Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: репетиции » Why are you bringing him to me?


Why are you bringing him to me?

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

http://sf.uploads.ru/rbyCl.gif http://s1.uploads.ru/HgkQq.gif

● Название эпизода: Why are you bringing him to me? / Зачем ты привела его ко мне?
● Место и время действия: 24 января 1870 года, «Опера Популер»
● Участники: Eugénie Verneuil & Le Fantome
● Синопсис: После неожиданной встречи в подземельях с бароном де Лонвалем, Призрак негодует. Нет, он в ярости! Одно дело, когда Эжени приходит к нему, как к себе домой. Но теперь она приводит с собой своих друзей! Кажется, одной маленькой девочке скоро крупно не повезет, потому что на этот раз мишенью для ярости Призрака Оперы стала именно она.

0

2

Тишину подземного грота разрушил жалобный звон стекла и последовавший за этим грохот. От одного из зеркал, стоявших ближе других к фортепиано, осталась лишь массивная деревянная рама. Зеркальные осколки, в которых еще дрожал, отражаясь, тусклый свет свечей, лежали на каменном полу, они были живописно залиты чем-то темно-красным, напоминающим кровь. Зрелище рисовалось довольно зловещее. На самом же деле, это нечто «темно-красное» было лишь вином хорошей выдержки. Именно оно было в бокале, которым только что Призрак запустил в зеркало.
Он вложил в этот жест весь клубок противоречивых эмоций, которые испытывал даже после того, как выпил почти всю бутылку вина. Молча. Бокал за бокалом. Время от времени он касался пальцами клавиш, но тут же отдергивал руку, словно обжигаясь. Музыка не терпит такого отношения к себе, ей не нужны жалкие шуты, неспособные творить что-то по-настоящему стоящее. А Эрик сейчас был именно таким. Выпитое вино туманило разум. Он чувствовал, как путаются мысли в голове, как все плывет перед глазами. Неприятное чувство, дающее разуму лишь временную отсрочку. А Лакруа хотел забыться. Хотел хотя бы ненадолго забыть – кто он и почему живет здесь, под этими мрачными сводами «Опера Популер».
Еще вчера он чувствовал неконтролируемую ярость и едва не разнес свое скромное жилище до основания. В груди Призрака пылал огонь. И он жаждал мести. Предметом его бурных эмоций стал, как ни странно, ребенок. Маленькая девочка. Его подружка Эжени. Кто бы мог подумать?! Однако так оно и было.
Два дня назад Эрик обнаружил в своих подземных владениях гостя. Молодой мужчина, которого он пару раз видел в «Опера Популер» был, видимо, из числа почитателей театрального искусства (а, может, и просто любителем стройных женских ножек и смазливых мордашек местных примадонн и танцовщиц). Но что он, черт побери, делал в подземельях театра, куда даже рабочим сцены вход заказан? Неужто назначил здесь свидание кому-то из артисток? Или, может, просто наслушался страшных историй и решил пощекотать нервы, спустившись к подземному озеру? В таком случае его ждет неприятный сюрприз, возможно, последний в его жизни! Так думал Лакруа тогда, видя юношу, бродящего по коридорам. И все было бы довольно просто, Призраку не пришлось бы даже ничего специально делать. Незваного гостя ждали ловушки, заботливо расставленные Эриком на пути к своему жилищу для не в меру любопытных людей. Но что-то пошло не так… Призрак вдруг услышал острожные шаги, а потом и знакомый звонкий голосок… А вот и разгадка появления незнакомого юноши в подвалах «Опера Популер». И имя ей… «Эжени», - одними губами прошептал Лакруа, чувствуя, как в груди неприятно холодеет.
Эта маленькая дочь Евы заверяла его в дружбе и хорошем отношении, обещала хранить его тайну, а сама… «О, женщины!», - горько усмехнулся Эрик. Он чувствовал себя не просто обиженным за эту выходку мадемуазель Верной, он воспринял это как предательство. Как нож в спину от той, кому уже почти доверял.
Призрак бушевал два дня. В своем отчаянии он доходил от тупой апатии до вспышек ярости. В эти минуты он принимался крушить то, что попадалось под руку. Потом было вино. Много вина. И мыслей. Разум твердил ему, что Эжени такая же, как и все другие. И доверять ей больше нельзя. Но сердце… Его бедное истерзанное сердце хотело верить в то, что, возможно, он что-то понял не так, поспешил с выводами. В конце концов, Эжени ведь еще совсем ребенок.
Призрак вздохнул и потянулся за бокалом. Но вовремя вспомнил, что от него остались одни осколки. Он допил вино прямо из горлышка бутылки. Поднялся и, чуть пошатываясь, вышел из своего логова в один из темных коридоров, ведущих наверх. Если он правильно чувствует время, у воспитанниц мадам Жири как раз должны закончиться занятия. Так почему бы ему лично не спросить у Эжени – какого же Дьявола она привела к нему в подземелья этого юношу?!
Эрик поднялся наверх и темной тенью замер за выступом, ожидая, когда мимо будут пробегать маленькие балеринки. Ждать пришлось недолго. Вскоре он услышал веселый смех и шум голосов. Девочки приближались, среди них была и Эжени. На его счастье она шла последней. И как только мадемуазель Верной поравнялась с ним, Эрик протянул из-за выступа руку в черной перчатке, схватил балерину и резко дернул на себя, тут же закрывая другой рукой рот. Он не сказал ей ни слова, просто подхватил, точно она была ручной кладью и стал спускаться в подземелье.
Их ждал серьезный разговор.

