Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: сцена » Гримерный переполох


Гримерный переполох

Сообщений 1 страница 15 из 15

1

http://s1.uploads.ru/t/bDp6T.jpg

Название эпизода: Гримерный переполох.
Место и время действия: 21 июля 1870 года, «Опера Популер»
Участники: Christine Daae, Colette Giry, Eugénie Verneuil.
Синопсис: У старших воспитанниц мадам Жири заканчивается очередная репетиция «Ганибала» а младшие-то в это время полностью предоставлены самим себе. Догадайтесь с двух раз, чем именно может быть занята юная и неугомонная искательница приключений? Ну, конечно же, искать эти самые приключения!

Отредактировано Eugénie Verneuil (07-11-2017 16:43:03)

+2

2

Подготовка к "Ганнибалу" шла полным ходом. До премьеры оставалось совсем немного времени, поэтому все были активно вовлечены в процесс создания новой оперы. Рабочие сцены устанавливали декорации, проверяли колосники, занавесы, кулисы, огни, которые должны были освещать сцену. Костюмеры дошивали наряды, подгоняли их по меркам артистов, а сами артисты часами проводили в их кабинетах, чтобы сценические костюмы сидели как влитые. Оркестр репетировал под руководством мсье Рейе. А старший класс мадам Жири во всю готовился к тому, чтобы выйти на сцену в новой опере "Ганнибал".
После утреннего класса началась, уже ставшая традиционной, репетиция на сцене. Там к мадам Жири присоединялся мсье Рейе, следящий не только за оркестром, но и за юными девушками, повторяющими одни и те же движения, чтобы отточить порядок и технику танца. Плие, томбе, сотеню, турлян. Снова и снова Кристин вместе с другими девушками повторяла элемент один за другим. Она старалась из всех сил, наблюдая за Мэг. Так, как казалось Кристин справлялась довольно успешна. Юная Даэ всегда радовалась успехам своей подруги. Она всегда верила, что Мэг достигнет тех высот в танце, о которых она всегда мечтала. Сама же Кристин, не смотря на то, что с детства, после смерти своего отца, занималась в классе мадам Жири, никогда не чувствовала в себе силы, что стать примой, как Ла Сорелли, к примеру. Такой мечтой грезила Мэг, и всегда прилагала к этому усилия. Но, не смотря на это, Кристин всегда старалась не разочаровывать мадам Жири, ведь главный балетмейстер театра "Опера Популер" заменила Кристин родителей, а сам "Опера Популер" стал для юной хористки новым домом. И подвести его обитателей она не могла. Именно поэтому Кристин старалась не менее других девушек, которые в отличии от нее мечтали о заглавных партиях.
Однако, вечно летающая где-то в облаках Кристин не редко получала замечания от бдительной мадам Жири. К тому же девушкам приходилось не только повторять танец по несколько раз, но и ловко уворачиваться от рабочих сцены, которые устанавливали на сцене то одно, то другое. Например, сегодня, под конец репетиции, начиная вращаться, Кристин зацепила ногой занавес, который был еще не прикреплен. Девушка отделалась лишь легким испугом, но те, кто не заметил, что юная Даэ стала причиной этого переполоха, стали вновь заявлять, что опять Призрак Оперы взялся за старое. Рабочие сцены и балерины уже, кажется, не готовы были продолжать репетицию, поэтому мсье Рейе объявил об ее окончании. К тому же, рабочим сценам необходимо было утащить со сцены упавший занавес и вновь прикрепить его на свое место. Только теперь, как кричал мсье Рейе, необходимо было закреплять его более тщательно. Кристин же, оправдания которой уже никто не слушал, чувствовала себя виновной, но разъяснить то, что вовсе не таинственный Призрак виноват в происходящем, а она, у нее уже не получилось. Мсье Рейе выбежал из зала что-то причитая о том, что завтра еще надо будет отрепетировать это с сеньорой Гудичелли, и если и завтра случиться что-то подобное, то это будет ужасно.
Придавленная чувством вины, Кристин вместе с другими девушками наскоро помогли рабочим сцены поднять реквизит, которые повалил незакрепленный занавес. Кристин старалась хоть как-то загладить то, что она стала причиной этого переполоха, даже если никто ей в этом не верил. Гораздо проще было поверить в историю о Призраке Оперы, которая гуляла по театру вот уже около трех лет. Признаться честно, сама Кристин мало верила в подобные слухи. Гораздо больше ее волновал ее Учитель, ее Ангел Музыки. А связать Призрака Оперы и своего Учителя Кристин попросту не могла, ведь она считала, что Ангел Музыки являлся ей одной, как и рассказывал ей в детстве ее папа. Именно поэтому она старалась не слушать то, что говорили балерины и рабочие сцены, думая лишь о том, что сегодня вечером ее ждет очередной урок с ее Ангелом Музыки. Вновь погрузившись в грезы и мечты, Кристин даже не заметила, что на сцене осталось лишь несколько рабочих сцены, которые перетаскивали декорации с одного места на другое, и мадам Жири.

