегда, просто боялась в этом признаться даже самой себе, стал для нее ближе. После того случая на крыше они уже часами могли разговаривать обо всем, а не только вспоминать детство. Между ними словно разрушилась невидимая стена, которая появилась за годы их разлуки. И Кристин очень дорожила этим чувством.
Она ласково посмотрела на Эжени и погладила ее по волосам.
- Как ты умная, - сказала она тихо, стараясь не говорить тем покровительным тоном, который так часто используют взрослые, разговаривая с детьми, не понимая, что их лесть слишком замента юному созданию. Кристин же наоборот хотелось, чтобы ее слова прозвучали для Эжени искренне. В ее годы о таких вещах, как влюбленность Кристин даже не задумывалась. Вся ее жизнь состояла лишь из музыки, которую дарила скрипка ее отца и сказок. Эжени же разбиралась в этих вопросах оказывается очень не плохо. - Я и не думала, что ты так осведомлена. Впрочем...
Кристин осеклась. Есть ли смысл объяснять Эжени, что каждая влюбленная пара не похожа друг на друга? Что если она видела, как ее брат общается со своей возлюбленной, которую она величает Крысонька, то это не означает, что отношения Кристин с Раулем такие же?
Юная хористка покачала головой, словно отвечая сама себе на свой немой вопрос. Нет, конечно, перед ней еще слишком юное создание, чтобы вдаваться в полемику. К тому же, и сама Кристин только только познает что такое любовь на самом деле. Ведь раньше никогда ее сердце не билось так быстро рядом с молодым человеком, никогда еще не думала ни о ком так долго и никогда не трепетала, когда он прикасался к ее руку. Почти никогда...
- Ох, Эжени, нельзя никому желать смерти, - проговорила Кристин, словно вспомнив, что несмотря ни на что, именно она взрослый человек, а значит, должна следить за словами и действиями не только своими, но и этого очаровательного ребенка. Кристин вздрогнула, вспомнив несчастного Буке, который болтался с петлей на шее. Ведь кто-то желал смерти и ему..., - Так нельзя говорить, Эжени. Это не правильно, -
впрочем Кристин была и против вранья. - Если ты действительно считаешь, что та, кого ты называешь "Крысонька" действительно ведет себя неправильно, то в первую очередь об этом должен знать твой брат.
- Милая моя, Эжени, - продолжала говорить Кристин, все еще поглаживая ее по голове. - Придет время и ты поймешь самое главное: без любви невозможно танцевать, петь, дышать. Именно она вдохновляет нас. Именно она дает на крылья, чтобы мы могли взмыть, - Кристин указала рукой куда-то вверх, словно подтверждая свои слова.
А вопросы от Эжени так и сыпались! Малышке было интересно узнать, каковы же на само деле отношения у Кристин с Раулем, но Кристин чувствовала, что каждый раз, когда она пытается что-то сказать, словно комок вставал в ее горле. Как же трудно было признаться, пусть даже ребенку, что между ней и Раулем что-то есть.
- Эжени, ты права, мы... я..., - Кристин все краснела и краснела. Ее речь становилась сбивчивой, но девушка все же вымолвила, - мы с Раулем помолвлены.
Прозвучало это, как приговор, ведь Кристин, которая заставляла хранить Рауля их тайну, сама же первая заговорила. Она надеялась, что осведомленная Эжени, уже сама сделает выводы об их отношениях, исходя из этого факта.
- Что ты! - Быстро добавила Кристин. - Я не.. ни когда бы... то есть я... то есть Рауль... Он первый человек, в которого я влюбилась.
Кристина улыбнулась, но улыбка казалась вымученной. Она уже итак много поведала про Рауля, что же еще теперь можно страшиться? Но что-то в словах Эжени по-прежнему смущало ее.
- Ты все время говоришь "настоящий Рауль", - голос Кристин стал строже. - Что это значит?