+1

3

Вы хотите стать великой танцовщицей или танцовщиком? Хах, так нет ничего проще. Забудьте о прежней вольной жизни. Проводите в классах по пять или шесть часов, после отправляйтесь на репетицию, длительностью еще с три часа, выкладывайтесь по полной. Забудьте о том, что на этом свете существуют всякие там вкусности: шоколад, конфеты, сдоба… Вообще забудьте о еде, а лучше идите и лишний час позанимайтесь у станка. А еще, полюбите боль, потому как она станет вашей постоянной спутницей.
Мадемуазель Верной была еще слишком мала, что бы озвучивать такие вот заумные речи, но все это понимала, на каком-то подсознательном уровне. Маленькая Эжени и правда полюбила постоянную ноющую боль в ногах, свято считала, что нет ничего лучше нежели
лишний час провести в классах. 
Но вот самым тяжелым было отказаться от сладостей… Особенно теперь, когда она, по доброте душевной, взялась помогать прекрасному принцу Франсуа обманывать злого волшебника, и передавать подарки приме. Потому как часто платой за помощь были именно сладости. И как тут, скажите на милость, отказаться?
Сегодня самого утра у Эжени было прескверное настроение, да чего уж там, по правде говоря, маленькая балерина с радостью бы расплакалась и забилась бы в дальний уголок, подальше от любопытных глаз.
А все потому, что вчера получив в награду от принца целую коробку шоколада! Само собой, все конфеты были с вишней, потому как настоящие конфеты могут быть только с вишней. Только так, и никак иначе. 
В планах девочки естественно было прийти домой, и съесть эти конфеты, которые она честно заработала, передавая очередную записку приме. Только вот братья ее считали несколько иначе…
Короче, из всех этих многочисленных сладостей, Эжени досталась одна единственная конфеточка, тогда как одна только Крысонька умудрилась слопать штук пять!
Вот почему, оскорбленная на все и всех Эжени, легла спать, мысленно пожелав всем, кто мог безнаказанно лакомиться шоколадом зубной боли (особенно невесте брата). 
В очередной раз маленькая ученица мадам Жири убедилась, что все взрослые постоянно врут. Ведь постоянно говорят, что сладкое вредно, ей запрещают есть конфеты, а сами… Эх! Одним словом – взрослые! После таких неудач и сны малышке снились не самые радужные.
Утром в классах мадемуазель Верной была вялой и сонной, словно муха зимой. Все элементы выполняла неточно, путала, где право, а где лево… Соответственно получила несколько весьма резких замечаний от мадам Жири, что соответственно не прибавило маленькой балерине хороших эмоций.
И пожалуй, впервые за долгое время, Эжени была даже рада, когда классы закончились. Плетясь самой последней и  уныло теребя край юбки, девочка раздумывала, где бы найти уголок наиболее укромный. Что бы вот никто-никто не смог ее найти! На третьем этаже есть чудная ниша, занавешенная пыльной бархатной занавеской. Скорее туда! Но девочка не успела дойти даже до конца коридора. Внезапно ее подхватила чья-то сильная рука, вторая закрыла ей рот, и ее словно саквояж понесли куда-то.
Первая мысль была закричать от испуга, но тут же Эжени поняла – ведь это сам дядя Призрак! Вместо приветствия, маленькая балерина весело заболтала ногами, потому как говорить не могла. Но как только рука, затянутая в черную перчатку, перестала закрывать ей рот, малышка весело затараторила.
-  Дядя Эриииик! – Голос девочки звучал как-то растерянно и в то же время радостно. Она уже успела соскучиться по своему взрослому другу, который так хорошо понимал все ее огорчения и беды, но никак не могла понять, зачем же ее вот так нести, как болонку! Она и сама может идти. – Вы меня даже напугали. Но совсем немножечко, потому что я смелая! Вы соскучились по мне? Я вот очень соскучилась, но вообще, я всегда скучаю по Вам, ведь Вы мой друг!