+3

3

Случаются в жизни дни, наполненные лучезарными открытиями, когда работа вокруг спорится, ножки, обутые в пуанты, легки и быстры, а тонкие руки взмывают в воздух ладно и плавно. И хочется улыбаться просто от осознания той неизъяснимой прелести и красоты, что рождается вокруг, казалось бы, из ничего - из воздуха, пропахшего канифолью и воском, из пылинок, танцующих в косых лучах света, из шелеста нотных страниц или грациозного наклона головы. От особенного, ни с чем не сравнимого ощущения сопричастности к созданию этого величия, имя которому - искусство. А случаются дни, как этот: наполненные бестолковой, даже, пожалуй, бесполезной суетой, от которой всё становится только хуже.
Мадам Жири грозно нахмурилась, с непринуждённостью линкора двигаясь между нестройными рядами танцовщиц и мимоходом размышляя о том, как бывает обманчиво всё на этом свете. Работа вокруг так и кипит, однако, больше всего напоминает погоню за двумя зайцами. Работники сцены третий день не могут закончить монтаж декораций, а из-за не вовремя оборвавшегося тросса, едва ли не стоившего работоспособности блока третьей кулисы, весь график репетиций на сцене и с оркестром вообще полетел в тартарары. Честно говоря, с гораздо большей охотой Колетт предпочла бы провести сегодняшнюю репетицию в балетном классе, а не на сцене,  где люди вокруг изо всех сил пытаются успеть несколько дел одновременно, но в результате только ещё больше мешают друг другу. Но, если мсье Рейе столь настойчив… Впрочем, подобная настойчивость, кажется, и так уже вышла ему боком, ибо мсье почти сорвал голос, пытаясь водворить порядок. И, судя по тому отчаянному жесту, с которым он заломил руки - он сам уже двадцать раз пожалел о подобном рвении. Поэтому, когда на сцену обрушился тяжёлый занавес, явившийся апофеозом всех сегодняшних начинаний, мадам Жири только рукой махнула. Слава Богу, что никто не пострадал, хотя юные танцовщицы, разумеется, не упустили случая поднять визг до небес, стоило кому-то вновь упомянуть о таинственном Призраке. Поняв, что продолжать репетицию бесполезно, Колетт кивком отпустила класс, строгим, почти ледяным взглядом остудив некоторые горячие головки и особенно острые язычки, готовые всё на свете приписывать козням Призрака Оперы. Надо признать, что взгляда мадам хватило с избытком – девушки разом притихли и тоненьким ручейком потянулись к выходу. Впрочем, несколько из них задержались, чтобы помочь рабочим собрать рассыпавшийся реквизит. Мадам вполглаза наблюдала за ними, заодно отмечая про себя, на что именно теперь стоит обратить внимание на вечерней репетиции, чтобы без существенных потерь компенсировать сегодняшнее утреннее фиаско. Наконец, взгляд мадам остановился на Кристин Даэ, которая с мечтательным видом остановилась у витой позолоченной колонны, устремив отрешённый взгляд куда-то ввысь, и Жири готова была поклясться, что юная мадемуазель сейчас присутствует где угодно, но явно не здесь. Что же происходит с ней в последнее время? Колетт едва заметно покачала головой. Кажется, все эти мечтания всё больше уводят её от реальности. А такое, на памяти мадам, ещё никогда никого ни к чему хорошему не приводило.
- Так, так, мадемуазель Кристин Даэ, - ровно проговорила Колетт, нарочно называя девушку полным именем, как делала всегда, когда сердилась. – Позвольте напомнить вам о том, что сегодняшние несколько драгоценных часов, призванные для совершенствования ваших танцевальных навыков, вы изволили потратить впустую. Не говоря уже о том, что ваша дальнейшая невнимательность едва ли не обернулась трагедией, что совершенно непозволительно. Тем более, в этих стенах. Извольте же объясниться.

+2

4

Надувшись словно мышь на крупу, Эжени сердито посматривала на свою лучшую подружку, кудрявую красавицу Сюзон, которая в нерешительности стояла посреди коридора и теребила оборку своего милого белого платья. Все веселые планы игры рушились, и поделать ничего было нельзя.
- Ну, чего ты как полудохлый каль-мар? – голос мадемуазель Верной звучал и раздраженно, и слезливо одновременно. Еще бы, такая игра пропадает!  – Ну мы же играем в пиратов, а значит просто должны захватить чей-то корабль.
Намедни старший брат Эжени рассказал ей увлекательнейшую историю про одного дерзкого и храброго пирата, который был грозой морей, отнимал деньги у богачей, а после раздавал их страждущим. Безусловно, после этого почти три четверти юных учениц мадам Жири, в перерывах между классами, принялись играть в этих самых пиратов… Само собой, выражение про кальмара было позаимствовано так же из истории,  хотя на деле маленькая балерина и знать не знала, кто такие эти кальмары.
Только вот теперь, на самом интересном – захвате корабля – забраться в грим-уборную рыжеволосой мадам Карлотты верная напарница и вторая рука капитана Эжени начала капризничать и говорить, что ей страшно. Что если их поймают, а так оно и будет, то после будут непременно ругать.
- Не поймают, ведь мы же пираты, мы убежим, - с жаром воскликнула неугомонная малышка, хватая свою робкую подругу за руку и принимаясь тащить в сторону комнат  примадонны, но тут же остановилась. -  Или, если хочешь, мы можем сначала совладать с более слабым противником! А после уже будем браться за такую крупную рыбешку, как мадам Карлотта.
Из всех этих рассказов брата про морских разбойников, мадемуазель Верной отлично запомнила, что они постоянно всех сравнивают с рыбами, и теперь пользовалась этим без устали, чем и снискала восхищение своих одноклассниц. И что бы закрепить этот успех, девочка и решилась забраться в гримерку самой Карлотты, и по примеру храброго пирата что-то уворовать оттуда. Скажем конфетку или яблоко. Только вот одной идти туда было страшно, а Сюзон в самый последний момент и вовсе хныкать начала… Вот почему планы пришлось менять на ходу.
- Не реви, Сюзон, ты же пират! Мы не пойдем к Карлотте, мы пойдем в комнату, где гримируются Кристин и Мег, их же нечего бояться! Да и там их не будет еще долго, репетиция же!
И больше не слушая хныканье Сюзон, мадемуазель Верной решительно потащила свою подругу по коридору, по направлению к комнаткам, где обитали старший ученицы мадам Жири.
Попасть туда было не проблемой. Только вот Эжени не знала, что именно она будет делать там. Как бы поступил на ее месте настоящий пират и капитан корабля? Но очутившись рядом с туалетным столиком Кристин малышка, зачарованно притихла. Столько баночек, скляночек и пузырьков. Все так вкусно пахнут!
- Садись, Сюзон! Я буду делать тебе настоящий сценический грим, - свистящим шепотом возвестило юное дарование, водружая себе на голову маленькую тиару, которую носили все танцовщицы участвующие в "Ганнибале". – А потом ты сделаешь мне! Хорошо?