+1

13

- Ну вот, ты покраснела, - в голосе Эжени зазвучали ликующие нотки, словно бы она была сыщиком, сумевшим вывести на чистую воду опаснейшего преступника. – Моя мама всегда говорит, что если у человека краснеют уши, значит, он скрывает что-то очень важное. Или вообще врет!
А судя по тому как покраснела Кристин, она скрывала нечто очень важное! Хотя, на деле, ничего интересного мадемуазель Даэ не сообщила. Ну помолвлены, ну влюблены. Это же и так было понятно.
«Лучше бы описала, какой у нее будет подвенечное платье! Все в блестючих камушках? Или может быть в блестках. Нет, лучше и в том, и в другом, да побольше, потому что это так красиво. И Кристин тоже красивая…».
Такие вот радостные мысли улетучились в одно мгновение, как только хористка начала уверять, что никому нельзя желать смерти.
- Можно! Можно желать смерти лгунам и обманщикам! – Запальчиво воскликнула маленькая балерина, и внезапно покусав нижнюю губу затихла.
«Интересно, а братец долго страдать будет, если Крысонька его умрет? Я не хочу, что бы он плакал… Хотя, он же уже совсем большой, а взрослые не плачут. Тем более мальчики!» - вполне себе отличное пояснение, по мнению маленькой девочки, почему ее старший брат не будет тосковать, если его невеста внезапно умрет.
Слова мадемуазель Даэ о том, что без любви невозможно петь и танцевать не слишком-то впечатлили юную балерину.
«Петь я и так не умею, тут люби не люби, это делу не поможет. Дышать я могу и без любви…И танцевать я и так могу.  Хм, странно, Кристин говорит одно, мадам Жири совсем другое.»
Балетмейстер всегда ругала своих подопечных за всяческие разговоры о амурных делах, утверждая, что все это только мешает занятиям.
- А что? – Удивленно протянула мадемуазель Верной, явно не понимая причину такого смущения ее собеседницы. – Я тебе по секрету расскажу… Только ты никому больше, ладно? Я намедни игралась на улице, и слышала как Лизетта, ну то есть Кысонька, болтала со какой-то девочкой, которая похожа на медведя. Так вот она говорила, что какой-то Арно целуется лучше, чем мой брат. А потом они все смеялись. А я убежала… Вот. Только я никому про это не рассказывала, все равно не поверят, а брат еще и за уши оттаскать может. 
От всех этих разговоров о востороносой невесте брата, Эжени помрачнела и насупилась. Ей казалось, что все это настоящий заговор против нее… А как иначе пояснить то, что все, решительно все на стороне милой Лизетты, и заставляют ее полюбить эту притворщицу Крысоньку?!
Отодвинувшись от Кристин, будто это она была в чем-то виновата, девочка обиженно насупилась.  Нет, решительно одни только разочарования вокруг. Вот как, спрашивается, жить дальше?
- Ненастоящий Рауль это мой таракан, которого я дома поймала. Он мой самый лучший друг! И любит, когда  А ненастоящий, потому, что назван в честь твоего Рауля. Хотя я не хотела, я не знала что твой Рауль, это твой. Все девочки говорят о Рауле, вот я и полумала, что для таракана это очень хорошее имя. Потому что настоящий Рауль должен быть с усами и рыжий… А, оказывается, у настоящего Рауля даже усов нет. Эх!
Что и говорить, разочарование было велико. Непонятная обида, за то, что Кристин и та больше любит Крысонку, была еще больше…