+1

4

Эрик нес свою добычу вглубь подвалов, удаляясь все дальше во мрак. Он нарочно держал мадемуазель Верной не слишком аккуратно, уж точно не как ребенка, скорее, как нелюбимый саквояж. И не сильно заботился об удобстве девочки. Только так и надо поступать с маленькими предательницами. Лучшего обращения они не заслуживают! Призрак был все еще зол на девочку. Страшно зол! Ведь он считал, что она предала его, когда привела в подземелья «Опера Популер» чужого человека. Он думал, что девочка это сделала умышленно. А даже если и просто из легкомыслия, ее это не оправдывает. Призрак собирался провести с воспитанницей мадам Жири серьезную беседу, может, даже запугать хорошенько, чтобы она больше не смела никого водить в подвалы театра, да еще в такой опасной близости к его логову. Опасной – для непрошенных гостей, разумеется! Сам он не сильно боялся людей, которые так любили засунуть свои любопытные носы, куда их не просят. Но предпочитал не сталкиваться с ними лишний раз, особенно у себя дома. Призрак привык жить в одиночестве, и вторжения в свою цитадель не терпел совершенно.
Не сказать, чтобы ему сильно нравилось убивать, но иные гости просто не оставляли ему другого выбора. Взять хотя бы того молоденького рабочего сцены, который, наслушавшись россказней Буке, буквально бредил «чудовищем», живущем в подземельях «Опера Популер». Кроме дубинки Эрик нашел при нем осиновый кол и деревянный молоток! Вероятно, глупец решил, что раз он обитает во мраке, то непременно должен быть вампиром. Тело горе-охотника так и не нашли, лишь Призрак знал, что он теперь отдыхает на дне подземного озера. Другой непрошенный гость явился в подвалы театра пьяно шатаясь, с опустошенной наполовину бутылкой вина. Вряд ли он надеялся встретить здесь кого-то, скорее, просто хотел надраться и проспаться вдали от всех, чтобы Буке его не нашел. Ему не повезло, он столкнулся с Призраком лицом к лицу, и поплатился за это жизнью.
Он не оставлял в живых никого, кто видел его. Возможно, Эрик слишком увлекся своей дружбой с этой маленькой балеринкой, которая не просто знает его, она видела его лицо без маски! Потерял бдительность. Возомнил, что он обычный человек и может вот так просто общаться с другими людьми. Верить им на слово. «Вот и поплатился», - усмехнулся Призрак. Доверять не стоило никому. Особенно, женщинам, этим коварным дочерям Евы, которые с детских лет постигают науку льстить и лгать. Эжени обещала, что никто не узнает об их дружбе, но привела незнакомого юношу в подвалы «Опера Популер». Знала ли девочка, что ведет своего знакомого прямо в Ад? С тех пор, как тот юноша ступил в лабиринт, его жизнь была в серьезной опасности. И лишь случай помог ему остаться в живых.
Он услышал, что говорит девочка. На фразе, как она соскучилась по «дяде Эрику», каменное сердце Призрака дрогнуло, но он тут же приказал себе не терять самообладания и оставаться непреклонным. И на все вопросы Эжени Лакруа отвечал холодным молчанием. Лишь держал покрепче, чтобы девочка не выпала у него из рук и не ударилась о каменный пол. Наконец, Эрик вошел в свое логово. Оно было освещено десятками свечей, стоявших в тяжелых канделябрах на столах, фортепиано, и даже на полу. Он, наконец, отпустил Эжени, не глядя, прошел мимо и опустился в свое кресло, попутно прихватив еще одну бутылку вина.
- Два дня назад ты привела в подземелья человека. – Тихо проговорил Призрак, пристально глядя на балеринку. – Взрослого мужчину. – Он сбил пробку на бутылке и поставил ее на подлокотник кресла. – Я хочу знать, зачем ты это сделала? Зачем предала меня? Разве не обещала ты хранить мою тайну? – Эрик смотрел на Эжени сурово, так что черты лица его при таком освещении обозначились резче. Он хотел услышать ее объяснения, раз уж поступок девочки так напоминал предательство.
Ах, если бы он ошибся! Если бы он только ошибся в своих подозрениях. Но пока все говорило не в пользу Эжени Верной. И если это так… Призрак прикрыл глаза, трудно сглотнув… Сможет ли он убить ребенка?
«Сначала я послушаю, что она скажет в свое оправдание», - подумал Эрик, предпочитая пока не думать о худшем и не принимать непростых решений.