+1

5

Расстраивать мадам Жири было всегда себе дороже, об этом Кристин знала уже давно. Не раз и не два Кристин и Мэг приходилось объясняться с мадам Жири за свое поведение. И чаще всего это касалось невнимательности Кристин, либо "приключений", которые всякий раз находила себе неугомонная дочка мадам Жири. В некоторых из них участвовала и Кристин, по большей части по настоянию своей подруги или из-за нежелания хоть как-то обижать Мэг. Но, в любом случае, Кристин не позволила бы Мэг нести ответ перед своей матушкой в одиночку. Поэтому, Кристин не понаслышке знала, что такое разговор с мадам Жири.
Юная хористка повертела голосовой, словно хотела убедиться, что мадам Жири обращается к кому-то другому, но, как оказалось, даже те девушки, которые помогали Кристин и рабочим сцена убирать рассыпанный реквизит, поспешили удалится. Все знали, что вечером еще ждет вторая репетиция, и, наверное, каждый в душе хотел, чтобы она не закончилась таким же бедламом, как и первая. Особенно Кристин, которая чувствовала себе более, чем виноватой. Она-то знала, что Призрак Оперы не имеет никакого отношения к сегодняшнему падению занавеса, и если даже все поверят в то, что виной всему не гласный хозяин оперы, о котором так много говорят в последнее время, то Кристин все равно будет чувствовать себя виновной. Да и к тому же, бдительную мадам Жири было очень трудно обмануть. Если другие любили все списывать на Призрака Оперы, ведь так намного проще объяснить все, что происходит в театре, то мадам Жири всегда могла понять истинную сущность вещей, а сейчас она наверняка видела, как невнимательная Кристин задела ногой занавес.
"Хорошо, что сеньоры Гудичелли не было рядом", - подумалось Кристин, пока она отводила глаза, боясь посмотреть на главного балетмейстера театра "Опера Поппулер", - "будь она рядом, шума было бы еще больше, ведь она вечно считает, что именно ей пытается как-то насолить Призрак Оперы".
- Мадам, мадам Жири, - наконец-то заговорила Кристин, когда молчать было уже вовсе невежливо. Она сделала несколько шагов на встречу мадам Жири, и подойдя к ней, уперла взгляд в пол на сцене. Сколько бы не было лет ученицам мадам Жири, были ли они маленькими девочками из младшего класса или ровесницами Кристин, перечить или дерзить главному балетмейстеру не смел никто. - Я не... я не нарочно, - продолжала говорить юная хористка, все еще страшась гнева своего педагога за такую оплошность. Ведь Кристин казалось, что она стала причиной сорванной репетиции. Конечно, все, что творилось на сцене, вся эта толкотня, желание мсье Рейе поскорее пройти все куски вместе с оркестром и требование господина директора в ближайшие дни закончить всю подготовку декораций и реквизита. Но Кристин все равно не могла отделаться от мысли, что если бы не ее безалаберность, то ничего бы не произошло.
- Я нечаянно, я не хотела, - проговорила юная Даэ, наконец-то поднимая голову, собравшись силами, чтобы выдержать праведный гнев главного балетмейстера. - Когда я вращалась, то очень поздно раскрыла ногу после пассе, видимо, поэтому и задела занавес...
Оправдания казались нелепыми, но Кристин ничего не могла с собой поделать. Признаваться в том, что она сделала два оборота вместо одного только потому, что задумалась о чем-то своем, было стыдно.
Кристин хотела еще что-то добавить. Но неожиданно для себя проговорила:
- Мадам Жири, вы ведь не верите в то, что это сделал Призрак Оперы? Ведь вы знаете, что это была я?
Кристин отчего-то было важно, чтобы все было именно так. Возможно, ей бы и хотелось не быть причиной этого переполоха, но врать и притворяться Кристин не умела и не любила.
- То есть, я имею ввиду, что в последнее время действительно случается всякое, - Кристин вспомнилось, как недавно, когда она ждала с Мэг начало класса, то видела Карлотту Гудичелли, которая бежала по коридору очень громко обвиняя всех и каждого, кто попадался ей на пути, что они все способствуют провалу ее репетиции во главе с Призраком Оперы, - но сегодня... сегодня это действительно была я.
Рабочие сцены уже покинули зал. Теперь реквизит, который собирала Кристин сиротливо стоял на сцене на фоне занавеса, который уже подняли. Огни были погашены, что свидетельствовало о том, что никто до вечера действительно не возобновит репетицию.

+1

6

Колетт лишь покачала головой на отчаянные попытки очнувшейся от своих грёз Кристин сначала сделать вид, что не совсем поняла – а действительно ли к ней обращается мадам, а потом – устремить глаза долу. Очень красивые и внимательные глаза, между прочим. Опушённые длинными ресницами, величайший дар, которым когда-то наградила мадемуазель Даэ её безвременно почившая матушка. Этим бы глазам больше живости и блеска, а ещё – дисциплинированного умения не хлопать ими попусту в пространство, когда надо и, в особенности, когда не надо.
- Да, я всё ещё слушаю вас, мадемуазель Даэ. – строго подогнала Жири девушку, которая, заикаясь, рассыпалась в нестройных извинениях. Между бровей Колетт залегла жёсткая морщинка – ах, вовсе не это, совсем не это она желала бы услышать из уст своей нерадивой ученицы. Что с того, что выполненный пируэт признан крайне неудачным даже самой его исполнительницей? Не он первый, не он последний. Исполненного движения, как известно, не вернёшь, оно как слово, что, вылетев однажды, больше не изменит своего значения. Ведь балет есть повесть, облечённая в танец, и пишут её самые совершенные инструменты на свете – тело и душа. Вернее, соблюдая хронологический порядок – душа и тело.
Обозначившаяся проблема являлась куда более важной. Правда, не известно, осознавала ли это сама Кристин. А заключалась она в совершенно непозволительной рассеянности юной мадемуазель в последнее время. И, чем дальше, тем становилось только хуже. Не знай она свою ученицу столь хорошо, мадам даже рискнула бы предположить, что Кристин влюбилась. Однако, случись это неожиданное событие, оно точно не проскочило бы мимо малышки Мэг. А уж та бы не упустила случая прожужжать матери все уши на эту и все, связанные с нею, темы.
- То, что мы называем случайностями – это всего лишь закономерности, которые мы не успели вовремя распознать. Вы прекрасно знаете, моя дорогая, - тон Колетт сделался менторским. - Что техника входа в поворот, в большинстве случаев, имеет существенное влияние на его направление, равно как и элементы, сопровождающие вход и выход из движения. Легкомысленно отнесясь к началу его исполнения, вы обрекли себя на выполнение элемента из самой неудобной позиции. Кроме того, по неизвестной мне причине, вы сделали два оборота вместо одного, не так ли? – взгляд мадам просверлил Кристин почти насквозь. -  Так что, ваше фиаско в финале было самым, что ни на есть, закономерным и ничуть не случайным. И слава Богу, что это произошло всего лишь на репетиции, Кристин! Задумайтесь на минуту, к каким обстоятельствам это могло бы привести, случись подобное на премьере. – мадам выдержала назидательную паузу, глядя на опущенную голову ученицы и от души надеясь, что юная мадемуазель всё же примет её суровую отповедь к сведению и сделает выводы. Желательно – правильные.
- Девочка моя, - тон Колетт, всё же, смягчился. – Что же с тобой происходит в последнее время? Где та юная звёздочка с блестящими, живыми глазами? Я не узнаю мою Кристин. – она развела руками. – Разумеется, я не думаю, что у Призрака Оперы вдруг возникла необходимость в срыве сегодняшней репетиции. «И без него прекрасно справились. Своими силами…» - И я очень надеюсь, что ты окажешься умнее всех этих синичек-пустозвонок, что разносят всякую чушь по театру. И ещё больше надеюсь, что подобного срыва больше не произойдёт. – мадам внимательно посмотрела на девушку. - Запомни, Кристин, искусство очень внимательно к мелочам и не прощает тем, кто расточительно позволяет себе упустить любую из них.

