Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Dracula: сцена » Если и пойду долиной смертной тени, не убоюсь я зла.


Если и пойду долиной смертной тени, не убоюсь я зла.

Сообщений 1 страница 30 из 31

1

http://s9.uploads.ru/t/Fot5Y.png
Лучший эпизод сезона: зима 2018

● Название эпизода:  Если и пойду долиной смертной тени, не убоюсь я зла, потому что ты со мной.
● Место и время действия: 24 октября 1898 года, где-то по дороге к монастырю, Шотландия
● Участники: Willem von Becker & Kit Collum
● Синопсис: Октябрь показал себя во всей свой красе, выпав на землю месячной нормой осадков в виде снега.  И снегопад не думал вовсе прекращаться, так что путникам пришлось снова задержаться, теперь уже в одном приветливом поместье. Но так ли оно приветливо на самом деле?

+1

2

Холодные, похожие цветом на сталь, октябрьские тучи рассыпались на шотландскую землю снегом. Если днем это были небольшие крупинки, то поздно вечером, когда путешественники выехали, и какое-то время уже были в дороге, снег начал валить хлопьями, превращаясь с каждой минутой стену из снега, тем самым уменьшая на порядок видимость. Да и холодный ветер, пронзительный, старался выдуть тепло из всех щелей. Отвратная погода, надо признать, в этой Шотландии. Мало того, что небо, серое и мрачное, такое неприветливое к людям, так  еще и природа подобно ему. Одни  угрюмые скалы, не шибко широкий разброс по растительности, вереск да чертополох, возможно, еще что-то, но не яркое и пышное, а очень скромное, как образец смирения перед Господом. Образец стойкости и какого-то целомудрия, чопорности. Как суровый старец с вечно поджатыми губами, вещающим о том, что нужно большую часть времени уделять делам духовным, а не потворствовать прихотям телесной плоти. Если и жить аскетом, послушником Бога, пребывая все свое время в молитвах и раздумьях, то только здесь. На краю мира, с видом на мрачное и безумно холодное в любое время года – Северное море.  Зато можно быть уверенным, что никто не побеспокоит. Если забраться совсем на край английского острова, конечно же.
«Как же меня достала эта Шотландия!» - едва не в сердцах воскликнул вампир. Лошади уже не могли так быстро двигаться, начиная потихоньку уставать, так что движение заметно замедлилось. Дорога окончательно испортилась. Каша из грязи и снега, температура была не шибко низкой, чтобы превратить месиво в ледяную корку. Но хотя бы и двигаться было проще. Темнота тоже не добавляла видимости. А с учетом того, что тучи закрыли Луну и звезды, ориентироваться было просто невозможно.
- Придется искать укрытие, - вампир устало потер переносицу. Еще один день потрачен впустую. А ведь планировалось, что за эту ночь они доедут до деревни, недалеко от которой и находится тот самый монастырь с нужной им вещью. Но, видимо, не судьба пока заполучить артефакт. Черт бы побрал, эту погоду! – Иначе риск уехать вообще  не в ту сторону.
Граф уже успел выбраться наружу, чтобы оценить всю картину происходящего. Даже с его сверхъестественными способностями трудно было что-то разобрать в таком природном вертепе. Что уж говорить про обычных смертных. Не хватало еще стаи волков для полного счастья. А они могли быть, хоть и маловероятно. Столько всего для утоления их голода. По слухам, еды для живности совсем в этом году мало, вот и выходя в деревню, к людям, задирая скот. Иногда и людей.
- Я думаю, что ты тоже не будешь против, - пожал плечами граф, будто вообще бы какой-то выбор. Если припомнить, то на карте местности, где-то в этом районе, если просчитать то время, что они успели проехать, были обозначены поместья. И если им повезет, то они точно наткнутся на какое-нибудь из них. Придется переждать. Пока снегопад совсем не закончится.  О чем фон Беккер и поведал своему кхм...напарнику.

+2

3

Кит сидел в кресле, ноги его были укрыты теплым пледом. Он с наслаждением потягивал горячий чай с примесью каких-то трав. В гостиной царил полумрак, слышно было только как за потрескивают сухие поленья в камине, да на улице завывает ветер. Похоже, метель не прекратится до утра.
Охотник довольно щурился. Он уже с аппетитом отужинал, умяв сразу две порции – свою и Виллема. И теперь чувствовал надвигающийся сон. Правда, мысль о том, что его спутник еще ничего не ел, отгоняла сонливость, заставляя Коллума тревожиться о хозяевах поместья, не побоявшихся приютить двоих мужчин, завалившихся к ним среди ночи. Пока они сонно отдавали распоряжения на счет комнат, гости остались одни.
Охотник вспоминал, как они добирались до этого поместья, обмениваясь взаимными подколками, как препирались, стоит ли доверять местным обитателям, и не лучше ли поискать поблизости других домов. Спор разрешила усилившаяся метель. Было решено переночевать здесь, если хозяева, конечно, согласятся предоставить им кров. Им повезло. Люди попались понимающие, их впустили сразу же, попросив только стряхнуть снег с плащей и сапог перед входом.
- Вот видишь, а ты ругался, говорил, как тебя достала Шотландия! – Толкнул в бок Кит вампира, стараясь приветливо улыбаться приютившим их людям. Он смутно догадывался, что обросший щетиной выглядит, вероятно, как разбойник с большой дороги. А улыбаться нормально он вообще никогда не умел. – Жизнь налаживается.
Самому Киту Шотландия пока ничем хорошим не запомнилась, разве что солодовый виски тут был ничего такой. Хотя в такой холод спасал только горячий чай да теплый плащ. С погодой им определенно не повезло. Ну, значит, в чем-то другом повезет. В любви, например. Но лучше бы, конечно, в поисках треклятого артефакта. Путь до него оказался дольше и труднее, чем он думал.
Он задумчиво взглянул на вампира. Виллем сидел в стороне от камина, тепло огня ему было не особо нужно. Он оказался как будто в тени, но Кит видел его бледное лицо. Похоже, вампир и сам не предполагал, с какими сложностями им предстоит столкнуться в дороге. «Небось, думает, что без меня он преодолел бы этот путь гораздо быстрее», - размышлял Коллум, но в мыслях его не было злости или неприязни. Он как будто смирился, что его спутником в этом приключении стал вампир. И сейчас ему, сытому, даже было немного не по себе оттого, что фон Беккер ничего не ел. Точнее, никого. Или как там сказать правильно. Черт. В другой ситуации охотник не был бы так озадачен этим, но сейчас, когда они в приличном доме, а вампир после такого долгого и тяжелого пути явно голоден, оставлять ситуацию на самотек опасно.
Кит вздохнул, убедился, что они с Виллемом одни в гостиной, полоснул себя по запястью острым ножом и подставил порез к кружке. Темная кровь тут же потекла в нее тонкой струйкой, хватит на пару небольших глотков.
- Вот, возьми. – Кит протянул вампу чашку. – Тебе тоже не помешает поддержать силы. Бери. Пока я не передумал и не выплеснул ее в огонь.

Отредактировано Kit Collum (04-12-2017 00:40:14)

+1

4

Надо сказать, что временный приют от непогоды фон Беккеру пришелся по душе, хоть и вынужденная остановка сказывалась на настроении самого вампира. Вот как назло, сначала одно препятствие, потом другое. И все это за совершенно короткий отрезок времени. Такая метель, пусть и не в первый осенний месяц, но все же. Погода будто взбесилась, выпустив на путешественников весь свой арсенал из холодного, пронзительного ветра и колкой снежной крупы, свойственный совершенно другому времени года. Что их еще ждет впереди? Будет ли оставшийся путь за реликвией такой же, полный каких-то сомнительных приключений или же дорога будет легкой? Виллем уже как-то начал сомневаться во втором варианте. Вполне возможно, что все дело было в охотнике на вампиров, магнитом притягивающий к себе неприятности. На своем веку ему не раз встречался подобный тип людей. С незаурядным умом, обладатели всевозможных удивительных навыков и талантов, но вот с удачей как-то не везло. И конец у таких личностей был уже заведомо известен. От подобных персон фон Беккер старался держаться, как можно дальше. Может, и Кит из таких? Граф нахмурился от собственных мыслей. В конце концов, поддаваться пессимистичным мыслям еще рано. Иначе каждую неудачу или мелкую неприятность можно расценивать как нечто значимое, а так и до паранойи совсем недалеко.
Граф вытянул ноги, подложив руки под голову. Он прекрасно слышал, как где-то в глубине дома, хозяева обустраивали им комнаты для отдыха, негромко переговариваясь друг с другом. Правда, в суть их разговора фон Беккер не вникал.
- Надеюсь, что к утру все утихнет и можно отправиться в путь, - задумчиво произнес вампир. И так уже потеряли достаточно времени, когда охотник слег  после переохлаждения. Не хватало еще здесь застрять из-за поднявшейся так не во время метели. Особенно, в такой глуши как север Шотландии, где даже мухи дохнут от скуки. А уж в такое время года, так вообще. Плюс придется туго с поиском жертвы, если голод станет совсем нестерпимым. Но это если метель совсем не уляжется. Виллем привык просчитывать множество ходов наперед.
- Чего? – вампир остро почувствовал запах свежей крови, выбив его из собственных мыслей обратно в  реальность. И снова эта глупая жертвенность. Хотя можно уже и привыкнуть к этому. Но кто откажется от крови? Тем более от такого физически крепкого и сильного человеческого экземпляра. – Ты когда-нибудь перестанешь жертвовать собой ради каких-то людишек?
Вампир фыркнул, но от крови не отказался. С удивлением отметив, что рана  на запястье, спустя пару секунд начала затягиваться. Однако. 
- Смотри, что с твоей рукой, - кровь охотника была странной на вкус, необычной. Чего-то подобного фон Беккер не пробовал. Хоть и до этого кусал ирландца и пил его кровь. Возможно, дело в обмене кровью? Никогда и ни о чем подобном Виллем не слышал. Чтобы человек не превратился полностью в вампира, приобрел некоторые свойства  и качества, характерные для нежити.

+1

5

- Я тоже надеюсь. – Отозвался охотник. Хотя, на самом деле, оптимистичные прогнозы погоды от Виллема он не особо разделял. Все приметы указывали на то, что метель может затянуться не на один день. Что, конечно, будет весьма и весьма прискорбно. Но что делать. Главное, они проведут это время в тепле. Если хозяева их не прогонят, конечно. С виду они вроде и милые люди, но кто знает, как они поведут себя утром по отношению к двум незнакомцам весьма подозрительной наружности.
Снаружи выл ветер. В камине весело потрескивал огонь. От него на стенах плясали причудливые тени. Хорошо, что они нашли этот дом, и решились попроситься на ночлег. Хоть некоторые в их компании и бессмертны, и такие погодные условия, как снег и ветер, им не страшны, передвигаться в метель сложно, можно сбиться с пути. А там и прочие неприятности в виде сугробов по пояс, непроходимой чащи и голодных волков. «Интересно, как ведут себя вампы, встретившись с голодным волком. Идут напролом, гордо выпятив грудь, или все же предпочитают обойти лязгающую челюстями лесную фауну стороной?». Нужно будет спросить как-нибудь Виллема. Хотя он, скорее всего, отшутится, как всегда. Или съязвит чего-нибудь.
В тепле Кита разморило, он чувствовал, как к нему подбирается сон, но спать было нельзя, еще слишком рано, хозяева должны показать ему его комнату. Кит покосился на вампа, он очень надеялся, что их комнаты будут в разных частях дома. Почему? Да потому что. Из вредности. Они в путешествии и так все время вместе, и эту ночь Кит желает спать отдельно, в своей комнате! Вот так.
На слова фон Беккера о жертвенности Кит вообще отвечать не стал. Только глаза возвел к потолку, стараясь не смотреть, как вамп будет пить его кровь из чашки. Они это уже обсуждали не раз, и все равно каждый оставался при своем мнении. Так зачем снова начинать? Коллум даже не сердился на своего спутника, не пытался его переубедить. Просто Виллем – вампир, и мыслит как вампир. А Кит – человек, и он просто не может по-другому. Охотник упорно не хотел признаваться даже самому себе, что его поступок вызван не только желанием защитить людей, живущих в доме, но и заботой о своем спутнике, который по понятным причинам не мог есть то, что им предложили гостеприимные хозяева. Виллем бы узнал, поднял его на смех. Пусть уж лучше рассуждает о глупой жертвенности ради «каких-то людишек». Да.
- Что? – Коллум покосился на порез на руке, кажется, он затягивался. Сердце ухнуло куда-то вниз и гулко загрохотало. «Это еще что за…?!».  Стать вампиром он не мог. Но обмен кровью, видимо, имел некоторые последствия, кроме стремительного выздоровления от простуды. Правда, долго расстраиваться по этому поводу не получилось. Подоспела новая беда.
В гостиную вошла хозяйка, и, кутаясь в халат, потупив глаза, сообщила, что, к сожалению, в доме только одна свободная комната для гостей, поэтому, не соблаговолят ли джентльмены разделить это скромное жилище на двоих. «Правда, там только одна двухспальная кровать, но зато она очень большая», - поспешно добавила женщина, и снова виновато потупилась.
Кит только вздохнул. Что он там, мечтал сегодня спать отдельно? Ну-ну.
- Будешь ворочаться, пристрелю. – Пообещал он фон Беккеру тихо, идя вслед за хозяйкой, делая страшное лицо, чтобы у вампа и мысли не возникло, что он шутит.