+1

5

От былой печали не осталось и следа, Эжени развеселилась окончательно. Маленькую ученицу мадам Жири забавляло висеть так, даже если держали ее не так уж и удобно. А все потому как можно было смешно болтать ногами, будто она плавает в озере. И даже представить себя настоящей русалочкой!
«Хотя нет, тут воды же нету. Значит я не как русалочка, а как летучая мышь! Они такие миленькие, и очень забавно попискивают!».
Да и потом к различным  родам неудобств ей не привыкать, например, в балете, по сути вообще приятного мало. Ты постоянно голоден, все суставы вывернуты и болят, ноги растерты в кровь... И тем не менее именно балет приносил Эжени столько счастья,
Да и на молчание негласного хозяина Оперы малышка не обращала особого внимания, особенно потому что ей нужно было столько всего сообщить! Новостей за последние дни  накопилась просто масса.
- Ой, дядя Эрик, Вы не представляете. Я тут недавно занималась в зале… Ну, точнее ждала пока в зале будет репетировать Ла Сорелли, а пришла не она, а прекрасный принц. Он красивый и добрый, котенка мне обещал наколдовать.  Представляете? Настоящего котенка! А еще он рассказал, что тут у нас в Опере оказывается есть еще и злой волшебник, который всякие козни строит против прекрасного принца!
Треща как сорока, Эжени даже и не заметила, как они оказались уже в знакомых ей пещерах, в которых обитал ее взрослый друг.
Балеринку опустили в кресло, и Эжени не долго думая, забравшись туда с ногами, принялась прыгать в нем. Дома так делать строго настрого запрещали, но ведь сейчас она была в гостях у своего лучшего друга!
- А еще прекрасный принц сказал мне, что влюбился, но только в кого, не скажу. Это секрет, а я обещала молчать, как мышь, - доверительно сообщила мадемуазель Верной между прыжками.
Только вот дальше все пошло совершенно не так замечательно, как начиналось… Тоненько пискнув от недоброго взгляда Призрака Оперы, девочка ужом скользнула за спинку кресла, на котором только что восседала, словно королева. Все происходящее разом перестало ей нравиться и казаться веселым.
- Дядя Эрик, я никого не приводила! – Эжени непонимающе захлопала глазами, явно не понимая, что это такое происходит.
Вернее как сказать, она прекрасно чувствовала, что на нее сердятся, только вот за что?! Она же ничего дурного не сделала. И всю неделю танцевала неплохо, мадам Жири ее хвалила, ну, если только не считать сегодняшний день. Но ведь она в этом не виновата, во всех бедах и несчастьях виновата одна только Крысонька!
- Никого я не продавала, я бы скорее сдохла, но не продала бы своего друга, а Вы же мой друг! Зуб даю, я молчала!
Само собой, про «скорее сдохла» и «зуб даю» маленькая балерина нахваталась у своих старших братьев, которые не слишком-то стеснялись в выражениях, вероятно считая, что сестра еще слишком маленькая и ничего не поймет.
- Я просто в прятки играла! А он хороший, правда! И я ничего никому не рассказывала, раз обещала я так и делаю! Вот прямо… ну честное балетное! А если я вру, то пусть всю жизнь в пятом ряду кордебалета танцевать буду!
Наверное для любого нормального человека такие слова показалась бы настоящим бредом, и только человек выступающий на сцене понял бы весь ужас сказанного.
Ну, ведь и правда, что может быть ужаснее, нежели мечтать о великих партиях, а и итоге стоять в последнем ряду, где о твоем существовании могут даже не догадаться?!