Отредактировано Colette Giry (26-11-2017 21:51:08)

+1

7

В понимании юной мадемуазель Верной, настоящий сценический грим просто обязательно подразумевал обсыпать пудрой свою подругу с макушки и до самых пяточек. Нет, а что? Ведь когда кожа беленькая, словно фарфоровая чашечка, это так красиво! Собственно, руководствуясь этими выводами, маленькая ученица мадам Жири решила не экономить на пудре, тем более на туалетном столике стояла такая большая баночка! На весь младший класс хватило бы…
- Вот, теперь ты похожа на сильфиду, - критично осмотрев начало своей работы выдала непоседа, и довольно захлопала в ладоши. – Хотя ты и так на нее похожа, ты в нашем классе самая красивая! Теперь наклей себе мушки, я видела, мадам Карлотта всегда себе так делает. И волосы распусти, так тебе лучше!
Спорить с Эжени робкая и молчаливая Сюзон явно не решалась, посему послушно сделала то, что ей велели. Пока маленькая балерина возилась с клейкими кусочками бархата, мадемуазель Верной натянула на себя один из сценических костюмов Кристин. Кажется, в нем она должна была танцевать в первом акте новой постановки, к которой сейчас готовилась вся «Опера Популер».
- Тебе нравится Сюзон? – голос девочки не выражал особого восторга, так как по ее мнению тут было слишком мало блесток, камушков и кружавчиков. – Я думаю, моя мама могла бы сделать для Кристин куда более красивые платья. Что бы она была как настоящая принцесса! Мама вчера купила отрез такого красивого розового шелка! И даже пообещала, если останется немного, то мне сошьет что-нибудь! Ух, мне все будут зави-и-идовать!
С этими словами, Эжени с самым деловым видом цапанула с туалетного столика тюбик губной помады и принялась красить себе губы. Тем, что вышло по итогу, единственная дочь четы Верной осталась довольна. Ну, да, конечно, она немного вышла за края, но зато теперь губы у нее были красные-красные, как яблоко. А то, что сломалась помада… Ну и ладно, не страшно. Может если поставить все на место, то никто ничего и не заметит? И пудру тоже.
- Ты тоже мушку себе наклей, - несколько неуверенно посоветовала Сюзон, которая больше всего была похожа на приведение, потому как Эжени пудры не пожалела.
Игра про пиратов как-то была позабыта. Сейчас маленькая ученица грозного балетмейстера с куда большим удовольствием поиграла бы в принцесс. Или в прима-балерин. Правда как в них играть, она и сама еще не придумала, но ведь это не так и страшно.
- Ага, сейчас наклею, и ты тоже надень костюм. И будем играть… Будем репетировать «Ганибала», совсем как взрослые делают! Сначала будем танцевать как Кристин и Мэг, а потом ты будешь как мсье Убальдо, забираться на этот диванчик. А я буду как мадам Карлотта петь.
И то, что петь она совершенно не умела, мадемуазель Эжени не останавливало от слова совсем. Девочке напротив казалось, что стоит ей только попробовать, и она запоет ничуть не хуже, чем примадонна. В конце-концов, ну что тут сложного? Главное кричать погромче, так же как рыжеволосая мадам Карлотта. Будто увидала мышь или таракана.

+2

8

Кристин ощущала, что ее лицо становится пунцовым. Конечно же, мадам Жири тысячу раз права, говоря о том, что дело было не в случайной ошибке Кристин. Юная хористка довольно реалистично осознавала, что стать примой-балериной ей вряд ли удастся. Причем, что удивительно, если говорить о девушках ее возраста, Кристин никогда не питала таких надежд, ощущая себя нужной и необходимой такой, какая она есть сейчас. Если большинство ее подружек по балетному классу (и Мэг Жири была не исключение) грезили о сольных партиях на сцене, но Кристин никогда не думала об этом. Однако, это не исключало справедливого замечания мадам Жири. Даже стоя в самом углу, в самом дальнем ряду, можно испортить все дело. И сегодня Кристин вполне наглядно доказала, что это так. Даже страшно представить, что произошло, если бы она устроила это во время спектакля! На следующий же день мсье Лефевр отправил ее обратно в деревушку близ Упсаалы. И Кристин бы почувствовала, что на ее плечи легла тяжела ноша - собственная совесть.
Юная Даэ могла только кивать на слова главного балетмейстера. Конечно же, мадам Жири права во всем, особенно в том, что в последнее время с Кристин что-то происходит. Ее мысли были так часто далеки от реальности, что порой она даже забывала, где надобны было вступать, что прежде за ней почти не замечалось. Кристин приложила одну руку к щеке, чувствуя, что та горячая, и решила хоть что-то промямлить в свое оправдание:
- Я сегодня очень дурно спала.
Это было действительно так. Из маленькой молельной комнаты, где Кристин стала проводить время больше обычного, она вернулась только за полночь, а позже долго ворочалась в постели. Причиной тому стали ее уроки с Ангелом Музыки. Нет, они и раньше имели регулярный характер, но сейчас ее Учитель словно готовил ее к чему-то. Кристин и сама толком не поняла, как стала посвящать большую часть своего времени этим урокам, а потом, по их окончанию, все время думать о них и о том таинственном голосе, который, надо сказать, стал появляться чаще.
- Простите меня, - добавила Кристин, почувствовав, что голос мадам Жири смягчился. - Я допустила ужасную оплошность, могли пострадать люди.
Хорошо еще, что сеньоры Гудичелли не было поблизости. Кристин представила какой бы крик подняла взбалмошная прима. Слова мадам Жири о Призраке Оперы заставили Кристин вздрогнуть и оглядеться. Казалось, что только сейчас она осознала, что они остались одни в таком большом зале. Ее взгляд остановился на пресловутой ложе номер пять, о которой ходило столько легенд, и Кристин стало не по себе. На какую-то долю секунды ей показалось, что за ними наблюдают. Легенды о Призраке Оперы пугали хористок и балерин, и Кристин была не исключение.
- Давайте уйдем отсюда, мадам? - Аккуратно предложила Кристин, чувствуя что сегодняшнего происшествия вполне достаточно. Мысль о том, что кто-то может наблюдать за ними, не давала покоя.
Кристин еще раз бросила взгляд на пятую ложу и направилась к кулисам. Все последствия своей ошибки она помогла убрать, поэтому решила, что на сегодня ее миссия на репетиции пусть не успешно, но завершена.
- Если позволите, то после небольшого перерыва я могу еще порепетировать всю вариацию в классе? - В любом случае Кристин меньше всего хотелось показаться мадам Жири легкомысленной, которая не только не учиться на своих ошибках, но и не обращает на них никакого внимания.
Но едва Кристин, минуя кулисы, вышла в коридор, она услышала что-то совсем необычное, что заставило ее замереть. Дверь в гримерную комнату, где Кристин и еще несколько девушек готовились к спектаклям, была приоткрыта, и оттуда донесся по девичье хрупкий, но тем не менее сильный голос. Будь что-нибудь иное, Кристин даже не удивилась. В гримерную комнату попасть было не так-то и сложно, да и никто не пытался укрыть там что-то ценное. Но этот голос, который показался Кристин довольно знакомым, попытался запеть арию Элис из готовящегося "Ганибала". Кристин хорошо знала этот кусок, именного его они вчера очень долго изучали с ее Учителем. Пораженная и удивленная хористка поспешила в свою гримерную комнату.