+1

6

- Удивительное рядом, - даже как-то флегматично пожал плечами вампир. Пора бы уже перестать удивляться чему бы то ни было. Даже таким вещам, как быстрая регенерация у охотника. С его-то трехсотлетним жизненным стажем в шкуре вампира. Ладно, чуточку больше, чем трехсотлетним. Не суть. Но на самом деле, удивляться-то было чему! Человек, не обращенный полностью в вампира, не нуждающийся в потреблении крови, не боящийся солнечных лучей. А что еще Киту досталось бонусом к его регенерации? Может, большая физическая сила? Или, бессмертие? Тут гадать можно сколь угодно, в любом случае, когда-нибудь это проявится, так или иначе. Виллем хотел добавить еще к своей  первой фразе, но на пороге появилась хозяйка поместья, и вампир так и не закончил свою мысль. Из ее слов, фон Беккер понял, что кровать придется делить с охотником, и вампир просто не мог не хмыкнуть. Действительно, чего еще можно ожидать от большого на вид шотландского поместья, в котором окажется всего лишь одна, пусть и  огромная кровать для гостей? А как же бесконечные визиты родственников по клану, продолжительностью в несколько месяцев с обязательным рождением ребенка?
«Да уж…» - не то, чтобы вампира это смущало. Граф нисколько не испытывал неловкости в этом плане. Он же все-таки не девица на выданье, чью репутацию не отмыть после никакими средствами. Скорее здесь дело заключалось в доверии. А человеку он хоть и доверял, все-таки заключенный договор связывал их, но не до конца. Мало ли что выкинет ирландец в том время, пока он будет пребывать в состоянии летаргического сна. Доверяй, но проверяй. Но выхода другого не было. Не на чердаке же ему устраиваться, если он еще и был. Среди старых, пыльных сундуков и не менее старой и потрепанной мебели, в которой огромный, жирный паук сплел себе паутину летом. Или что там обычно хранится на чердаках у почтенных шотландских семей? Вполне возможно, что и скелет убитого когда-то давным-давно английского воина пару сотен лет назад.
- Будешь храпеть, скину с кровати, - впору еще язык показать, но, разумеется, вампир не стал этого делать, а пошел первым за хозяйкой поместья, улавливая своим вампирским обонянием тонкий шлейф ее духов.
Поместье, и в правду было большим. И холодным. Топили только те комнаты, в которых, так или иначе, находились люди. Потому-то и казалось, что еще чуть-чуть и можно было слышать, как свистит ветер. И шел пар изо рта. У Кита. Женщина освещала дорогу большой свечой, воткнутой в подсвечник, но вампиру надобности в этом не было. И так мог видеть в  кромешной темноте. Но охотник то не мог. Или мог?
- Безмерно благодарен вам за приют, - сообщил вампир, стоило им оказаться в небольшой комнате для гостей, в которой и стояла та обещанная, огромная двуспальная кровать. Помимо же нее граф успел заметить  шкаф из тиса, большой письменный стол, сундук, окованный железом и  стол, на котором стоял кувшин, видимо с водой, пару стульев. О, камин, вмурованный в одну из стен был просто огромным, занимал чуть ли не добрую часть, и в нем ярким пламенем горел огонь. Так что в комнате  успело хорошо натопиться.
- Если что-то понадобится, то я буду  в комнате, первой справа по коридору, - еще раз поблагодарив приветливую хозяйку, фон Беккер пожелал ей доброй ночи, закрыв за ней дверь.
- Ну что,  выбора у нас  нет особого. С какой стороны мы любим спать? Уступаю право выбора, - хмыкнул вампир, подойдя к окну, полностью задергивая его плотными шторами.

+1

7

Какой все-таки странный дом. Пожалуй, даже слишком мрачный для гостеприимного поместья. Или ему это только кажется? Кит шел следом за хозяйкой и, точно ребенок, вертел головой, все осматривая. В порыве исследовательского любопытства он даже как-то не заметил, что стал лучше видеть в полумраке, который рассеивал только свет свечи. Раньше бы непременно обо что-то споткнулся, а теперь он уверенно шагал вперед, даже не глядя под ноги.
Про себя охотник все еще негодовал. Почему? Ну, почему, он вечно влипает в какие-то истории? Сначала эта болезнь, потом метель, теперь вот вообще ночевать в одной постели с хищником, который спит и видит, как бы хлебнуть теплой человеческой крови. Неужели в этом доме нет больше свободных комнат? Он бы мог даже в кресле в гостиной поспать. Но предъявлять претензии хозяевам в данной ситуации было бы неправильно. Их и так пустили на ночлег, хотя могли бы и не делать этого. А, значит, придется довольствоваться тем, что есть.
Размер кровати в отведенной им комнате заставил Кита тихонько присвистнуть. Остается только догадываться, для каких утех ее сделали такую огромную. Фон Беккер-то уж небось все об этом знает. Даже не удивился, когда хозяйка им объявила, что они будут спать на одной кровати. Пф. Ну, да ладно. Не его это дело – кто там и насколько развратен и просвещен. Зато на такой большой кровати можно устроиться так, что они даже подушками соприкасаться не будут, не то что телами. Эта мысль несколько приободрила охотника. Все-таки ему не хотелось лишний раз провоцировать своего клыкастого спутника, заставляя испытывать жажду крови, находясь в такой опасной близости от человека. Вамп и так какой-то подозрительно кроткий и вежливый. Даже вон предоставляет ему возможность выбрать, с какой стороны кровати лечь. Конечно, он, скорее всего, просто снова хочет подразнить его, может, даже, обозвать принцессой.
«Интересно, если я начну душить его подушкой, это возымеет хоть какой-то эффект? Вряд ли. Ведь он не дышит». Кит так явно представил себе эту сцену, что снова едва не хмыкнул. Пожалуй, если фон Беккер не перестанет дразнить его подобным образом, фантазии – как он отправляет вампа к праотцам, будут любимым развлечением охотника.
- Я лягу ближе к окну. – Сказал Кит. – Ненавижу спать у дверей. – Добавил он уже тише, в душе надеясь, что Виллем не станет развивать эту тему, чтобы в очередной раз его высмеять.
Когда они улеглись, Кит вдруг обнаружил, что ему совсем не спится. Тут еще на глаза так некстати попался след от пореза, который он сделал ножом в гостиной, чтобы нацедить вампу своей крови. Ранка практически затянулась. И не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы понимать – такой быстрой регенерации у обычного человека нет. Тут уж остатки сна совсем покинули охотника.
- Ты спишь? – Кит повернулся в сторону вампира. – Тебе не кажется, несколько… хм… странным такое быстрое заживление моего пореза? – Коллум привстал на локте. – Это ведь ненормально для человека, да?

+1

8

Идея положить спать рядом двух таких совершенно разных существ – вампира и охотника, был на самом деле, так себе. Нельзя с точной уверенностью предугадать, кто атакует первым: вампир ли не сдержится, чувствуя под своим боком теплую человеческую плоть, слыша, как гулко бьется сердце в грудной клетке, разгоняя кровь по сосудам; или все-таки охотник на вампиров не удержится, дождавшись, когда вампир впадет в свой летаргический сон, обездвиженный, не способный к какому-либо сопротивлению…ну чем не идеальная мишень для того, чтобы воткнуть осиновый колышек в грудь? И это без всяких проблем и особых трудностей.
- Никак боишься простыть от сквозняка? – не сдержался вампир, съязвив. В этом плане ему совсем не принципиально было, куда ложиться. Главное, чтобы солнечные лучи не могли проникнуть в комнату. Замечательно, что хозяева повесили столь плотные  и дорогие шторы, судя по качеству материала, из которого их сшили. Бархат и атлас. Нечасто увидишь подобную роскошь в столь глухих местах. И в какой-то мере даже удивительно, что в месте, где  световой день был достаточно короткий, а температура воздуха вряд ли опускалась ниже пяти градусов. Возможно, что это своеобразный кич хозяев этого старинного особняка. Хоть так, но ощущать, что каким-то образом связаны со светской жизнью, в которой когда-то давно важные персоны украшали свои дома нечто подобным.
Не стоило бы раздумывать над этой незначительной деталью интерьера больше, чем пара минут. Но ничего просто так не бывает. Все делается с какой-то определенной целью. Это только с первого взгляда кажется, что дом, словно маяк во тьме, приветливый и теплый, где можно укрыться от непогоды. Но вампир чувствовал, что здесь полно тайн, и далеко нелицеприятных.
Лежа под толстым одеялом, вампир все еще думал о хозяине дома, молчаливом и угрюмом англичане. За все время он проронил всего лишь пару фраз. Зато его жена оказалась общительной без меры, успела поведать о своих ближайших соседях, до которых в зимнее время трудно добраться. Потому как наметало снега едва ли не по первый этаж. А еще вампир успел услышать, что к ним недавно приехал старший сын со своей женой из Эдинбурга. Вот их фон Беккер не видел. В этот поздний час они уже спали.
Странное ощущение какой-то недосказанности витало в воздухе. И Виллем просто не мог отделаться от этого чувства.
- М? – вампир услышал голос охотника, но не стал разворачиваться к нему. Взгляд вампира изучал потолок, будто в мире ничего интересней не было. Огонь в камине еще не потух, но заметно убавился, погружая комнату в полутьму. Хотя и в темноте фон Беккер прекрасно видел и без этого. – Я не  сплю ночью, если что. А насчет пореза…Я не знаю. Никогда ничего подобного не видел. Я имею в виду у человека. Как ты себя чувствуешь после все того, что произошло? Что-то изменилось? По собственным ощущениям.
Виллем и сам был заинтересован. Что еще он скрывал в своей новой сущности?

+1

9

Кит лежал на боку, затаив дыхание. Он ждал, очень ждал ответа вампира. А дом, в котором они нашли приют, будто жил своей жизнью. В нем слышались едва уловимые шорохи, поскрипывания, постукивания. Картину завершали глухие удары порывов ветра о стены снаружи, так что охотнику хотелось плотнее закутаться в одеяло, можно даже вместе с головой, как он делал в детстве, представляя себя, то пиратом на большом корабле, то отважным путешественником, искателем кладов. Мечты, мечты…
Но сейчас мысли его были заняты другим. И все эти таинственные звуки ночного дома только раздражали, отвлекая от главного. «Что, черт возьми, со мной происходит?». В том, что с ним что-то не так, сомневаться уже не приходилось. И виной всему была кровь вампира, которую сиятельный граф фон Беккер изволили добавить ему в лекарство! От этой мысли Кит сильнее сжал зубы. Развернуться бы сейчас да врезать ему хорошенько!
Но здравый смысл напомнил охотнику, что именно благодаря вампиру он, видимо, еще жив. А вот здоров ли… Это ему еще предстоит выяснить.
Слова графа о том, что ночью он не спит, смутили Кита. В эту минуту он чувствовал себя ужасно глупо. Главным образом потому, что снова забыл – кто перед ним. Даже не так. Кто лежит с ним в одной постели. Вампир! Ужасный кровосос, предмет его охоты и вообще. Коллум даже кулаки сжал, напрягаясь всем телом. Желание врезать вампиру стало практически нестерпимым, но он каким-то чудом сдерживался. «Спокойно, Кит, сначала выясни, что с тобой происходит».
«А насчет пореза…Я не знаю. Никогда ничего подобного не видел». От этих слов Виллема, охотника будто опалило жаром. Вот, значит, как. Кит развернулся лицом к вампиру. Он очень старался выглядеть спокойным. Очень. Но знал, что выглядит в эту минуту, должно быть, оскаленным волком. Диким зверем.
- Так, значит, ты поил меня своей кровью, не зная, какой может быть результат? – Коллум чеканил каждое слово. В его подчеркнуто сдержанном тоне бушевала ярость. – И если бы у меня вдруг выросли клыки, ты бы просто сказал: «Ну, извини, так вышло?».
Градус ярости увеличился. Не зная, что еще сделать, Коллум схватил свою подушку и метнул ее в вампира, не глядя - попал или нет.
- Ничего не изменилось. – Буркнул он, отворачиваясь, чувствуя себя скорее опустошенным, чем злым. – Кроме того, что я лишний раз убедился в том, какой ты - гадский гад.
Про свои необычные ощущения в виде улучшившегося ночного зрения и слуха Кит пока предпочел не распространяться. Был слишком зол на своего клыкастого спасителя. Фу! Даже звучит как-то дико. По-дурацки, прямо скажем, звучит.