+1

6

Эрик взял бутылку, стоявшую на подлокотнике своего кресла, поднес горлышко ко рту и сделал несколько жадных глотков. Он ожидал этим вечером трагедии, которая должна развернуться под мрачными сводами подземелий «Опера Популер», но, видимо, она откладывалась на неопределенный срок. Пока происходящее и вовсе напоминало какую-то дурную комедию. И все из-за болтовни мадемуазель Верной, которая изливалась на него бурным потоком с того самого момента, как он похитил балеринку. От звонкого голоска девочки у Лакруа звенело в ушах, а от количества обрушившейся на него информации хотелось напиться.
Вино приятно обожгло горло, а слова Эжени, которые совсем не свойственны девочке ее круга, не давали алкогольным парам затуманить разум Призрака. «Сдохла», «зуб даю»… Откуда она вообще нахваталась таких выражений, свойственных скорее портовому грузчику, чем юной особе из хорошей семьи. Не хватало еще, чтобы она заявила такое мадам Жири, она быстро займется воспитанием юной балерины, Эрик хорошо знал строгий нрав Колетт.
Однако, слова эти, очевидно, кое-что да значили для малышки Верной. С такой запальчивостью она боролась за свое доброе имя, словно, действительно, Призрак очень обидел ее своими подозрениями. Из всего этого следовало два взаимоисключающих вывода. Первый: девочка не виновата. Второй: она виновата, но не осознает тяжести своей вины. В любом случае, не стоило торопиться с выводами. Эрик сделал еще глоток вина из бутылки, это помогало ему расслабиться и не впасть в ярость. Лишние эмоции сейчас были ни к чему.
Итак, что мы имеем? Неизвестного «прекрасного принца», с которым Эжени «просто в прятки играла». В его подземельях! Практически на его глазах! Да они запросто могли столкнуться друг с другом лицом к лицу. И вот тогда Лакруа пришлось бы убить «прекрасного принца» прямо на глазах у его беспечной юной подружки. Потому что в противном случае, он рассказал бы об этой встрече в «Опера Популер», а Призраку это совсем было не нужно. Лакруа ощутил, как в груди  поднимается новая волна раздражения, и бросил тяжелый взгляд на мадемуазель Верной. Нужно ли объяснять ей, чем все могло закончиться тогда? Она вряд ли поймет в силу своего возраста.
«Чего я хотел, доверяя свою тайну ребенку?», - с горечью подумал Призрак, откидываясь на спинку кресла. Вино все же делало свое дело, действуя расслабляющее. Это хорошо, это то, что ему сейчас нужно. Значит, он сам во всем виноват, и теперь просто пожинает плоды своей собственной беспечности. Неожиданный вывод. Но вполне закономерный.
Однако, что там говорила Эжени? Про прекрасного принца и злого волшебника. Кто этот отчаянный юноша, рискнувший спуститься в подземелья «Опера Популер»? Разве не знает он легенд, которые работники театра вспоминают едва ли каждый день. «Надо же, котенка он ей обещал!», - неприязненно подумал Лакруа. Еще и влюбленный в кого-то. В кого? Столько вопросов накопилось у Призрака, что казнь мадемуазель Верной точно придется отменить. «И хорошо», - с облегчением подумал маэстро. Мысль о том, чтобы расправиться с Эжени его совершенно не радовала. И сейчас, когда она принесла столь страшную для балерины клятву, можно было с чистой совестью изменить свои планы в отношении нее на более мирные.
Конечно, сразу сдаваться Эрик был не намерен. Пусть Эжени все же помучается, побоится его гнева и подумает хорошенько, к чему могла привести ее выходка.
- Допустим, ты ему ничего не сказала. – Он постарался, чтобы голос звучал максимально холодно. – Но почему вы играли в прятки в подземельях театра? Ты хоть понимаешь, что здесь можно спрятаться так, что уже никто и никогда не найдет?
В том, что «прекрасный принц» после своего визита в подземелья это уяснил, он отчего-то не сомневался, нужно, чтобы это теперь поняла и Эжени.
- А если бы он увидел меня, что бы ты сказала ему? Как бы объяснила – кто я? «Дядя Призрак, который бродит по ночам по «Опера Популер»?
Лакруа криво усмехнулся и снова приложился к бутылке с вином.
- Весело, что и говорить.