+2

9

Всё ещё пристально глядя на свою ученицу, мадам вздохнула, и на губах её обозначился едва заметный намёк на улыбку. Ах, юность, юность…  Мечты и грёзы. Молодость так прекрасна своей способностью к восхищению, увлечению, вдохновению и подъему чувств. Но, она наполнена и сложными периодами, когда в юном сознании формируются представления о жизненных ценностях и выборе своего дальнейшего пути в жизни. Такое хрупкое, такое важное и такое сладкое время. Впрочем, истинная его ценность познаётся уже в пору не первой молодости, а пока… есть ещё достаточно времени на шалости, пробы и ошибки. И на бессонницу. Колетт ласковым, почти материнским жестом коснулась плеча Кристин, не собираясь журить вконец расстроившуюся девушку больше, чем считала нужным.  Безусловно, мадам была строга к своим подопечным, однако, отчитывая их или делая замечания, никогда не позволяла себе выходить за грани разумного, справедливо полагая, что излишняя жёсткость принесёт в этом случае больше вреда, чем пользы. В конце концов, все здесь служат одному единственному богу, имя которому – Искусство.
- Тебе следует внимательнее относиться не только к репетициям, но и к себе самой, Кристин. – тон мадам Жири был уже куда более тёплым. – Сцена потребует от тебя очень, очень, - балетмейстер выделила голосом последнее слово, – много сил. Тем более, в свете грядущей премьеры. Потушить пламя гораздо проще, чем зажечь его вновь.
Колетт проследила за насторожёнными взглядами, что юная Даэ то и дело бросала в сторону пятой ложи. Честно говоря, с некоторых пор её начали несколько раздражать все эти нелепые страшилки, так стремительно вырастающие из таких же нелепых слухов. Ох уж эти театральные трещотки! Им, конечно же, ничего не стоит запудрить мозги впечатлительной Кристин, да и не ей одной. Надо бы, всё же, поговорить с Эриком: как-то тревожно в последнее время на душе…
- В этом театре тебе нечего бояться, Кристин. – твёрдо сказала Колетт. И неспешно направилась вслед за своей ученицей к кулисам. Лёгкий сквозняк, воровато скользнувший по пустой сцене, колыхнул подол её платья. На мгновение ей показалось, что она чувствует на себе чей-то взгляд, однако, проверять так ли это, мадам не стала.
- Что ж, у тебя есть вполне достаточно времени до вечерней репетиции. – благосклонно дала своё разрешение Колетт на просьбу Кристин. - И постарайся, пожалуйста, не опоздать. – как бы между прочим, прибавила она.  – Я волну… - и осеклась на полуслове, недоумённо приподняв тонкую бровь.
По коридору разливалось пение. Голос невидимой исполнительницы был высок и звонок, а также полон самого, что ни на есть, искреннего воодушевления, хоть и не всегда попадал в нужные ноты. Это было настолько неожиданно, что мадам не сразу смогла понять, кто это. Зато, когда перед глазами встал ясный образ Эжени Верной с искрящимися глазами, Колетт уже не удивлялась ничему. Ни распахнутой двери в гримёрную, ни форменному кавардаку, царящему там, ни самой юной исполнительнице, облачённой в сверкающий сценической наряд.
- Так, так, так. – со странным удовлетворением произнесла мадам, следом за Кристин заглядывая в комнату и обнаруживая там ещё и восторженную зрительницу или, правильнее сказать, ждущую своей очереди, вторую приму.