Отредактировано Kit Collum (01-02-2018 17:37:57)

+1

10

Охотник нервничал, и вампир это прекрасно чувствовал. Точнее, охотник откровенно злился, но все-таки пытался хоть как-то сдерживать себя. Забавное зрелище, на самом деле. Виллем мог бы любоваться этим вечно. Сейчас Кит напоминал ему кипящий чайник, стоящий на плите. Да-да, казалось, сейчас вставь  в человека свисток, и сходство будет полное. Хотя с чего бы так нервничать? Он не обратился полностью в вампира, ему не нужно пить человеческую кровь, чтобы жить и к тому же, как полагал сам фон Беккер, вряд ли солнечные лучи в его нынешнем состоянии причинили бы хоть какой-либо вред. Так что с чего бы охотнику психовать? Скорей всего, из чистой ирландской вредности. А то, что своей кровью он спас ему жизнь, то это мелочи, над которыми даже не стоило и думать. Что называется, помогая другим, делаешь  хуже только себе. В чем Виллем уже неоднократно убеждался. Хоть в этой ситуации ему была какая-то выгода. С помощью охотника он сможет устранить с дороги своего самого неприятного конкурента. Только ради этого можно и потерпеть все выходки  человека. Даже бросок подушки, пролетевшей в нескольких миллиметрах от физиономии вампира.
- Если я бы  у тебя выросли клыки, я бы сказал: «извини, принцесса, даже папы римские ошибаются, а я кто против них?», - вампир усмехнулся, забрав подушку с пола. Ирландцу придется спать без подушки, раз он ими так щедро раскидывается. Он аккуратно сложил ее поверх своей. Вообще, в чем-то охотник был прав. Например, в том, что конечный результат действительно не был известен вампиру. То есть он действовал заведомо не зная, что получится в итоге. Вполне возможно, что у охотника выросли бы клыки. Но такой вариант, как летальный исход, тоже  имел право быть. Каким стал человек, как преобразился его организм, Виллем не мог сказать со стопроцентной точностью. Однако уже успел заметить, что регенерация стала в разы лучше, чем у обычного среднестатистического представителя его вида.
- За  подобную вредность тебя вообще стоит, перевернуть лицом вниз, снять штаны да хорошенько отшлепать, - фон Беккер легко соскочил с кровати, на которой лежал до этого времени, прошел к своему саквояжу, достав оттуда письменные принадлежности и свою записную книжку, в которой всегда делал подсчеты. Чернила к тому времени успели растаять, превратившись из замерзшей кашицы в густую жидкость. Вампир уселся за письменный стол, принявшись подсчитывать свои свободные денежные средства, рассчитывая, в какое прибыльное дельце их можно будет пустить в дальнейшем. Все равно до рассвета еще было много времени, а  лежать без дела граф как-то не привык. На охотника он специально не смотрел. Хотя прекрасно слышал, как он ворочается в кровати.

+1

11

Умом Кит понимал, что в создавшейся ситуации ведет себя некрасиво, что ему надо успокоиться, иначе он рискует спровоцировать вампира на агрессию. И тогда уж точно проиграет. Пусть его зрение и слух стали острее, а регенерация ускорилась, но сил вроде бы не прибавилось. А это значит, что при желании Виллем может легко сломать его, как надоевшую куклу. Охотник и так достаточно испытывал его терпение. Пора остановиться. Пришпорить свое самолюбие, быть осмотрительней и осторожней. И так вон уже без подушки остался. А, ведь если разобраться, сам виноват. Вспылил, повел себя хуже неразумного ребенка.
«Но он тоже хорош!», - свербело внутри. Эмоции кипели. «Опыты ставить надумал. Юный натуралист хренов». Кит ощутил, как раздражение вновь всколыхнулось внутри. Но на этот раз он успел совладать с собой. Что ж, уже неплохо. В то же время охотник отдавал себе отчет в том, что его глупое поведение объясняется просто. Ему страшно. До дрожи, до икоты. После лечения фон Беккера, с его телом происходили какие-то изменения. Он чувствовал это, но не понимал их сути. Кем он стал? И чего еще не знает о себе. «Ну, спасибо, хоть не вампиром». В то же время, винить во всем нужно лишь себя. Потому что с кем поведешься, от того и наберешься. Связался с вампиром, пожинай плоды.
- Да, мамочка. – Хмыкнул Кит в ответ на слова Виллема о порке. – Я буду хорошо себя вести, обещаю. - Прогнусавил ирландец, изображая примерного зануду-сыночка, и хрюкнул от смеха. И хотя вампир больше не дразнил его, занявшись каким-то своим делом, сон ушел. Кит лежал на своей половине кровати и смотрел в потолок. На улице бушевала, завывая, метель. А спать не хотелось совсем. Он поворочался, повздыхал. Вампир, похоже, усиленно делал вид, что не замечает его. С чего бы? Неужели обиделся? А ему говорили, что вампы – как звери, только хуже, движимы жаждой крови и ничего больше не чувствуют. Мда.
- Я стал лучше слышать и видеть в темноте. – Сказал Кит, и признание это ему далось непросто. Он буквально выталкивал слова из горла, но должен был сказать их, сделав тем самым первый шаг к примирению с клыкастым. – И я чувствую, что в этом доме что-то странное происходит. Нехорошее.
Как лучше выразить то, что чувствуешь, слышишь в скрипе половиц, в стуке ставней, тех, которые оказались неплотно прикрыты? И что делать, если Виллем поднимет его на смех? Они снова поругаются? Нет, только не это.
- Уже то, что нас, двух взрослых мужчин положили спать в одной комнате, потому что у них якобы нет больше места в таком большом доме, наводит на мысли. Тебе так не кажется? – Кит привстал на кровати, и внимательно смотрел на вампира, подперев голову рукой. Неужели чутье подвело, и это просто его паранойя и запоздалое возмущение от того, что ему пришлось делить с вампиром одну постель.

+1

12

Вампир промолчал, не съязвил в ответ на фразу охотника: «Да, мамочка. Я буду хорошо себя вести, обещаю», лишь про себя фыркнул, будто сокрушаясь в том, какой же все-таки олух попался ему в напарники. Нет, он предполагал, что с охотником будет непросто, разные взгляды на жизнь и на местонахождение человека в пищевой цепочке все же, но чтобы настолько. И самое  забавное в этой ситуации так это то, что еще и приходится делить с ним не только комнату, но еще и кровать, как бы двусмысленно это не звучало. Да, он спокойно принял это известие, но это не значит, что это ему импонировало. Плюс  Виллем полностью не доверял Киту. Кто в здравом уме будет полностью доверять охотнику на  представителей его же вида?
Перо застыло в воздухе, но после пары секунд, граф продолжил и дальше писать, оставляя на бумаге лишь только ему понятные символы. Ирландец, будто специально вздыхал и ворочался в кровати, тем самым словно стараясь  привлечь к себе внимание. А вампир его как назло игнорировал. Виллем вновь пытался вернуться к своим расчетам. Но как это сделать, когда на источник шума в комнате рассеивалось полностью внимание. И фон Беккер уже дважды пытался сложить сумму полученных им за последние три месяца доходов.
«Это просто бесполезно», - вампир признал поражение, отложив в сторону перо. Почему этот человек не хочет заснуть? Люди же спят в это время!
Признание Кита, если не выбило из колеи, то весьма удивило вампира. Итак, оказывается, у охотника добавились еще некоторые качества в арсенале – способность видеть в темноте и хорошо слышать. Как интересно. Что еще обнаружится, в конечном счете? Может, Кит умеет лазить по стенам. Да только не знает об этом? Вампир задумчиво потер подбородок, пройдясь пальцами по колючей щетине. 
- Я понимаю, о чем ты говоришь, - кивнул он. – Ты еще пока не можешь полностью контролировать все свои органы чувств. Поэтому, когда все и сразу и в один момент, то и ощущения не самые приятные. Но…дом мне тоже не нравится. Может здесь перевалочная база для контрабандистов?
Вампир задумался над словами охотника. Зерно истины в них было. Дом казался большим, судя по словам хозяйки, их всего пять человек да плюс прислуга из  двух человек. И их положили вместе. Какие тайны скрывает этот дом?
- Если бы дом находился возле воды, то можно подумать именно о контрабандистах. Но тут что-то другое, - интуитивно Виллем чувствовал подвох, но в какой стороне искать его, пока не знал. Вроде бы и приятные люди, вроде бы и устроили путников на ночлег, подали ужин. Но все равно, что-то было не так. И это что-то ускользало от внимания.
Вампир прикрыл глаза, прислушиваясь, напрягая свой слух. Завывание ветра на чердаке, тихий скрип половиц и тихо-тихо где-то внизу, будто что-то царапает стекло. Скорей всего ветки деревьев.Или нет. Хм…Странно.

+1

13

Кит ответил вампиру не сразу. Он еще какое-то время лежал, бездумно глядя в потолок, просто прислушиваясь. По сути, если хорошенько сконцентрироваться, можно услышать, что весь этот дом наполнен звуками – тихими, едва уловимыми человеческому слуху. И от них было еще больше не по себе. Шорох, шелест, шепот, какой-то чертов скрежет! С ума можно сойти! Почему, ну почему им не попалась на пути обычная гостиница с обычными людьми?! У Кита в какой-то момент возникло ощущение, что это ему в компании с вампиром так головокружительно «везет». Если посчитать все злоключения, которые с ним произошли за последнее время, то можно только удивиться, как он все еще жив.
Охотник вздохнул. С виду он выглядел надутым, но злости уже не испытывал, и уж точно не собирался больше ссориться с Виллемом. После драки кулаками не машут. Вампир хотел спасти ему жизнь, и сделал так, как считал нужным. В итоге, он жив, остальное неважно. С остальным он уж как-нибудь разберется. В конце концов, приобретенные качества не такие уж и бесполезные. Конечно, слыша все эти звуки ночного дома, он теперь вряд ли сможет уснуть, но в целом, не все так плохо.
- Я бы не сказал, что ощущения неприятные, скорее, мне просто дико видеть и слышать это все. – Сказал Коллум. Он пытался подобрать слова, наиболее точно выражающие то, что он чувствовал, но, видимо, таланта фон Беккера красиво и остро говорить, ему с его кровью не досталось. Зато Кит вновь услышал, как кто-то где-то скребется и неосознанно напрягся, срабатывал инстинкт самосохранения. Что это? Он точно мог сказать, что это не крысы, они скребутся в подполе иначе. Что-то подсказывало охотнику - лучше ему не знать. Меньше знаешь, крепче спишь. Но вот со сном как раз у человека наблюдались проблемы. Тут как раз еще Виллем подтвердил его подозрения на счет странностей дома, в котором их пустили на ночлег. Сейчас он почти был рад, что их положили в одну комнату. Если здесь опасно, то лучше держаться вместе. А то поди потом ищи вампа по всему дому.
- Если бы дело было в контрабандистах, нас вряд ли пустили бы в дом. Они всегда очень осторожны и подозрительны к незнакомцам.
Кит вспомнил одного контрабандиста, с которым его познакомил в свое время Сэм. Человек был молчалив и скрытен, он не доверял никому, а со своими товарищами общался сложной системой паролей и жестов, как будто каждое его слово имело скрытый смысл. Он бы точно не пустил незнакомцев даже на порог своего дома.
Кит чувствовал, что тут что-то другое. И мотивы хозяев дома – предложить двоим мужчинам одну комнату, иные. Но в чем их суть, Коллум не знал. Ему от этого всего и так было не по себе. И еще неизвестно, когда закончится чертова метель. Не факт, что завтра они смогут продолжать путешествие.
- Тут другое что-то. – Неуверенно сказал охотник, прислушиваясь. – Что это за звук там, за окном? Ты слышишь? – Киту стало настолько не по себе, что рука его неосознанно потянулась к охотничьему ножу, который лежал в ножнах на туалетном столике. – Утром пообщаюсь с хозяевами. Может, узнаю чего. Спокойной ночи. – Ирландец положил нож под подушку и попытался уснуть. Усталость все же взяла свое, ему это удалось.