+1

7

На мгновение юной мадемуазель Верной показалось, что ей практически удалось убедить негласного хозяина «Опера Популер» в том, что ничего дурного она не сделала… Но все равно, ее взрослый друг казался ей сердитым, и посему балерина благоразумно продолжала прятаться за огромное кресло, словно рыцарь за большим щитом, и посматривала на Призрака большими испуганными глазами, словно бы опасалась, что ее начнут бранить.
«Интересно, а если заплакать, дядя Эрик тогда перестанет сердиться?» - идея была заманчива, но ее малышка решила оставить на самый крайний случай, а сейчас поговорить о чем-то более приятном.
- Вы знаете, как будут звать котенка? Вот ни за что не догадаетесь! – при мысли о том, что совсем скоро она сможет возиться с самым настоящим котенком, на лице девочки появилась блаженная улыбка, да и Призрак не казался ей больше таким уж разгневанным. – Его будут звать Молоток. Я сначала хотела назвать его Лебедка, ну в честь той, которая на сцене недавно сломалась. Потому что когда она сломалась, она пищала, почти как котенок. Но мне брат сказал, что так мальчика нельзя назвать… Только вот не пояснил почему. Пришлось придумывать другое имя. А хотите, когда его наколдуют, приходите, и мы вместе поиграем с ним? Он будет мурлыкать и сказки рассказывать… Вы любите кошачьи сказки, дядя Эрик?
Хотя последний вопрос был по мнению самой балеринки совершенно лишним, потому как не любить сказки было просто невозможно. Особенно если их тебе рассказывает кот.
Внезапно девочка пришла к выводу, что ее друг скорее всего обиделся на нее за то, что решил, что теперь она не хочет с ним дружить и прекрасный принц стал ее лучшим другом!
- Вы не думайте, дядя Эрик, что я теперь с Вами не хочу дружить, - доверительно сообщила Эжени, все так же выглядывая из-за спинки кресла. На минуточку ученице мадам Жири стало очень жаль дядю Призрака, который наверняка еще и плакал от обиды. Вот она бы точно плакала, если бы ее друзья перестали с нею дружить.  – Прекрасный принц, он хороший. Мне его стало очень жаль, вот я ему и решила помочь. Он так влюблен, а злой волшебник все заколдовал, и теперь он даже не может поговорить с ней то, она исчезает, когда он к ней подходит.
Остановить череду откровений, пояснений, догадок и жизненно важных рассказов прервать было не просто, хотя когда юной дарование услышало очередной вопрос Призрака она замолкла, словно бы не тараторила секунду назад, как трещотка. Правда не надолго.
- Дядя Эрик… - голос Эжени звучал так разочарованно, словно бы ей только что сообщили, что роль, о которой она мечтала все это время будет отдана другой девочке. – Ну, так а зачем же еще играть в прятки? Именно для того, что бы тебя никто и никогда не смог найти!
В общем, выходило то, что ее взрослый друг, точно такой же, как и все остальные взрослые, окружающие Эжени. Только думают, что знают все на свете, а на деле, когда начинают рассуждать, говорят какие-то глупости. Вот прямо как сейчас. Ну ведь весь смысл игры в прятки, что бы тебя никто не смог найти!
- Если бы он Вас увидала, я бы сделала вот так, - тут девочка набрала полную грудь воздуха, и зажмурившись, словно бы от смертельного ужаса, заверещала так, будто ее режут. – ААААААААААААА!
Эхо многократно усиливало визг девочки и, признаться честно, Эжени даже немного струхнула, не ожидая что голос ее звучит точно так же как у рыжеволосой Карлотты.  Борясь с желанием спрятаться под столом, стараясь не показать этого, она упрямо тряхнула головой, словно доказывая самой себе, что ей ни капельки не страшно, продолжила.
- Ну вот так примерно… А если бы и это не убедило принца, тогда я бы сделала вот так… Ах!
И вот с этим последним «ах», Эжени привстала на цыпочки, схватилась за сердце, постояла так несколько секунд, трепеща всем телом, словно пойманная бабочка, и упала в обморок. И уже лежа на полу, открыла глаза и заулыбавшись, горделиво сообщила:
- Мне даже мадам Жири говорит, что у меня хорошие актерские способности! И принц бы мне обязательно поверил!