+1

14

- Та-ра-кан? – От того, насколько ситуация была абсурдная, Кристин едва сдерживала смех. Видимо, она настолько была встревожена последними событиями, что не замечала ничего вокруг себя. Она была так напугана Призраком Оперы, что едва ли осознавала, что разговор с невинным ребенком не принесет ей никакого вреда. Даже, не смотря на то, что на злосчастном новогоднем маскараде, некто, одетый в костюм Красной Смерти, а Кристин и большинство собравшихся там были уверены в личности незваного гостя, видел кольцо Кристин на цепочке и должен был догадаться, что это не простое девичье украшение, а неумело замаскированное обручальное кольцо, юная хористка до сих пор считала, что если она не будет говорить вслух о том, что решила связать свою жизнь с Раулем, то это не будет услышано.
Но Эжени? Боже мой, какой глупой надо быть, чтобы бояться рассказать столь невинному ребенку? Малышка ни в коем случае не преследует никакого иного умысла, кроме утоления своего любопытства. Эти мысли внезапно успокоили Кристин. Теперь ей наоборот хотелось говорить о Рауле, ведь все влюбленные девушки хотят говорить о своих возлюбленных, а говорить ей было не с кем. Разве что Мэг, которая тоже не знала всей истории до конца.
Кристин улыбнулась, в ее жизни в последнее время было столько поводов для печали, что от того, насколько прост был разговор с Эжени, она почувствовала радость.
- Нет, что ты! – Очень правдоподобно возмутилась Кристин, беря девочку за обе руки. – Твой Рауль самый, что ни на есть, настоящий, просто… ммм… таракан.
Сомнительный выбор домашнего животного, но высказывать свое мнение по этому поводу Кристин не стала. В конце концов, кто она такая, чтобы осуждать чужой выбор? Точно также никто, решительно никто, не помешает ей выйти замуж за Рауля.
- Просто твой и мой Рауль, они разные, хотя бы потому, что мой – человек. Знаешь, какой он смелый и сильный? Какой отважный! Какой..., - Кристин могла бы подобрать кучу эпитетов касательно Рауля. Ах, какая она счастливая была в этот момент! Ей хотелось вспоминать его руки, его голос.
Внезапно этот сладкий дурман рассеялся. Кристин слушала в пол уха рассказ про ту, кого Эжени окрестила Крысонькой, но что-то заставило ее невольно поерзать в кресле, в котором она сидела. Только что она думала о своем возлюбленном, только что готова была клясться, что непременно будет любить Рауля вечно, но теперь какое-то гнетущее чувство вновь коснулось ее. В голове все перемешалось. С одной стороны Призрак Оперы являлся ей в ночных кошмарах с удавкой в руке, но с другой она так и не смогла забыть его голос. Ей подумалось, что она поступает как Крысонька, но в ту же секунду юная Даэ одернула себя. Нет, конечно, ее ситуация иная. Она сразу рассказала Раулю об Ангеле Музыки, когда он первый раз переступил порог ее гримерной после «Ганибалла», к тому же, Кристин сейчас больше боялась своего бывшего Учителя, нежели прежде тянулась к нему. Она по-прежнему держала руки Эжени в своих и чуть крепче сжала их.
- Крысонька, то есть Лизетта, поступает очень дурно, Эжени, - серьезно проговорила Кристин. Таким тоном обычно объясняют детям, что хорошо, что плохо. – Я не знаю твоего брата, но если он хотя бы немного похож на тебя, то, мне кажется, она может потерять самого замечательного человека, которого когда либо встречала в своей жизни.
Кристин мало что знала о любви, все ее знания ограничивались чувствами к Раулю, которые она именовала именно так. Но ее чувства были похожи на маленькое озеро, которое год от года росло, расширяло свои берега, а потом превратилось в бескрайнюю морскую гладь.
Кристин прислушалась. Мадам Жири по-прежнему продолжала репетицию, и хотя сама главный балетмейстер была женщина строгих правил, многие ее подопечные ни в чем себе не отказывали. Кристин сама видела, как их поклонники развлекали их и развлекались сами после спектаклей. По сравнению с нимиКристин была едва ли опытнее самой Эжени в таких вопросах. Но все же она попыталась как-то объяснить Эжени, да и самой себе, поведение Крысоньки.
- В мире все очень сложно. Особенно, когда речь идет о любви и дружбе. Иногда мы можем разочароваться в тех, кого любили или с кем были дружны. Не подумай только, что я оправдываю твою Лизетту, но это как… это как…, - Кристин попыталась подобрать сравнение, но на ум шла полная сумятица. Внезапно ее осенило. – Это как с твоим Раулем. Ты представляла себе одно, а он оказался совсем без усов, - Кристин рассмеялась, пальцами имитируя у себя под носом усы. Правда два указательных пальца Кристин, которыми она зачем-то шевелила, больше напоминали усы таракана Рауля, нежели человеческие. Она заговорщицки подмигнула Эжени, так словно между ними есть некая условность не только быть откровенными друг с другом, но и хранить тайны друг друга.
- А что все девочки говорят о Рауле?