+1

14

Все казалось сложнее, чем предполагалось на первый взгляд. Вот кого действительно не хватало сейчас для полного счастья, так это контрабандистов. С этой категорией людей, Виллем сталкивался, и не один раз. Причем отношения были разного рода, но в основном деловые. Вампир не единожды  совершал с ними сделки. Но сейчас как-то совсем не радовало внезапно оказаться на территории сомнительных личностей, приторговывающих черт знает чем. Место глухое, вдали от  цивилизации, могут себе спокойно и фальшивомонетчики липовые фунты и пенсы изготовлять, а потом это вбрасывать преспокойно себе в валютный поток Британской империи. На самом деле, отличное место для всяких темных делишек. Единственное, что плохо это, конечно, дорога. В ненастье сюда вряд ли доберешься. Был бы еще  выход к морю. Вот тогда все идеально. А так. Только одни расходы.
- Где? – отозвался вампир и вновь прислушался к звукам, исходящим с первого этажа. Действительно, скребущие звуки не прекращались. Даже наоборот, усилились. Если дать живому воображению ход, то легко можно представить, как это делает какое-нибудь чудовище, стараясь проникнуть внутрь этого дома. Скрытое за стеной из снега, оно жаждет поглотить горячую человеческую кровь. – Да, что-то такое есть. Вполне возможно, что это всего лишь ветки. Если бы где-то поблизости были вампиры, я бы уже это почувствовал.
Так что можно спать спокойно. Возможно, виной всему богатое воображение, которое не ищет легких путей, а выдумывает, чуть ли не всемирный заговор. Но все равно вампиру было как-то неспокойно. Где-то внутри он интуитивно чувствовал, что все доводы уж как-то малоубедительны. А интуиции граф всегда доверял.
- Приятных снов, - Виллем увидел, как охотник положил к себе под подушку нож, но даже комментировать это не стал. Хотя бы так, но спокойнее. Но вампир все равно не смог бы уснуть до рассвета. Он вновь вернулся к своим записям, все равно возвращаясь к тому звуку, что шел снаружи. Через какое-то время ветер успокоился, и он стал гораздо отчетливее. Для вампирского слуха, разумеется. Дыхание человека уже стало более глубоким и равномерным, что говорило о том, что тот заснул.
- Так…ладно, посмотрим что там, - вампир неслышно вышел из-за стола, также бесшумно прикрыв за собой дверь, чтобы не разбудить охотника. Казалось, что дом, как и все его обитатели спали. Виллем спустился вниз по деревянной лестнице, не издав не единого звука. Он шел этот подозрительный скрежет. Пройдя по длинному коридору, вампир обнаружил столовую. Посредине продолговатой формы комнаты стоял большой обеденный стол и стулья вокруг него. По периметру стояли большие книжные шкафы, чьи полки ломились от огромного количества книг. И камин, в котором успели потухнуть угли. А еще, здесь едва ли не в полстены было окно, завешанное плотными, сшитыми из плотной зеленой парчи шторами, украшенными золотистыми кистями. Тот самый подозрительный звук шел оттуда. Но стоило графу переступить порог, как звук резко прекратился. Виллем распахнул шторы, но никого уже и не было. Окно выходило своим видом на лес. Ветер утих, но снег все еще падал крупными хлопьями на землю. На белой поверхности отчетливо виднелась цепочка следов босых ног, уходящих в лес. Но через пару минут их не стало видать. И граф понял, с кем они имеют дело.

+1

15

Кит в сотый раз проверил, заряжен ли арбалет, и поудобнее устроился на стуле, закинув ногу на ногу. Он сидел напротив спящего своим вечным сном грешника вампира. Когда Виллем спал, он был даже красив, без этой своей вечной ехидной ухмылки. Кит тихо хмыкнул, вот до чего доводят совместные путешествия. Он уже присматривается к своему спутнику, вместо того, чтобы разрядить в него арбалет. Мда.
Охотник ждал, пока его сиятельство, граф фон Беккер, соизволит проснуться. Будить его, видимо, не имеет смысла. Для вампира сон – это маленькая смерть, это значит, даже поцелуй не разбудит прекрасную прЫнцессу. А жаль. Потому что Коллуму просто не терпелось поделиться с вампиром последними новостями.
Раз за разом ирландец проигрывал в голове события сегодняшнего дня. Когда он проснулся, Виллем уже спал. Он был так хладен и неподвижен, что Киту стало немного не по себе. Все-таки спали то они в одной кровати! Охотник умылся и вышел из комнаты. Он чувствовал себя довольно бодрым и отдохнувшим. И когда ощутил аромат свежеиспеченного хлеба и жареного бекона, в желудке тут же заурчало.
- Доброе утро. Как спалось? – У очага хлопотала все та же милая женщина, которая устраивала их на ночлег. – А ваш друг еще спит?
- Он… Да. Он нездоров. – Соврал, не краснея, Кит. – Доброе утро, мэм.
- Садитесь за стол. – Женщина поставила перед охотником тарелку. – Не знаю, удастся ли вам выдвинуться в дорогу сегодня, метель все не прекращается.
- Возможно, нам придется злоупотребить вашим гостеприимством. – Кит был просто сама любезность и скромность, что не мешало ему бросать хищные взгляды на жареный бекон.
- О, что вы. Вы нас ничуть не стесните. – Заверила его хозяйка. – Как вам спалось?
- Я спал сном младенца. – Улыбнулся ирландец. – Хотя поначалу мне казалось, что я слышу что-то.
- Что-то? – Переспросила женщина, охотнику показалось, что она побледнела.
- Да, звук. Как будто кто-то царапается на улице. Но мой спутник сказал, что это ветки деревьев.
- Ах, ветки… Да-да, это ветки. – Заверила его хозяйка. И Кит отметил про себя, что она сделала это уж слишком поспешно. Что лишь усилило его подозрения.
После завтрака охотник направился в гостиную, чтобы познакомиться с остальными членами семьи, которые, видимо, постоянно проводили время все вместе. По дороге его внимание привлекла приоткрытая дверь. Коллум заглянул внутрь и сразу понял – это кабинет хозяина. Он был большой, по стенам стояли стеллажи с книгами, окна закрывали тяжелые портьеры. Передвигаясь неслышно, охотник подошел к столу, на котором в беспорядке лежали бумаги. Что тут? Закладные, какие-то отчеты, расписки, поручительства… Все не то. Внимание Кита привлекла толстая тетрадь. Она лежала под бумагами. Ирландец взял ее, начал медленно листать страницы, прислушиваясь – не идет ли кто по коридору. Это был дневник хозяина дома. Его звали Джефферсон, представитель древнего, но обедневшего рода. Им только и остался что этот дом, да фамильная гордость. В дневнике глава семейства подробно описывал свою жизнь. Довольно скучную и однообразную. Кит уже хотел вернуть тетрадь на место, когда его взгляд зацепился за фразу: «Наш младший сын Гарольд опозорил семью».
Интересно-интересно. Ирландец листал дневник, выхватывая отдельные фразы, складывая их в историю. И все больше хмурился. «Спутался с горничной… Обрюхатил… Это недопустимо, позор семьи. Я в ярости выгнал эту шлюху на улицу… Она провела там все ночь на морозе… Выла и билась о стены… Наутро все стихло, она пропала… Тела так и не нашли».
- Иисусе, что же это де… - Потрясенному до глубины души Киту показалось, что он слышит шаги. Он вернул на место дневник и поспешно вышел из кабинета. Но в гостиную не пошел. Этих обрывочных сведений ему хватило, чтобы понять, куда делась служанка, почему все семейство теперь передвигается по дому вместе, а главное – что за жуткий скребущий звук был ночью.
- Виллем, хватит спать! – Коллум наконец потерял терпение. – Вставай, спящая красавица! А то сейчас как поцелую!

+1

16

Значит, вампир. Молодой, совсем недавно обращенный. Потому-то практически невозможно было его сразу обнаружить. Потому-то Виллем не смог его почувствовать, когда говорил охотнику, что здесь поблизости нет никаких вампиров. А теперь оказывается, что вамп был. Только фон Беккер упустил из внимания, что только-только обращенные вампиры в виду еще слабости своих сил не так ощутимы, как те, кто прожил за сотню не лет. Не говоря уже и про древних. То, что вампир был обращен совсем не давно, говорило и то, что до сих пор этот старинный дом не наполнился обескровленными трупами. Или все его обитатели вскладчину не превратились в семейку нежити. Чтобы попасть в дом, нужно, чтобы его или ее пригласили. А такое характерно только для свежеиспеченных упырей. Правда, сам Виллем не мог точно сказать до какого момент это может длиться, но сам он этих препятствий уже давно не испытывал на  своем веку. Как это все-таки неудобно. Что двигало им или ею? Скорей всего месть. Вампиры, даже новообращенные не привязаны к одному месту, даже к тому, где их обратили. Хоть и местность считалась глухой, но тем не менее, поместья все-таки находились не так чтобы и далеко друг от друга. Для бессмертного существа с повышенными рефлексами  и силой это вообще раз плюнуть. Тут дело в  другом. Месть – это всего лишь догадки самого фон Беккера, этакий его субъективизм со стороны. Хотелось бы знать истинные мотивы этого существа. Из  чистого вампирского любопытства.
Преследовать уже не было смысла. Следы занесло снегом. А учуять новообращенного вампира  - нелегкое дело. Вот когда нежить снова появится возле дома. Тогда только. А пока не стоит забивать этим голову. Для этого у него есть напарник. Который охотник на вампиров. И который сейчас так беспечно спит в огромной кровати, предоставленной  хозяевами поместья. Вампир закрыл окно шторами, последний раз бросив взгляд на сад. Выглядел он уж очень зловеще. Теперь понятен смысл наличия плотных  занавесок везде, даже на окне в комнате, выходившей на северную сторону. Хозяева просто так защищались. Странно, что связками чеснока везде не обвешались. Вот его запах, вампир бы точно почувствовал и распознал среди тысяч.
Виллем вернулся также бесшумно, как и ушел. Дыхание человека осталось таким же мерным и глубоким. Кажется, кого-то даже шум из пушки не разбудит. Он взглянул на ирландца. Во сне он выглядел куда милее, чем тогда, когда он совершал разного рода глупости и еще пытался спорить и что-то доказать. Много ли девиц пало от его мужских чар? Дамы разных возрастов любят таких, определенно. Вампир фыркнул своим мыслям, разделся, после чего удобно устроился на кровати. Он не понимал своих сородичей, что предпочитали пережидать летаргический сон в гробах. Отвратное место, на самом деле.
Вскорости фон Беккер почувствовал, что солнце вот-вот встанет из-за горизонта. А вместе с ним  и забвение.
Виллем открыл глаза, первым делом увидев потолок. И только после почувствовал вблизи человека. Как странно, ощущение наличия рядом с собой охотника изменились. Оно как будто стало несколько иного рода. Практически такое же, он чувствовал, когда рядом находилась его жена. Хм… Возможно над этим стоит подумать. Но не сейчас.
- Опять ты? – вампир лениво потянулся, усаживаясь на кровати. Охотник был уже одет, оно и понятно, да еще с арбалетом наперевес. – Я не против поцелуя, милый. Только спорю, что в поцелуях ты профан, мой дражайший принц,  - фон Беккер усмехнулся. Подтрунивать над Китом – сам Бог велел. Особенно с момента пробуждения.- Куда собрался с арбалетом? Оленей что ли к ужину решил настрелять? 
Про свою находку он пока не стал говорить. Не торопил события, так сказать.