+1

8

Внешне Эрик выглядел очень спокойным. Он по-прежнему сидел в кресле, на подлокотнике которого стояла бутылка вина, уже частично опустошенная им. Поза его была скорее расслабленная, нежели напряженно-раздраженная. Глаза полуприкрыты. Но это было обманчивое впечатление – так хищник обычно изображает свое полное равнодушие к предмету охоты, выбирая наилучшее время, чтобы совершить прыжок. От Призрака не укрылось ни одно движение девочки, хотя многие слова ее, изливавшиеся, как обычно, бурным потоком, он пропускал мимо ушей, улавливая лишь суть.
Котенок… Кошачьи сказки? Хм-хм. Эрик тихо хмыкнул. Ему было сложно представить то, что для большинства людей казалось таким обыденным. В Персии во дворце султана были кошки. Огромные, полосатые, с клыками, размером с ладонь. Они могли запросто убить человека, но к султану ласкались, точно ручные. Эрик старался обходить их стороной, но однажды он увидел, как большая кошка напала на маленькую рабыню. Он тогда сам еще будучи подростком, схватил факел и, наступая, отбил у зверя его жертву, и это спасло девочке жизнь. Нет, Лакруа не любил кошек. Даже царственный Маркиз, обитавший в «Опера Популер», не вызывал у него умиления и желания погладить лоснящуюся шерстку. Правда, говорить об этом с Эжени Призрак не стал. Ни его настроение, ни ситуация тому не способствовали. Но воспоминания, подогретые вином, возникали сами собой. Спрятаться от них можно разве что надравшись до бессознательного состояния. Но подобное Эрику было несвойственно. Он предпочитал никогда не терять контроль над собой. А воспоминания… С ними он уж как-нибудь справится.
Слова Эжени о «прекрасном принце» заставили его вновь насторожиться. «Он так влюблен, а злой волшебник все заколдовал, и теперь он даже не может поговорить с ней то, она исчезает, когда он к ней подходит». Да что же за тайны такие? В кого там так влюблен этот Дон Жуан, и еще, похоже, безответно? И почему вся эта история прошла мимо него? Может, это очередной вздыхатель Ла Сорелли? Впрочем, кто из труппы стал предметом обожания богатого юнца, Эрику было все равно. Лишь бы он не тянул руки к тому, кто принадлежит Лакруа. И Музыке! Вот тогда ему не жить. Призрак убьет его хладнокровно и без сожалений.
- И кто же… Она? Та прекрасная принцесса, заколдованная злым волшебником? – Взгляд Эрика мог сейчас кого угодно приморозить к полу. Но совершенно, похоже, не действовал на Эжени.  – Тебе это известно?
Очень ценная информация, за которую Призрак готов был не только простить девочке ее необдуманный поступок, но и вознаградить целой тарелкой пирожных из театрального буфета. Правда, сделать столь заманчивое предложение он своей маленькой подружке не успел. Мадемуазель Верной решила показать свои выдающиеся актерские способности и заверещала. Однажды в Персии Эрик видел, как во время казни с живого человека сдирают кожу. Но, кажется, даже тот несчастный не кричал так громко, как это сделала сейчас Эжени.
- Мммм… - Эрик зажмурился и прикрыл рукой здоровую часть лица. Уши заложило. Ощущение, что верхняя часть головы у него сейчас просто-напросто отвалится, не покидало Лакруа несколько минут, пока в коридорах подземного лабиринта не стихло последнее эхо от пронзительного визга юной актрисы.
- Н-ну… Если бы поверил… - Не слишком уверенно сказал Эрик, пытаясь прийти в сознание, в ушах у него до сих пор звенело. – Тогда ладно. – Тон Призрака неожиданно стал примирительным.
Он не сдался. Просто изменил цель их разговора. От желания отругать и запугать Эжени, он перешел к мыслям о том, как можно было бы использовать их состоятельного влюбленного гостя в своих целях.
- Ты только при мадам Жири так не делай. – На всякий случай предупредил он девочку. Колетт – не он, она за такое мадемуазель Верной и близко к «Опера Популер» больше не подпустит.
- И пообещай мне больше ни с кем в прятки в подвалах не играть. Здесь можно так заблудиться, что даже я не смогу ничем помочь. В дальних коридорах живут огромные крысы. Злые и очень голодные. Они только и ждут, когда к ним придет человек, чтобы обглодать его до самых косточек. – Голос Эрика упал до зловещего шепота. В этот момент и вправду чувствовал себя злым волшебником, которых, пор словам Эжени, все вокруг заколдовал.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: репетиции » Why are you bringing him to me?