0

10

Ну, вот скажите, кому будет интересно играть в пиратов, войну и грабеж корабля (который еще и непонятно как устроен), если можно поиграть в самых настоящих театральных примадонн?! Когда можно примерить на себя настоящие костюмы, в блесточках и кружавчиках, в которых артистки оперы будут выходить на сцену?
В зеркале отражалась маленькая тощая фигурка, перепачканная белилами и пурпурной помадой, с взъерошенными волосами и счастливой улыбкой от уха до уха. Мадемуазель Верной была счастлива!
Собою Эжени была довольна прямо таки безмерно. Во-первых, то как она была наряжена – это же просто восторг! Да и накрашена маленькая балерина, по ее собственному мнению, была словно настоящая принцесса.
Во-вторых, от своих собственных вокальных данных единственная дочь мсье Верной была прямо таки под впечатлением. По крайней мере, ей самой казалось, что звучит она не намного хуже, чем хваленая рыжеволосая мадам Карлотта. А то, может быть и лучше, уж точно более звонко.
- Ты слышишь, Сюзон, как красиво я пою? Слышишь? – от переизбытка чувств маленькая балерина принималась попеременно подпрыгивать то на одной, то на другой ноге. – Как думаешь, нам бы разрешили с тобой петь  так же как та рыжеволосая мадам, ну когда мы с тобой немножечко вырастем. Теперь и ты попробуй петь так же громко! Вот кричи, как будто ты паука увидала.
Последовать этому дельному совету ее белокурая подружка просто не успела, потому как в дверях грим-уборной появились законная хозяйка этой самой комнатушки, то есть Кристин и с ней сама мадам Жири.
- Ой, мамочки! – едва слышно пискнула мадемуазель Верной, когда их внезапную игру прервал столь знакомый строгий голос. - Здрасте, а мы тут с Сюзон Вас все ждали, мадам...
Эх, а ведь так все хорошо начиналось! И, разумеется, первым порывом было дать стрекача. Хотя… Куда уж тут убежишь? От мадам Жири невозможно скрыться, в это свято верили все в младших классах. А уж тем более некуда бежать, когда ее соратница сразу же ударилась в рев, будто ее тут режут на маленькие кусочки.
- А мы…  Мы долго ждали, когда начнутся наши классы, а потом решили поиграть, что бы не так скучно было ждать, - бесхитростно решила оправдаться девочка, переводя взгляд с Сюзон, на Кристин, а после и на грозную Коллет. – И мы решили попробовать петь, ну точно как мадам Карлотта. Вот… Кристин, скажи, ведь красиво же вышло! Кристин, ну скажи же! И ты разрешала брать твою пудру, в прошлой раз, когда я была тут, ты разрешала, скажи же!

0

11

Кристин вбежала вперед мадам Жири, напрочь позабыв о том, что со стороны это выглядело несколько не учтиво. В конце концов, мадам Жири старше нее, и она питала к ней глубокое уважение и почтение. Но сейчас она была так удивлена, что даже не подумала хотя бы о каких-то правилах приличия. День сегодня явно был не из простых. Сначала Кристин сама устроила настоящий переполох на сцене, теперь же она наблюдала за тем, как развлекается Эжени и ее маленькая подружка. Наверное, второй кавардак в день был бы для кого угодно перебором, но Кристин, бросив быстрый взгляд шедшей за ней мадам Жири, поразилась ее выдержке и спокойствию.
Сама же она, войдя на словах Эжени "Как думаешь, нам бы разрешили с тобой петь  так же как та рыжеволосая мадам, ну когда мы с тобой немножечко вырастем?", она едва сдерживала себя, чтобы не прыснуть от смеха.
То, что предстало перед ее глазами не поддавалось никакому описанию. Малышка Эжени и ее подружка явно пытались вообразить себя примадоннами театра "Опера Поппулер". Кристин оглядывала их хрупкие фигурки, которые в ярких нарядах казались чересчур комичными. Особого эффекта добавляли белила и помада. Кристин хотела что-то сказать, но побоялась что, едва начнет говорить, сразу же засмеется. А после сегодняшнего приключения на сцене ей явно было не до смеха. Мало того, что она буквально провалила всю репетицию, так и теперь мадам Жири может подумать, что она поддерживает и одобряет вольности Эжени. На самом деле, она нисколько не была зла на Эжени, но ей полагалось вести себя, как взрослой. По крайней мере, Кристин казалось, что мадам Жири не одобрит подобной фривольности.
Дар речи Кристин обрела тогда, когда Эжени задала ей вопрос. На этот момент Кристин несколько попятилась назад, пропуская мадам Жири, поэтому могла облегченно вздохнуть, ее лицо главный балетмейстер "Опера Популер" увидеть не смогла бы, если бы не повернулась. Улыбнувшись, Кристин проговорила нарочито серьезно:
- Я не большой специалист в вокале, - она покачала головой, призывая всю свою волю, чтобы не начать смеяться, - но, по-моему, вышло... вышло очень даже не плохо.
Кристин замолчала, ожидая реакции мадам Жири. И еще представила что было бы, если бы их в таком виде застала Карлотта Гудичелли. Уж та бы явно не оценила певческого таланта юных исполнительниц.
- Только по-моему белил слишком многовато, - добавила Кристин немного погодя.
Ей всегда нравилась Эжени. Эта маленькая балерина явно имела большой потенциал, и речь шла не только о танце. У нее была поистине неиссякаемая энергия. Вспомнить хотя бы то, как они вместе с Эжени пытались вернуть сеньоре Гудичелли  дорогое колье. Кажется, Эжени уже привыкла хозяйничать в чужих гримерных комнатах. Но если ту, сеньоры Гудичелли, они оставили в полном порядке, то сейчас Кристин старательно пыталась оценить масштаб ущерба, который нанесли юные любительницы приключений.
- Но как вы оказались здесь? - Спросила Кристин, увидев, что подруга Эжени - девочка по имени Сюзон, разрыдалась. - Тише, тише, - попросила Кристин, поняв, что мадам Жири вряд ли довольна таким положением дел. - Ну же, Сюзон, не плач.
Но поняв, что успокоить девочку не так то и просто, Кристин перевела взгляд на Эжени, которая явно была главной в этой небольшой банде искательниц приключений.
- Ну? - Вопрошала она на правах хозяйки гримерной комнаты, наконец-то справившись с желанием засмеяться. - И почему же вы ждали мадам Жири именно здесь?
Но, если не кривить душой, то Кристин прекрасно понимала, что привлекло девочек в гримерной комнате. Конечно, их жизнь отличалась от жизни большинства детей. С раннего детства их преследовали дисциплина и многочасовой труд в балетном классе, которые стали неотъемлемой частью их жизни, но все же - они были детьми. И веселиться они хотели, как все дети. К тому же, все новое, все интересное из мира взрослых не могло не интересовать их. Даже Кристин и ее подружки, и те часами могли засиживаться в гримерной Ла Сорелли, потому что у нее всегда было что-то, что юные хористки еще не имели.