+1

17

- А ты кого надеялся тут увидеть? Папу Римского? – Спросил Кит, правда, без особого молодецкого задора. – Не знал, что вы с ним на короткой ноге.
Ругаться с вампиром он сейчас совершенно не хотел. Но и оставлять подколку просто так не стал. Пусть клыкастый знает, что охотник и ответить может. Хотя главное совершенно это. Кит ждал пробуждения фон Беккера с нетерпением, чтобы рассказать о своей находке и поделиться догадками. Да что там говорить, охотника просто распирало обсудить со своим напарником этот животрепещущий вопрос. Все же не очень-то приятно, когда кто-то скребется по ночам под окном.
Если честно, после прочитанного в дневнике хозяина дома, Коллум испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он негодовал. Эти с позволения сказать люди выгнали на мороз беременную девушку - служанку только потому, что с ней развлекался их сын. Они так же мило промолчали о том, что эта несчастная… Точнее, что там от нее осталось, ходит к ним каждую ночь. Ну, хорошо хоть спать их в одной комнате положили, позаботились о безопасности гостей, так сказать. С другой стороны, ему было даже жаль этих обнищавших аристократов, которым из-за их кичливой беспринципной гордости теперь приходится жить в страхе. Как бы ни пеклись они о своей чести, поступать так с девицей было слишком жестоко. А глава семейства мог бы и объяснить своему отпрыску, чем кончатся его заигрывания со служанкой. Сами виноваты, по сути дела.
Кит, наверное, впервые думал о том, что хочет в этой истории оставить все как есть. Потому что помогать хозяевам дома у него особого желания не было. С ума сойти! Но даже Виллем казался ему сейчас человечней этих людей. Он хотя бы не заставлял своих жертв так мучиться, да и убивал сугубо из необходимости. А не потому что у него заело понятие чести и гордости. Мда… Представления Кита об этом мире встали с ног на голову. Все перевернулось, черное оказалось белым, а белое черным. Он еще не раз в своих мыслях будет возвращаться к этой ситуации и думать обо всем произошедшем. Не для того, чтобы искать виноватых и судить их. Просто пытаться понять, насколько это вообще возможно.
С другой стороны, эти люди пустили их на ночлег, не бросили на ночь на дороге в метель. Как смогли, позаботились об их безопасности. Да и Кит все же охотник, и убивать нечисть – его работа. «Угум. Вон как ты разубивался. Сидишь и даже разбудить вампа не решаешься, вдруг не выспится, бедняжка», - издевался внутренний голос. Но охотник был сегодня к нему глух. Рефлексия ему ни к чему. Есть дела поважнее. А со своим отношением к Виллему он потом разберется. Как-нибудь.
«Олень здесь только один», - хотел сказать Кит, но в последний момент прикусил язык. Еще поссорятся. Настроение друг другу испортят. Боевой задор и все такое.
- Я нашел в кабинете хозяина его дневник. И узнал маленькие тайны этого почтенного семейства. – Сказал охотник. Он коротко, по сути, и без особых эмоций рассказал Виллему обо всем, что прочитал.
- В общем, теперь я знаю, кто там ходит ночью под окнами. – Торжествующе объявил охотник. – Это… оживший мертвец! И я его убью!
В этот момент Кит выглядел крайне самодовольной ирландской мордой, и разве что не раздувался от гордости: «Вот я какой молодец. Сам до всего дошел-додумался!».

Отредактировано Kit Collum (12-02-2018 22:25:27)

+1

18

- Ну… почему бы и нет? – усмехнулся вампир, стоило ему услышать «едкую» остроты от охотника. Надо же, пытается отрастить зубы и что-то еще сказать в  ответ. Со стороны это выглядело милым, и даже как-то начало забавлять графа. И уже не так бесило, как раньше. Возможно, это связано было с  тем, что Виллем попросту начал привыкать к  этому человеку, и на некоторые выпады просто закрывал глаза. Вот как сейчас. Да и пробудился древний в достаточно хорошем расположении духа. Он все еще не хотел ничьей крови, точнее хотел, но испытывал совсем легкий голод, не требующий сиюминутного насыщения.  – Мне всегда нравилось быть на короткой ноге с влиятельными людьми мира сего. Но жаль, что передо мной не папа Римский, а всего лишь ты. Исповедаться после сна это, что действительно нужно. Особенно мне.
Вампир фыркнул, потянувшись, будто за время сна у него затекли все мышцы и суставы. Но этого, конечно, не случилось, даже учитывая того, что он пролежал в неподвижной  позе не один час. На состояние фон Беккера это никак не сказывалось. Скорей это было делом привычки, въевшиеся в подкорку жесты и действия, так характерные для людей. Ну, конечно, не стоит забывать и  показушного момента во всех его движения.
- Так, значит нашим милые и радушные хозяева дома оказались вовсе не милыми и не радушными, -  Виллем усмехнулся, легко соскочив с кровати, перед этим внимательно выслушав Кита. Так, кусочки головоломки начали постепенно складываться, вырисовывая не самую приятную картину. Эти чопорные люди выгнали бедняжку-служанку на мороз. С одной стороны – это милосердная смерть, человек не испытывает никаких особых мучений, в конечно счете погружаясь в сон и умирает. Но с другой стороны, лишать служанку жизни только за то, что ее обрюхатил младший сынок хозяина слишком низко, даже по меркам вампира. Ведь можно было просто отослать ее прочь. Тем более что по английским законам  детям, рожденным вне брака ничего не достанется. Вот они моральные принцип у этих господ неимоверно радовали. Или аморальные. Теперь понятно, что движет этим вампиром. Точнее, вампиршей. Месть. А место именно то самое блюдо, что в идеале полагается подавать холодным. И граф бы не мешал осуществить задуманное. Не содействовал из чистого отсутствия мотивационного компонента, но и не участвовал. Пусть сама разбирается со всеми этими людьми, находящимися в этом доме. Лучше в чужую месть не влезать, себе дороже будет.
- О, да ты что? – вампир приподнял бровь, втянув в этот момент руки в рукава рубашки, начав ее застегивать на пуговицы. – Тогда ты уже, наверное, и придумал план, как его обезвредить? Каким способом собрался убить живого мертвеца, да?
Кто бы сомневался, что охотник на вампиров не полезет в это дело. Удивительно, что со всеми его моральными принципами, он полез защищать людей черствых и бездушных. Пусть и  впустили переночевать, но это ничего в целом не меняет. Графа откровенно веселило выражение на лице у охотника и  его самодовольство собой.  Кит светился, словно газовая лампа, окрыленный своей  находкой.

+1

19

Кит был полон энтузиазма. И желания убивать. Ему казалось, что он идет правильным путем. Осталось только выследить и… хм… упокоить эту заблудшую душу, которая никак не хотела отправляться туда, куда следует.
«Может, предварительно следует выдать ей младшего сынка этого честного семейства?». Кит усмехнулся про себя, представив, как перекосилось бы лицо хозяйки поместья, которая еще совсем недавно хлопотала на кухне, и даже словом не обмолвилась о ночной гостье, когда охотник упомянул странные звуки, как будто снаружи кто-то царапается. А могла бы! Хотя бы для того, чтобы предупредить. Но тогда пришлось бы рассказывать, почему эта девушка приходит к ним теперь. Признаваться в собственном жестокосердии. Но Коллум был уверен, что хозяева поместья до сих пор не осознали всей тяжести своего поступка. Ведь фамильная честь дороже. Ах, как хотелось ему припереть их к стенке и дать встретиться с погубленной ими девицей лицом к лицу. «Если там сохранилось лицо, конечно», - подумал охотник.
Но его долг охотника на нечисть велел делать свою работу. А судить других людей – не его забота. Пусть живут со своим грехом. Рано или поздно содеянное ими зло вернется к ним. В этом Кит не сомневался. Значит, следует обдумать план и заняться упокоением девы ближайшей ночью. Он намеренно не говорил «убийство». Ведь ее уже убили один раз. Кит лишь хочет помочь ее душе обрести вечный покой.
С ожившими мертвецами ему прежде не приходилось встречаться. Все же его больше интересовали вампиры. Но Кит отчего-то думал, что справиться с ними будет легче, чем с вампами. Почему он не заподозрил в ночной гостье вампира? Во-первых, для вампира девица была туповата. Ходить вокруг дома, не пытаясь в него проникнуть, как-то совсем уже не по-вампирски. В том, что вампы обладают не только кровожадностью, но и умом и сообразительностью, Кит уже понял, общаясь с Виллемом. Во-вторых, если бы она была вампиром, фон Беккер явно почувствовал бы присутствие себе подобной еще прошлой ночью, и сказал бы ему. Или…нет?.. Конечно, от графа можно ожидать всего, чего угодно, но ситуация была слишком серьезной. По крайней мере, в глазах Коллума.
- Есть план. – Кивнул охотник. Он уловил насмешливый тон вампира, и чуть выгнул бровь. Наверное, ему уже пора привыкнуть к тому, что Виллем всегда такой. Пересмешник. Но все же тон фон Беккера сейчас неприятно резанул слух, рождая в охотнике сомнения и неуверенность. Может, он что-то опять сказал не так? Или сделал?
– Я выслежу ее сегодня ночью и снесу ей голову своим мачете, а потом сожгу, останки посыплю солью. – Коротко сообщил он графу, глядя на него исподлобья, ожидая новых едких замечаний. Но (о, чудо!) уже не желая ругаться с ним из-за этого или лезть в драку.

0

20

- Неплохо звучит, - кивнул вампир одобрительно. И с чего он вообще взял, что это оживший мертвец? Опять где-то из своих книг почерпнул. Виллем читал один из таких опусов, найденный им как-то у одного незадачливого охотника на вампиров. И написана была в этой потрепанной книге с засаленными страницами сплошная ересь. Для любого вампира, разумеется. И ведь некоторые дурачки верят, что знания, содержащиеся в них – истинны. Но для бессмертных это, конечно, хорошо. Не хватало еще охотникам научиться убивать своих вечных врагов. Так и род вампирский сократится до нуля. - Мне даже нравится. Можешь получить на это дело мое благословение.
Вообще, Виллем прекрасно понимал, что никак не сможет остановить охотник. Он упрется рогом, будет стоять на своем до конца. Жаль, что погода так и не собирается утихнуть. Тухнуть в этом поместье, где-то в самой сельской глуши, ему уже претило. Сколько может длиться этот снегопад? Он вроде то идет, то прекращается, то внезапно начинается, и видимость не становится лучше. Отвратная погода, и такая же отвратная Шотландия. Занесло же. Сколько раз граф бывал в Эдинбурге в такое время года, то никогда не сталкивался с таким природным катаклизмом. Или попросту, потому что никогда  еще не забирался далеко на север. И тут  приехал и пожалуйста. Много-много снега.
- Надеюсь, что я не найду твою закоченелую и искусанную тушку на следующий день? – граф закончил одеваться. Все эта охота на новообращенного вампира его совсем не впечатлила. А вот Кит совсем другое дело. Влезать в неприятности его конек. И было бы еще из-за кого. Возможно, что эта девица завершила свою месть и успокоилась, прекратила  бы скрестись в то широкое панорамное окно в гостиной.
«Никакой фантазии совершенно», - хмыкнул про себя вампир. Сколько еще тут собрались держать оборону хозяева дома? Один поддастся ее так сказать «чарам» и все. Умрут все. Или не плюнут на всю свою гордость и не переедут куда-нибудь. Отличный вариант. Хотя и не факт, что вампир не последует за ними. Но насколько помнил сам фон Беккер, только-только обращенная нежить будто теряет интеллект, и вместо мозга у них одни сплошные инстинкты и жажда крови. Это потом уже отлично удается ее контролировать.
- Я, пожалуй, пойду, проверю, как там мистер Флинт поживает и наши лошади, - не хватало, чтобы их кормили одним сплошным сеном.
Виллем надеялся, что охотник не позовет его за собой. Мол, подмоги, убить живого мертвеца. Хотя  чем у него живые мертвецы отличались от вампиров, остается только догадываться. Потому как  по сути и то и то одно и тоже. Слова-синонимы. Чего только не услышал граф за свой вампирский век.