+1

15

- Да, таракан! – со смешной запальчивостью воскликнула маленькая балерина, окончательно разобидевшись, и посматривая на мадемуазель Даэ исподлобья, словно бы та жутко оскорбила ее. - А что, по-твоему, таракан не может быть другом, да? Он у меня самый красивый! Рыженький! И любит сахар, бисквитные крошки и когда я ему пою колыбельные.
Смелый, сильный и отважный? Ах, какая досада! Ну вот, теперь и Кристин превратилась в одну из таких де девочек, которые глуповато улыбаются от одного упоминания имени своего жениха. Таких вон полно по Опере бегает, и из-за этих глупостей в голове, они не могут внимательно заниматься, полностью посвящая себя балету и репетициям. По крайней мере, именно так говорила мадам Жири, а если она так говорила, то это правда.
«Это верно потому, что все они хотят поскорее надеть красивое белое платье, вот и мечтают о свадьбе!» - заключила про себя Эжени, и тяжело вздохнула, словно поражаясь глупости всех этих девочек. Это ж надо так хотеть походить несколько часов в нарядном платьице! Ведь его и просто так можно носить.
И речи Кристин о том, что все в мире не так уж и просто не произвели на маленькую мадемуазель Верной ровно никакого впечатления. Напротив, она еще больше надулась и разобиделась, хотя казалось, куда уж больше. И еще и руки выдернула, а для того, что бы Кристин вновь не взяла их, спрятала за спиной.   Так оно надежнее.
- Ты как раз пытаешься ее оправдать, а она гадкая и мерзкая! Вы, взрослые все такие странные! Постоянно твердите, что в жизни все сложно. Но я то знаю, вы так говорите, потому что сами хотите делать, что вам хочется, и что вы запрещаете нам!
Этот мир Эжени воспринимала просто и ясно, все было для нее понятно, как в солнечный день, и никак маленькая балерина не могла понять речей отчего о том, что  в дружбе и любви все сложно.
- Если обещаешь что-то, значит надо умереть, но сделать, так как обещала. Иначе ты хуже старых, никому не нужных стоптанных  пуант! Если сказала, что забудешь про все и станешь великой балериной, значит так и надо поступать. Вот Крысонька всем говорила, что любит моего брата, а сама держится за ручку и гуляет с другими женихами.
Теперь было решительно не понятно, что же так испортило настроение юной ученице мадам Жири: то ли насмешливое отношение к ее ненастоящему Раулю, то ли то, что у настоящего Рауля не было усов, то ли то, что Кристин пыталась оправдать мерзкую Лизетту.
Хотя «усы таракана Рауля» несколько развеселили Эжени и смотрел она на мадемуазель Даэ теперь не такой уж и букой.
- Что говорят старшие я не знаю, только слышала, что болтали про богат, хорош собою и завидный жених, но потом их услышала мадам Жири и очень долго бранила. Стало быть это не правда. А вот Сюзон решила, что настоящий Рауль должен быть рыжим. А я еще думала, что с усами, такими большими и пушистыми. Как у того мсье, который на углу театра обувь всем чистит за монетку. Ты его знаешь? Он очень добрый, всегда со мной здоровается, и говорит, что я на эльфа похожа.
Эжени опять принялась болтать практически без умолку, и это был верный признак того, что ее смертельная обида за домашнего любимца отступила на второй план.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Анонс "Fantome" » Он высок и красив...