0

12

Колетт провела пальцем по губам, словно стирая с них невольную улыбку и оглядела гримёрную, чувствуя, как где-то в животе искрятся золотистые искорки смеха. О да, постарались две юные артистки оперы явно на славу! Чтобы сотворить подобный кавардак, нужно иметь не только призвание. Здесь необходим настоящий талант. Балетмейстер Опера Популер чуть посторонилась, мягко пропуская рванувшуюся вперёд Кристин, вполне понимая порыв хористки и оценить обстановку (если не сказать: причинённый ущерб) и хоть как-то постараться сгладить неловкую ситуацию, наверняка уже почувствовав себя виноватой и за это происшествие тоже. Кристин всегда отличалась редкостным терпением и участием по отношению к маленьким балеринам, никогда не скрывая своего доброжелательного к ним отношения, и частенько не отказывалась поболтать или, если было время – даже поиграть с ними. А уж дети-то её обожали и, несомненно, этим пользовались. Вот как сейчас.
Впрочем, несмотря на весь свой невозмутимый  вид, никого отчитывать мадам пока не собиралась. Дети есть дети, и ничего с этим не поделаешь. Однако, и оставить подобные шалости без внимания тоже было никак нельзя.
- Во-первых, немедленно успокойтесь, мадемуазель Сюзон. – строго сказала Колетт, в свою очередь шагая через порог. – Слезами отмыть грим-уборную всё равно не получится.
И перевела взгляд на главную зачинщицу неожиданной и, признаться, весьма авангардной оперной постановки. В том, что красочная идея «попробовать петь, ну точно как мадам Карлотта» принадлежала именно Эжени Верной, мадам Жири не сомневалась ни минуты. Откуда же у этой хрупкой девчонки берётся столько энергии? Которую, между прочим, она готова использовать как угодно и куда угодно, и при этом, как водится, не особенно задумываясь о последствиях.
- Во-вторых, мне очень интересно узнать: почему вы с мадемуазель Сюзон решили ожидать свои балетные классы именно в гримёрной мадемуазель Даэ?
Колетт посмотрела на Кристин и улыбнулась ей глазами, вполне разделяя её сдерживаемый смех.
- В третьих, белил действительно слишком много. – она покачала головой. - Искусство театрального грима, мадемуазель Эжени и мадемуазель Сюзон – это сложная наука, изучить которую за один день не получится, но которой безупречно должна владеть каждая артистка сцены. И вы в том числе. Однако же, - мадам подняла вверх палец. - Начинается обучение с умения держать свои вещи в порядке. Театр – это единый, слаженный механизм, и если в нём начинается кавардак, то работать исправно он не будет. – с этими словами Колетт обратила свой взор и на Кристин, показывая, что её слова касаются и юной хористки. И снова перевела взгляд на двух маленьких балерин. – Сколько времени, благодаря вашим стараниям, должна будет потратить мадемуазель Даэ, покупая новую пудру и белила? И, как вы думаете, что скажет мадам костюмер, увидев тщательно отглаженные ею костюмы на полу и обсыпанными пудрой? Запомните, ничто, - мадам Жири выделила последнее слово голосом и повторила его ещё раз. – Ничто в Опера Популер не терпит небрежного к себе отношения.

+1

13

Вот уж чего Эжени не любила, так это когда окружающие ее взрослые старательно делают вид, что серьезны, а сами прямо таки еле сдерживаются от смеха.
Наверное, в любой другой день мадемуазель Верной еще и надулась бы на Кристин, за ее смешливость. Ведь маленькая балерина была свято уверенна в том, что и она, и Сюзон пели просто прекрасно, по крайней мере, ничуть не хуже прославленной Карлотты, с которой все носились как с писаной торбой.
Но сейчас был явно не самый лучший момент обижаться на Кристин, тем более хористка вовсе и не позволяла им играть в ее комнате. Да и про то, что ей было разрешено трогать грим, тоже был чистой воды вымысел.
Но как же тут промолчать, когда они с Сюзон так старались, так старались, а им говорят, что вышло всего лишь «не плохо».
- Что значит не плохо? – исподлобья поглядывая на Кристин вопросила маленькая балерина, явно не довольная такой низкой оценкой своих стараний. Вопрос о том, что они тут делали, девочка и вовсе решила пропустить мимо ушей. Не очень то он и важен, ведь и так понятно, что они тут делали. Пели и грим наносили, как настоящие артистки оперы. – И ты сейчас говоришь не правду, я же слышала, как ты поешь! Ты красиво поешь, значит разбираешься… И белил в самый раз. Как у принцессы-лебедь из старинной сказки. Ну, по которой ставится тот новый балет!
Последняя фраза была уже обращена к мадам Жири, которая так же утверждала, что белил было слишком много. Сговорились они что ли?
- Нормально белил! В самую пору! Так красивее, кожа как у моей куклы фарфоровой, - словно упрямый ослик повторила Эжени, понимая, что хореограф кажется не так уж и сильно сердится на них. Не понятно почему, но это однозначно хорошо.
И теперь вдвойне ее раздражали всхлипывания Сюзон, которая кажется решила затопить комнатушку своими слезами. Чувствительно ткнув свою подружку в бок, мол, завязывай, мадемуазель Верной задумалась, стоит ли рассказывать про игру в пиратов и ограбление корабля противников? По здравому размышлению, Эжени пришла к выводу, что это совершенно лишняя информация. По крайней мере, для мадам Жири.
- Мы просто… Просто подумали, что Кристин будет тут, и можно будет послушать сказки, которые рассказывал ей ее папа. Они очень красивые. Про ангела Музыки, про волшебную Флейту… Но лучше про Ангела! Хотела бы я, что бы и ко мне он являлся. Но только не музыки, а танцев. Мадам Жири, как думаете бывают Ангелы балета? А?
И покусав нижнюю губу, девочка скосила глаза на туалетный столик, на котором они с Сюзон перевернули решительно все, что только можно было. Справедливые слова мадам Жири о том, что Кристин придется покупать новые белила и румяна окончательно пристыдили Эжени.
- Кристин, ты не переживай, я тебе куплю новые белила! Я специально откладывала деньги на новое платье для моей мадам Шатильон!