+1

21

Кит смотрел на Виллема исподлобья. Вот вроде вампир не говорил ничего оскорбительного, не подкалывал и не высмеивал, не перечил даже, но что-то в нем было необычное. Может, как раз такое поведение. Он просто тихо и спокойно благословил охотника на уничтожение местной нечисти. «Уж не заболел ли он?», - хмыкнул про себя Коллум. Дожил. Надо бы радоваться, что вамп ему не возражает и не препятствует совершать подвиги на благо человечества, а он подозревает и ищет в этом подвох.
По мнению Кита, поводов для паники не было. Если, конечно, это обычный живой мертвец. Их в отличие от вампиров оживляет какая-то другая сила, бессмысленная и беспощадная. Но и уничтожить их проще. По крайней мере, так считают охотники. Сам Коллум прежде с такой нечистью не сталкивался. Отчего вдруг бывшая служанка стала нежитью? Кто же теперь разберет. Может, несчастная любовь на нее так повлияла пагубно? Но одно Коллум знал наверняка – ему следует разобраться с этой дохлой бабой сразу, как она снова пожалует в гости.
Когда Виллем сказал про «закоченелую и искусанную тушку», Кит заметно напрягся. На что этот ядовитый представитель клыкастых намекает? Что ему не под силу убить простейшего, как он считал, представителя нежити? Или он что-то не знает о нежити? «Или дело совсем не в этом?», - озарила охотника вдруг мысль. А что если вамп намекает ему, что они имеют дело с вампиром? Кто знает, с кем повстречалась служанка в местных лесах? «Но разве может древний вампир не учуять другого вампира?», - Кит был не на шутку озадачен. Ведь Виллем сказал бы ему, если что? Или…нет?! Вопросов становилось все больше, и это нервировало. Он хотел спросить об этом у графа прямо, но фон Беккер уже вышел из комнаты. Как-то уж слишком стремительно, словно предчувствовал, что до охотника рано или поздно дойдет смысл его слов, и он начнет задавать вопросы.
«Пф», - фыркнул про себя Коллум. Ну и ладно. Не хочет помочь ему, и не надо. В конце концов, даже если там не оживший мертвец, а какая-то другая нечисть, он все равно убьет ее. Потому что он – охотник, и это его работа. Кит начал собираться, вооружаясь так, будто шел один против легионов Ада. Он решил, что всю ночь будет ходить вокруг дома, выслеживая непрошеную гостью. Вчера она скреблась где-то с противоположной от входа стороны дома, недалеко от окон их с Виллемом спальни. Туда он и пойдет.
Кит спустился в холл, тяжелая входная дверь была заперта на засов. «Не вариант», - подумал охотник. Выйти на улицу и оставить дверь открытой – заведомо обречь хозяев дома на гибель. Можно было, конечно, кого-то из них попросить закрыть за ним дверь, но Коллум не хотел, чтобы они знали о том, что он собирается сделать. Поднимут переполох, только хуже будет. Жаль, что Виллем не пошел с ним, хотя бы дверь закрыть изнутри. Охотник прошел на кухню, здесь уже никого не было, огонь в очаге погас, но сам он оставался еще теплым. Здесь дверь закрывалась на большой крюк. Возможно, он сможет выйти никем незамеченным, потому что крюк устроен так, что после того как дверь закрывается, он сам легко входит в петлю.
Кит открыл дверь, в лицо ему тут же ударила метель. Снежная крупа, валившая с неба, похоже, и не думала прекращаться. Это, конечно, усложнит дело, но трудности охотника никогда не пугали. Кит сделал шаг в сторону и тут же провалился в снег едва ли не выше колена. «Дьявол», - выругался про себя охотник, выбираясь из снежного плена. В этой метели было хорошо только одно – его следы, когда он пойдет вокруг поместья, заметет практически сразу. Правда, и следы нежити (если они у нее вообще есть) тоже. Охотник выругался еще раз, и, держа мачете наготове, двинулся в обход дома, напряженно вглядываясь в темноту.

Отредактировано Kit Collum (24-03-2018 18:09:14)

+1

22

Сама ситуация, само положение, в которое они попали из-за непогоды, уже начало действовать на нервы вампиру. Кому приятно застрять в доме, с такой не самой приятной историей? Не совсем умершая служанка и ее месть хозяевам этого мрачного особняка. Что может быть лучше? Если только приведения, что по ночам бродят по коридорам и звенят проржавелыми цепями в традициях жанра. Мало ли, кто там из предков был вмурован в стену или оставлен где-нибудь в подвале, прикованный цепями к стене, обреченный на голодную смерть. Мало ли какая фантазия была у проживающих здесь аристократов. В общем, ничего хорошего. И если бы не метель, то их бы давно и след простыл. Хотя наверняка охотник все равно бы остался, дабы уничтожить еще одно семя зла. Или как там принято называть в их среде еще одного представителя подлунного мира? Нежить? Вурдалак? Виллем втайне надеялся, что ему в очередной раз не придется вытаскивать Кита из очередной передряги. Ему хватит сил одолеть эту новообращенную вампиршу? Он вообще не хотел в это влезать. Там поможешь убить, здесь убьешь вампира. Так и незаметно перейдешь на сторону добра. Будешь пить кровь исключительно животных, а не людей. И вполне возможно после превратиться в добрый овощ, который и мухи не обидит.
Граф поморщился, представив себе подобные перспективы. Вампиры – это хищники, а не добрые самаритяне, что вечно помогают страждущим. Причем, любым. Или с теми, с кем заключили сделки. Он же не обязан теперь следить за каждым шагом охотника, за каждым его действием. Хотя тот случай на пустыре доказал, что влипать в передряги ирландец умеет. Просто рожден для них.
Виллем направился в конюшню, прислушиваясь к звукам, исходящими не только снаружи дома, но и к тем, что могли идти и изнутри. Но пока что только ветер свистел за пределами поместья. Опять поднялась метель. Он досконально не знал планировку этого дома, но приблизительно знал куда пойти, чтоб выбраться в конюшню. Вход в пристройку был соединен с жилым домом небольшим коридором, в котором не было не единого источника света. Но вампиру и так было все видно. Стоило графу оказаться там, как животные до этого дремавшие, встрепенулись. Конюшня была не большой по размерам, всего на десять стойл. Часть них была занята. Но видимо, дела у местной аристократии шли не слишком хорошо. Вампир на мгновение остановился. Среди всех этих звуков, он ясно услышал, как хлопнула дверь. Значит, охотник все-таки выбрался наружу. Граф закатил глаза. Никак не уймется. И почему ему не сидеть сейчас в своей комнате, а не бродить в таких ужасных условиях, ища на свою голову приключения. И не только голову тоже.
Виллем слышит, как снаружи раздаются звуки. Еле-еле слышные, недоступные для человеческого уха. Даже едва различимые для вампира. Но они есть. И девица вновь приступила к этакому штурму дома. К психологической атаке на ее обитателей. Лошади заметно заволновались, будто чувствуя угрозу. Граф остановился и замер. Она рядом. Напротив. Ведь наверняка чувствует, что поблизости другой вампир, гораздо сильнее, чем она. И пока не решается атаковать. Как впрочем, и сам фон Беккер.

+1

23

Кит старался идти как можно тише. Но снег под ногами все равно предательски похрустывал, создавая дополнительные риски. А если добавить сюда еще и метель… Охотник никак не мог чувствовать себя в безопасности. Беда могла прийти откуда угодно – сзади, впереди, сбоку или даже сверху (что мешает упырице атаковать его, спрыгнув с крыши?). Но чувство опасности скорее бодрило его, чем пугало, заставляло собраться и быть предельно внимательным. Он не собирался просто так сдаваться, даже если погода ему сегодня не союзница, и фон Беккер предпочел самоустраниться. Ну, и ладно, в конце концов, это не его война. Было бы странно, если бы вампир помогал уничтожать нечисть.
Коллум остановился и осмотрелся. Где он сейчас? Похоже, где-то недалеко от конюшни. Судя по всему, окна их спальни тоже рядом. А эта мисс прогуливалась прошлой ночью именно здесь. Возможно, ему стоило бы…
Додумать мысль он не успел. Кто-то напал на него сзади, толкнув с такой силой, что охотник потерял равновесие и упал в снег, а его мачете отлетело в сторону, да так, что из снега виднелась только его рукоять. Игра началась, но счет пока не в его пользу. Плохо, очень плохо, господин охотник. Кит услышал рычание, и интуитивно откатился в сторону, а туда, где он лежал, опустилась…
- О, мисс! Какая встреча! – Выдохнул Кит, рывком вставая на ноги, на ходу решая, как бы ему добраться до своего мачете. – Прекрасный вечер, вы не находите?
Она, а это была упырица, повернула к нему лицо.
- Матерь божья… - Коллум неосознанно попятился.
Из-под спутанных волос на него смотрели злобные угольки глаз, сверкающие точно у голодного хищника. Одежда ее уже кое-где напоминала лохмотья. Но на теле не было и признаков разложения. Вполне себе целая девица, только очень злая…
«…и очень голодная», - подумал охотник. Девица оскалилась, обнажая клыки, но Кит уже и так понял, что перед ним не просто оживший полуразложившийся труп - легенда охотничьих баек, а самый настоящий вампир. «Но…». Мысль ударила в голову, как крепкое вино. Если она вампир, то Виллем, наверняка, должен был почувствовать ее присутствие. Теперь понятно, почему он самоустранился. Но почему он не сказал?! Просто согласился со всем тем бредом, который говорил Кит, считая, что разгадал тайну их ночной гостьи.
В этот момент вампирша совершила прыжок в сторону охотника, и в следующую секунду они, сцепившись, покатились по снегу. Кит почувствовал, как тварь рассекла ему бровь, он крепко держал ее за руки, не позволяя сжать себе горло. А когда она наклонилась, видимо, собираясь вонзить клыки в его шею, ударил девицу лбом в лицо. Она яростно заверещала, ослабив хватку. Киту было достаточно этого мгновения, чтобы сбросить с себя кровожадную тварь. Охотник сорвал с пояса фляжку со святой водой и плеснул ее содержимое в вампиршу. Девица снова заверещала, упав на снег, она принялась кататься, словно была объята пламенем. А Киту во что бы то ни стало нужно было добраться до мачете. Он ринулся туда, откуда из снега виднелась рукоять. И когда был уже в одном шаге от нее, вампирша схватила его за ногу и резко дернула назад. Кит упал, не оставляя однако попыток дотянуться до оружия. Но тварь не сдавалась. Похоже, что ожоги, полученные от святой воды, лишь добавили ей ярости.
Кровь сочилась из рассеченной брови, застилая глаз. У него есть одно мгновение. Всего одно. Иначе он проиграет. Кит собрал все свои силы и дернулся вперед, и вот его рука уже сжала заветную рукоять. Дальше все было просто. Он развернулся, подпуская вампиршу ближе, а после схватил ее одной рукой за волосы, а другой отсек ей голову мачете с одного удара. Яростное рычание оборвалось в один момент. Плохо понимая, что произошло, охотник стоял почти по колено в снегу, сжимая в одной руке мачете, а в другой держал отрезанную голову вампирши за волосы. Точно мифический Персей, убивший Медузу Горгону.
Ощутив на себе чей-то взгляд, Кит поднял взгляд, щурясь. Их окна второго этажа на него, не отрываясь, смотрел хозяин поместья Джефферсон. Он был белее снега.

+1

24

Ход этой истории шел  к своему логическому завершению. Хозяевам особняка стоило бы поблагодарить, что охотник на вампиров оказался таким неуемным и взялся за дело, хотя на его месте фон Беккер и пальцем не пошевелил, чтобы спасти эту высоконравственную семейку от огромной проблемы, в которую они сами себя и втянули. Выкинуть служанку на мороз только потому, что она понесла от их недалекого сына. Подобные случаи были не редкостью. Но фон Беккер не припомнил бы, чтобы от незаконнорожденных детей избавлялись вот таким кардинальным образом. Потому как такое, во-первых, старались не афишировать, а во-вторых, никакими правами на наследство бастарды не обладали, так что по обыкновению их отсылали куда подальше, так чтобы они не мозолили глаза лишний раз. Но  английская чопорность сделала свое дело, и получилось то, что получилось. Никакого сострадания и еще чего-то такого, чем должны обладать порядочные протестанты.
Судя по звукам, исходящим снаружи, Кит встретился со своей добычей лицом к лицу. И вроде как справлялся. Он ведь охотник с опытом, так что ему не составит огромного труда разделаться с новообращенным вампиром. Если только все его слова не были пустой бравадой, сказанной лишь для красного словца. И таких людей он тоже встречал немало.
Вместо того, чтобы выбраться на улицу, в метель, Виллем вернулся назад. В конце концов, это его война. Хватило уже и того, что он как вампир уже и так однажды убил своего сородича, не самого приятного представителя вампирского рода, но все-таки. Вампир, убивший другого вампира – моветон. За такое по голове не погладят, хотя, честно говоря, графу было плевать. Но становится охотником на вампиров в его планы явно не входило. Со второго этажа явно лучший обзор на все то, что происходит внизу. Посмотреть на бой, совсем чуть-чуть. Только, чтобы удостовериться, что с ирландцем там все в порядке.
Дорога до комнаты заняла бы всего несколько секунд, если бы не…Виллем заметил  приоткрытую дверь из которой шел свет. Она всегда была закрытой. Он ощутил присутствие человека в ней. Для вампира присутствие живого существа так легко вычислить. Особенно, на такой маленькой площади. Виллем неслышно открывает дверь, заметив фигуру хозяина дома на фоне окна. Он видимо тоже следил за тем, что происходило внизу.
- Такие как вы самые отвратительные и жалкие злодеи на свете, - вампир усмехнулся, сложив руки на груди, сказав свою мысль вслух, отчего английский аристократ вздрогнул. – На вас жалко смотреть. То, за что вы держитесь, ваша честь – всего лишь крохотное, вот такое, совсем несущественное понятие в наше время. И то, что происходило, вы заслужили. И мне вас совсем не жаль.
- Я не знал, что так получится, - фон Беккер ухмыльнулся. Не хотелось вообще ввязываться с ним  в диалог. Конечно, он не знал. Никто бы не подумал, что бедная служанка вернется из мертвых. Вампир подошел ближе к окну. Ветер стал тише, добавив тем самым видимости. Кит победил. Уже отлично.
- Этот человек спас ваши жалкие шкуры, думаю, что сказать «спасибо» все же следует, - с этим пора заканчивать. А марать руки графу не хотелось. Да и ирландец не одобрил бы. Он заметил, как англичанин коротко кивнул, продолжив молчаливо смотреть в окно. Граф вышел из комнаты и направился к себе. Виллем отчаянно желал, чтобы погода к завтрашнему вечеру наладилась.

+1

25

Кит поднял лицо к небесам и прикрыл глаза. Сверху на него падали колючие снежинки, они приятно холодили кожу. Хотелось стоять так вечно, впитывая в себя спокойное величие Вселенной. Однако, дальнейшим философским размышлениям охотника о бренности бытия определенно мешала отрезанная голова вампирши, которую он все еще держал за спутанные волосы. Коллум вздохнул, его работа еще не закончена, от тела следовало избавиться по всем правилам. Сил у него осталось ровно только на это, потом он упадет на постель и будет спать до обеда. Но сначала, конечно, выскажет фон Беккеру все, что о нем думает.
«Вампирская зараза», - мысленно припечатал Кит графа. Нет, он совсем не хотел, чтобы Виллем помогал ему убить эту нечисть. В конце концов, это его работа, и он никому не позволит делать ее за него. Но, дьявол, неужели фон Беккер не мог предупредить его, что он заблуждается, и это заблуждение весьма опасно. Какая религия мешала ему сделать это? Ведь Коллум, наверняка зная, что они имеют дело с вампиром, готовился бы к охоте иначе, да и оружие взял бы другое. Ему не пришлось бы вступать в рукопашную с этой кровожадной тварью и рисковать своей жизнью. Может, у вампиров принцип такой - стоять друг за друга? Только у Кита сложилось впечатление, что Виллем как раз из тех, кого моральные принципы не останавливают. Взять хотя бы тот факт, то он хотел руками Кита убить другого вампира. Значит, тут что-то другое. «Может, он просто хотел от меня избавиться? Но это вряд ли, ведь наше дело еще не сделано. Нужно пойти и спросить его прямо - какого черта?», - кипел Кит, вбивая в распростертое на снегу тело кол, безошибочно метя прямо в сердце. То, что когда-то было милой кокетливой девицей, а потом кровожадным чудовищем, вспыхнуло, быстро превращаясь в прах. Охотник опустил горящий факел в снег, дело сделано, и огонь больше не нужен.
«А, может, он так хотел развлечься? Или посмотреть меня в деле?», - думал охотник по дороге в дом. Мысль эта не оставляла его ни на минуту. Кит желал знать ответ прямо сейчас. Именно поэтому он не пошел к хозяину поместья, говорить с ним не хотелось. Коллум считал, что Джефферсон виноват в этой истории больше всего. И он по большому счету не заслуживал избавления от ночной гостьи. Но в то же время, Кит - охотник, и убивать нечисть - его работа. А судит Джефферсона пусть Господь Бог, когда придет его час.   
«Спокойствие. Главное - оставаться спокойным и хладнокровным», - внушал себе Кит, направляясь в их с Виллемом комнату. Он просто войдет и спросит. Напрямую, без долгих прелюдий. Сердце колотилось в груди быстро-быстро, и охотник никак не мог успокоиться. Он переживал, что сделает сейчас что-то не то, и вампир поднимет его на смех, как он это умеет. Он хотел услышать ответ Виллема, но и боялся его. Да, боялся. Ему не так страшна была разъяренная вампирша, а вот услышать от графа новую порцию насмешек или, того хуже, чистосердечное признание, например, что он так хотел избавиться от своего спутника, от которого одни только проблемы, оказалось страшно. Просто потому, что он после этого не будет знать, что делать, как себя вести. И, наверное, попытается убить фон Беккера. А что еще с ним делать после такого? Но убивать вампира не хотелось. Вот с чем загвоздка. И причина его страха и смятения. Он совсем запутался. И виной тому — Виллем, граф фон Беккер.
Первое, что он увидел, когда вошел в комнату, это спокойно-насмешливое лицо его компаньона. Виллем был в своем репертуаре. Как будто ничего не произошло, или произошло, но вамп еще не в курсе. И Кита сорвало. Он захлопнул дверь так, что едва не сорвал ее с петель. В несколько шагов оказался рядом с вампиром, крепко хватая его за лацканы, впечатывая в стену.
- Какого черта?! - Прорычал охотник, будто намереваясь вампиром пересчитать все стены в этой комнате. - Какого...
Он не договорил, оборвав фразу на полуслове. Они оказались лицом к лицу. Так близко. Ярость, плескавшаяся во взгляде Коллума, разбивалась о спокойствие фон Беккера. Киту хотелось сделать что-то, чтобы вывести этого клыкастого из себя. И он сделал то, куда несли его бурной лавиной эмоции, особо не задумываясь о последствиях. Прижался губами к губам Виллема в жестком мужском поцелуе, все еще дрожа от злости на этого самовлюбленного самодовольного гада.

+1

26

Вампиру совсем не нравилось, что звук ветра за окном вновь стал громче, хотя казалось, что природа решила, что пора уже и прекратить бесноваться. Ветер с новой порцией силы начал бить в окна, будто пытаясь проникнуть в дом, подобно той, почившей девице, уничтожить жизнь из этого мрачного строения, построенного еще в далекие-предалекие года. Поэты, романтичной направленности назвали бы это явление, как скорбь по погибшей невинности или что-то в таком духе. Но для вампира, собственно, ничего в этом романтического не было. Он надеялся, что ветер уляжется за день, и не придется тратить еще один день. Чем быстрее они отсюда уберутся, тем лучше будет лучше, как для них, так и для хозяев этого поместья. Им будет неловко за свою тайну, гостям будет неловко, что узнали ее. Двойная неловкость. Хоть и в нахождении скелетов в чужих шкафах была своя, особая прелесть. Секреты и тайны всегда манили, чтобы их раскрыли, словно карты в покере. Любопытство – не порок, а всего лишь способ выжить в этом мире. Ведь знать чуточку больше – важно. И как бы банально и тривиально не звучало, знание – сила.
Вампир прислушался, выхватив из какофонии звуков, отчетливое приближение Кита. Шаги, будто он спешил как можно быстрее добраться до чего-либо. Или до кого-либо. Не трудно догадаться, в каком состоянии пребывал охотник. Наверняка еще и бесился с того, что Виллем не сказал ему всей правды о вампире. Избыток самоуверенности никогда к добру не приводил. Мог бы и уточнить, а не бросаться с головой в пекло со своим придуманным планом. Так что, сам виноват в сложившейся ситуации.
Шаги приближались, эхом отдаваясь от стен. Виллем предположил, что охотник заглянет на огонек к владельцу дома, но нет, прямиком направился в их скромную, маленькую и временную обитель. Вид у ирландца был что надо. Весь растрепанный, словно пес только-только подравшийся со сворой себе подобных. С рассеченной бровью, кровь из раны успела подсохнуть, превратившись в корку. В комнате остро запахло кровью, взбудоражив воображение вампира. Он еще помнил вкус крови ирландца. Такой густой, насыщенный, с тонкими нотками железа. Определенно, лучше того, что он пил из всех мужских шей когда-либо.
- Знаешь, мог бы так и не хлопать дверьми, - граф улыбнулся лишь одними уголками губ, сохранив совершенное спокойствие на лице. Черт возьми, как это мило. Охотник был зол. Точнее, просто в не себя от злости. И чего Кит хотел, понять было совсем нетрудно. Справедливости? Очередной порции мести? Или чего он там еще успел себе вбить в голову. На самом деле, ирландец выглядел очень забавно. Стоило бы  мысленно поставить галочку в пункте: «выбесить в очередной раз охотника» и насладиться полученным эффектом. Граф ощущал эту злость своей кожей. И совсем не воспротивился тому, что его так нагло прижали к стене. Сначала это показалось ему забавным, а вот потом…Близость человека заводила. Это частое и горячее дыхание на собственной холодной коже, запах спекшейся крови, бешеный стук сердца в груди. Отличные компоненты, чтобы даже у древнего отказали тормоза.
- Чем ты опять недоволен, милашка? – это то, что успевает сказать вампир. А после чувствует чужие губы на своих губах. От подобного финта в какой-то век вампир теряется, это то, что выбивает его из колеи. Кто бы мог подумать, что Кит осмелится на подобное? Такого типа люди обычно увиваются за женскими юбками, а не…Хотя быть может, поступок этот совершен из желания позлить, но достаточно глупым способом. Вилллем усмехается, сам ответив на поцелуй, между делом по-хозяйски положив руки на талию охотнику. Запах крови щекотал острое обоняние, чужие эмоции подстегивали к чему-то большему. Губы у ирландца теплые и мягкие, и целовать их одно удовольствие, на самом деле. Он пробует их, чуть прикусывая, нагло влезая в чужой рот. Кажется, кто-то должен остановиться. Или нет?