+1

14

Кристин всегда поражалась мадам Жири. Не смотря на то, что главный балетмейстер "Опера Популер" была женщиной довольно строгой и требовательной, она всегда пыталась вначале разобраться с ситуацией и лишь потом искать виновных, в отличии от большинства других, которые тут же обрушили свой праведный гнев на Эжени и Сюзон. Конечно, скорее всего так и было, мадам Жири уже неоднократно сталкивалась с подобными проблемами. Уже много лет она не только обучала девочек таинственному искусству танца, но и напрямую участвовала в их воспитании. Это Кристин знала и по себе. Она никогда бы не стала самой собой, если бы рядом все это время не было мадам Жири. Тогда, когда юная Даэ только только переступила порог "Опера Популер", она была напуганной девочкой, которая потеряла своего отца, и была едва жива от страха за себя и свое будущее. Конечно, если бы не участие мадам Жири, не известно, что тогда стало бы с несчастной Кристин? Сейчас девушка не могла себе это даже представить. Но не только она, все, кто когда-то был учениками мадам Жири не могли не ощущать ее влияние на их жизнь. Этот опыт и умение решать все вопросы, которые порой касались не только хореографии, всегда восхищало Кристин.
Кристин была все еще так поражена представшей ей картиной в гримерной комнате, что даже на какое-то мгновение позабыла сегодняшнее приключение, которые произошло не без ее прямого участия. Но когда мадам Жири вновь заговорила, юная хористка покраснела. Не так-то далеко она ушла от Эжени и Сюзон. Нет, конечно, она не пробиралась в чужую гримерную и не устраивала там импровизированный показ оперы. Зато она умудрилась устроить настоящий кавардак прямо на сцене! Если бы это видела Эжени, то еще бы сама поругала Кристин. Отчего-то эта мысль не поразила Кристин. Наоборот, ей подумалось, что не так то уж Эжени сильно отличается от нее. Да, конечно, она младше ее, и ее "забавы" более детские, но неприятности мадам Жири они доставили сегодня обе.
- Я только пою в хоре, - мягко сказала Кристин, бросив быстрый взгляд на мадам Жири. Ей отчего-то стало приятно, что девочка оценила ее вокальные возможности, ведь ее танцевальные навыки были слишком далеки от того, чтобы когда-нибудь позволить ей стать примой-балериной. Хотя и возможность того, что хористка станет оперной солисткой была тоже ничтожно мала. - Поэтому могу высказать лишь свое мнение. Наверное, сеньора Гудичелли в этом была бы более компетентной, - Кристин покачала головой. Да, конечно, ее уроки с Ангелом Музыки, несомненно приносили свою плоды. Он заставлял ее голос работать как слаженный инструмент, добиваясь того, чего не могли добиться учителя "Опера Популер". Но кто слышал эти попытки? Только сам Ангел Музыки и такие завсегдатаи закулисья "Опера Популер", как Эжени. - "Не плохо" - это значит "хорошо", - попыталась объяснить Кристин так, как понимала это сама. - У тебя, несомненно есть задатки, но их надо развивать. Работа над голосом такая же сложная, как и работа над танцем. Если ты будешь не только танцевать, но и петь в хоре, то учителя непременно тебе обо всем расскажут, и ты будешь петь ничуть не хуже, чем сеньора Гудичелли. А тебе, Сюзон, надо научиться достойно и стойко воспринимать все, что происходит. Ведь ты будущая актриса, сколько всего еще будет происходить в твоей жизни. И ты будешь плакать? Так не пойдет.
Кристин покачала головой, улыбнувшись, когда Эжени заговорила про сказки, рассказанные ей когда-то отцом.
- Конечно, Эжени, к тебе обязательно придет Ангел, - проговорила юная хористка мечтательно. Именно такие слова ей говорил Густав Даэ, когда они сидели вдвоем, и Кристин прижималась к отцу, почти засыпая под его мелодичный голос, рассказывающий сказки. И Ангел Музыки действительно пришел к ней. Кристин вздрогнула. Если так повезло ей, то почему не может повезти и Эжени? - Мадам Жири, - присоединилась Кристин к Эжени, - вы когда-нибудь слышали про Ангела Танца? Он, наверняка, должен быть, - уверенно проговорила Кристин, и сейчас еще меньше отличалась от Эжени, чем когда-либо. - Ведь есть великие танцовщицы, например, Ла Сорелли. К ней наверняка приходил Ангел Танца.
- Нет, Эжени, - Кристин покачала головой, вновь покраснев. Брать деньги у ребенка на белила она не могла. - Я не оставлю твою мадам Шатильон без платья. Ты сходишь со мной за белилами? Но куплю я их сама.
"Тем более, - мысленно добавила Кристин, - я итак сегодня едва не порушили декорации. А они явно дороже белил".

0

15

Сказки. Про ангела Музыки, про волшебную Флейту… Но лучше про Ангела! Ну, что тут скажешь – сказки да игры – дети есть дети. Почему-то Колетт в этот момент подумала о том, что та же Кристин, в сущности, ещё совсем ребёнок. Как и Мэг… Как и…  Усилием воли мадам Жири вынырнула из внезапно завладевших ею мыслей.
- Ангел? – переспросила она, втайне обрадовавшись случаю направить мысли юных озорниц и впечатлительной Кристин в несколько иную сторону. А там, глядишь, и Сюзон, наконец, успокоится. И вообще, лучше уж Ангел Балета и Ангел Музыки, чем Призрак Оперы, не так ли?
- Хм-м-м.  – балетмейстер посмотрела на Кристин, с воодушевлением поддержавшую тему. - А вы как думаете? Конечно же, есть. Только вот, - и она заговорщицки посмотрела на притихших девчушек. – Он, как вы можете догадаться, не приходит ко всем подряд, хотя, я уверена, наблюдает за каждым и решает про себя – стоит ли ему показываться. Впрочем, не всё так просто. Сначала с Ангелом Танца нужно научиться разговаривать на его языке. Догадаетесь, как? – она испытующе посмотрела на юных танцовщиц. Потом перевела взгляд на туалетный столик, на котором (и под которым, и вокруг столика тоже) царил полнейший разгром. Как бы там ни было, сказок и впечатлений на сегодня, пожалуй, хватит.
- И кстати, на счёт белил. - прибавила мадам, - Ни одна принцесса не позволит использовать их в таком количестве, если не хочет выглядеть смешно и нелепо. А ваш грим, юные леди, как это ни прискорбно, более всего уместен в цирке. – безжалостно раскритиковала Жири веские доводы упрямой Эжени. - Ещё раз запомните хорошенько, мадемуазель Верной, - Колетт подняла палец вверх и торжественно изрекла, глядя на зачинщицу веселья, - Театр – это храм искусства. Искусство не терпит к себе небрежного отношения, а посему, вы с мадемуазель Сюзон, - вторая участница развлекательно-вокального мероприятия удостоилась строгого взгляда, - Немедленно отправляетесь умываться и приведёте себя в порядок. А мадемуазель Даэ вам поможет.
С этими словами балетмейстер отступила в сторону, словно давая понять, что ждёт исполнения озвученных действий немедленно.
- После же, - прибавила она тоном, не терпящим возражений, - Вы поможете мадемуазель Кристин привести гримёрную в порядок. Итак, извольте. - Колетт посмотрела на очаровательные золотые часики, что носила на поясе, - У вас не так много времени.

Отредактировано Colette Giry (16-07-2018 01:21:13)

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: сцена » Гримерный переполох