+1

27

Мир перевернулся с ног на голову. Так не должно было быть. Но это происходило. Кит не собирался целовать циничного самовлюбленного вампира. Он хотел как следует приложить его о стену, может быть, даже кулаком стереть эту наглую ухмылку на графской физиономии. А сделал то, что сделал. И вампир еще, как на грех, взял и ответил на этот поцелуй, отчего он длился и длился.
Губы фон Беккера были холодные, но податливые и жадные. Должно быть, глупые девицы с ума сходили от него, душу были готовы продать ради ласк Виллема. А он и рад был взять их душу, вместе с кровью, осушая их до последней капли. «Глупые девицы? А ты-то чем лучше?», - хохотал и издевался внутренний голос, пока охотник лихорадочно соображал, что ему теперь делать и куда провалиться, чтобы избежать насмешек вампира, а, может, даже и неудобных вопросов. Уж вампир-то точно не станет молчать. Но вот ведь… Ответил на поцелуй. Хотя явно чувствовал, с какими эмоциями охотник подошел к нему.
Рука Виллема тем временем оказалась у Кита на поясе. А руки охотника чуть было не взлетели, чтобы обнять графа за шею. «Но он ведь вампир. Ты убиваешь таких, как он», - услужливо напомнил внутренний голос, и Коллум вовремя остановился в своем порыве, рожденном этим головокружительным поцелуем. Да, поцелуй с вампиром был хорош, это Кит вынужден признать. Он даже представить себе не мог, что мужчина может так сладко целовать мужчину. Ведь Киту с отрочества внушали, что естественна лишь любовь мужчины к женщине. Все остальное – от лукавого. А он падал все ниже. Сначала заключил договор с врагом. Теперь вот вкусил запретный плод. И теперь его точно ждет ад.
«Уходи. Срочно уходи. Выбери любую девицу в доме по праву победителя и люби ее всю ночь», - нашептывал проклятый внутренний голос. Но Кит не желал внимать доводам рассудка. Не в эту ночь, после кровавой охоты. Грешно, значит? Да и пусть все катится к чертям. Коллум был зол уже на самого себя. Ведь он сам заварил всю эту кашу. И решительно не знает, как ее расхлебывать. Да что там, он даже не знает, что теперь говорить Виллему. «А, может, после поцелуя сразу дать ему по физиономии? Но это как-то уж совсем…». Давно ли он стал разбираться, что в их с фон Беккером отношениях «совсем», а что – нет? Да и почему он вообще называет их совместное взаимовыгодное путешествие «отношениями»?
Ох. Все слишком сложно. Ясно одно – этот поцелуй изменит их обоих. Даже если никто из них не захочет это признавать. Кит, наконец, отстранился, все еще плохо соображая, что происходит. Не говоря ни слова, он стянул с себя куртку и рубашку. После охоты ему мучительно хотелось помыться. Но хозяева вряд ли организуют приличную ванну. Поэтому придется лечь спать так. Охотник намочил полотенце в тазу с водой для умывания и, глядя в зеркало, принялся осторожно отмывать кровь от рассеченной брови. На вампира он старался не смотреть, пожалуй, даже чересчур подчеркнуто. «Я словно какая-то капризная девица», - фыркнул про себя Коллум. Он был противен себе в эту минуту. Но уже ничего не мог изменить. Поцелуй между ними был, и Виллем теперь вряд ли даст ему об этом забыть в силу природной вредности, и… а вдруг ему тоже понравилось? Не отрываясь от своего занятия, Кит как можно незаметней покосился на вампа. «Черт», - тихо выругался охотник, яростно прикладывая полотенце к ране, и тут же тихо зашипел от боли. Рана была еще слишком свежей.

+1

28

Поцелуй  закончился, не прервался резко на какой-то неопределенной ноте, а именно что завершился, оставив после себя непонятное послевкусие. Будто бы самым логичным в этой ситуации сейчас начать еще один, тем самым еще больше повысив градус напряжения. Но он закончился, и не сказать, чтобы фон Беккер ощутил какой-то укол совести в этот момент. Подумаешь, всего лишь поцелуй. Ничего такого, на самом-то деле. Хоть до этого как-то и не приходилось целовать представителей своего пола, но все когда-то происходит впервые. Даже нечто подобное. А с учетом того, что совесть – уже стало понятием весьма призрачным, как и какие-то другие морально-нравственные человеческие ценности, то произошедшее для вампира вообще не показалось чем-то экстраординарным, о чем можно будет вообще жалеть. Плюсом в этой ситуации еще служило и то, что вампир мог бы вспоминать этот инцидент, чтобы подтрунивать над охотником. Надо же, такой суровый с виду ирландец, а в действительности…
Виллем остался стоять пару минут возле стены, а после уселся за письменный стол, изредка бросая взгляды на охотника. Тот молчал, явно чувствуя себя не в своей тарелке. Иногда не стоит идти на поводу у своих эмоций. До добра явно не приводит. Хотя это не первый раз, когда Кит шел на поводу у них.
«Будет теперь строить недотрогу до конца путешествия», - Виллем задумчиво провел пальцами по своему подбородку. Это, конечно, совсем не то, что он хотел, когда заключал соглашение с охотником. Что их взаимодействие дойдет до такого уровня. Слишком уж оно затянулось. Вместо предполагаемых пары недель, они, черт знает, сколько находятся вместе. А теперь еще и застряли в этом доме, с погибшей новообращенной вампиршей за окном. Ситуация хуже некуда. Хотя бывало и хуже. Хотелось как можно скорее разделаться с этим висевшим над ним, словно мертвый груз, делом, но хотеть – одно, а на деле же.
На деле граф уже пару минут, как сосредоточил взгляд на полуголом охотнике, пытающемся стереть запекшуюся кровь с лица. Сам того не желая. Фигура у ирландца, надо признать, была то, что надо. Такого типажа любят дамы разных возрастов: от глупых девиц на выданье, принимая их за принцев или рыцарей из сказки до уже глубокоуважаемых матрон, коим надоели их степенные мужья с отвисшими животами.  Да и на лицо охотник был совсем не дурен. Мужественные черты, голубые глаза с длинными ресницами – в общем, идеал для эстетов. Было за плечами титул и богатство, вообще отбою от невест не было. Виллем тихо фыркнул. Не в его положении сейчас мысленно рассуждать о красоте и достоинстве Кита. Граф уткнулся вновь в свои бумаги, оставленные им еще с того раза, но мысли так или иначе возвращались к охотнику. Ведь в воздухе все еще витал запах крови, тем самым подталкивая вампира вновь вспоминать про тот поцелуй.
«Да черт с ним», - цифры никак не хотели складываться между собой, как и мозг с настойчивым упорством не хотел их обрабатывать. Кого конкретно имел в виду в этой мысленной фразе «черт с ним» даже фон Беккер не знал. Отбросив писчее перо в сторону, Виллем не придумал ничего лучшего, как улечься на кровать, стащив предварительно сапоги.
- Знаешь, никогда бы не подумал, что ты…ну того, - фон Беккер растянулся ровно посередине кровати, пока человек что-то там еще делал, головой к нему.

+1

29

Кит еще какое-то время возился с раной, промывая ее. Конечно, он спиной ощущал взгляд фон Беккера. Коллум всегда чувствовал, когда за ним кто-то наблюдает, весьма полезная способность, если ты - охотник на нечисть. Она уже не раз спасала ему жизнь. Вот и сейчас от пристального взгляда вампа по коже бежали мурашки. Может, Виллема так раздразнил аромат крови, чуть сочившейся из рассеченной брови, пока Кит обрабатывал рану. А, может, вампир был поражен необдуманным поступком охотника, и готовился дразнить его, как только он обернется. Именно поэтому охотник был непоколебим, как скала. Хотя инстинкт самосохранения и требовал обернуться. Но глупая гордость на этот раз оказалась сильнее.
Кит не знал, что сказать вампиру, если тот начнет его провоцировать. Ругаться ему совершенно не хотелось, обращать все в шутку он умел весьма посредственно, а игнорировать колкости вряд ли получится. Правда, Коллуму, в случае чего, тоже было что сказать Виллему. Пусть он и поступил весьма необдуманно и дерзко, но вамп-то ответил на поцелуй. Ответил же? Киту не могло это показаться. Он будто еще чувствовал прохладные жесткие губы графа на своих губах, его жадный язык, и руку, властно удерживающую его за пояс. Поцелуй был что надо, ни одна девица не целовала его так, как этот вампир. Черт бы все побрал! От этой мысли Киту захотелось побиться головой о спинку кровати, но он решил, что не предоставит фон Беккеру возможность посмотреть очередной спектакль. Достаточно и того, что уже произошло.
Коллум очень надеялся, что успеет лечь и уснуть до того, как фон Беккер нарушит затянувшееся молчание. Но надеждам его не суждено было осуществиться. Охотник закончил с обработкой раны, но все медлил идти в кровать. И в этот момент Виллем заговорил. И лучше бы, право, молчал. Оглушенный одной-единственной фразой, Кит обернулся и обнаружил вампира лежащим прямо посереди кровати. Весьма вызывающе.
- Что… того? – Охотник старался выглядеть равнодушным, но актер из него был плохой, и голос предательски дрогнул. А сам Кит тут же нахохлился и выглядел как обиженный ребенок, готовый в любой момент броситься в драку. – Как будто ты не…того. – Хмыкнул Коллум. В конце концов, когда-то он же должен научиться отвечать вампу достойно и держать удар. Охотник подошел к постели, глядя на Виллема исподлобья, но, кажется, его более чем говорящий взгляд был просто проигнорирован.
- Еще скажи, что тебе понравилось, и ты хочешь повторить. – Буркнул Кит, усаживаясь на край кровати, понимая, что при таком раскладе места, чтобы лечь, ему просто не хватит.
– И подвинь свой графский зад, а то точно повторим. – Сказал Кит с самым суровым выражением лица и попытался сдвинуть вампира на его половину, но не рассчитал силы, потерял равновесие и едва не завалился прямо на него, в последний момент успев подставить локоть и так удержаться.
«Ну, просто замечательно все. Я должен думать о том, как убить древнего вампира, а я почти лежу на нем и думаю, что будет, если снова его поцелую», - подумал Коллум, тихо ненавидя фон Беккера с его неизменной самодовольной улыбкой. А в первую очередь он ненавидел самого себя, окончательно запутавшегося в этой жизни и сбившегося с правильного пути, которым он до сих пор шел, безжалостно убивая нежить.

+1

30

- Ну… - вампир потянул слово, тягуче протягивая каждую гласную букву, между делом решая, что сказать в ответ охотнику? То, что изначально задумывал или перевести весь это разговор в шутку? Кит откровенно не умел скрывать свои истинные чувства, оттого и голос его звучал забавно, с такими нотками обиды, будто Виллем сказал что-то такое, что действительно задело его за живое. Жаль, что он успел увидеть всю гамму эмоций на лице у ирландца, наверняка, на его лице запечалилось то, что едва не выдал в своем голосе. Сам первый начал. Никто же его не тянул целоваться, верно? Инициатива шла именно от него, так в чем дело? Жалел ли сейчас он об этом своем поступке? Скорей всего да, а вот сам фон Беккер ничуть -  поцелуй получился, что надо, и от этого никуда не деться, нужно себе признаться в этом. Но только что дальше?
Вампир замолчал, так и не закончив свою мысль, будто оборвав ее на самом важном месте. Просто вампир так и не решил, что лучше сказать: пошутить, что Кит совсем не умеет целоваться или сказать то, что изначально и хотел по поводу его желаний целовать мужчин. Так и не смог определиться в своем выборе. Хотелось бы посмотреть реакцию охотника, как на первое, так и на второе высказывание. Поймать минутное удовольствие от того, как снова соберутся к переносице его светлые брови, и взгляд будет полон святого негодования, будто его обвинили несколько секунд назад во всех смертных грехах; будто именно он причастен к смерти младенцев в Египте.
Он и продолжал молчать, даже когда охотник уселся на кровать, и та тихо скрипнула под весом двух тел. Лишь перевел взгляд, прекрасно видя лицо Кита в полумраке комнаты. Двигаться он не собирался, дразнил, пытался вывести охотника совсем из себя. И что он сделает? Такой весь серьезный, а сердце колотится в груди, будто намекая, что не все так просто в этой ситуации. Надо бы что-то сделать или как-то ответить, но вампиру банально лень. Даже двигаться на свою, кровную половину кровати. Выражение на лица вампира так и говорило: «ну и что ты мне сделаешь, а?».
- Да ладно? – вопрос так и повис в воздухе, зато граф явственно ощутил на себе практически весь вес ирландца. Еще и неуклюжий. Виллем просто не мог смотреть на охотника, а тем более, взять и спихнуть его с себя. Эти длинные, по девчачьи густые ресницы, трепетали, словно крылья бабочки. От раны, чуть затянувшейся, все еще шел тонкий запах крови, густой, напомнив, какой вкусной она может быть у охотника. Виллем сам не понял, как протянул руку, дотронувшись подушечками пальцев до бороды, короткими и колючими волосками покрывшей линию нижней челюсти. Поднявшись чуть выше к скулам, вампир отметил про себя наличие на коже созвездие едва заметных веснушек.
- А что, если понравилось, - граф хмыкнул, нарушив молчание, пытливо посмотрев в глаза охотнику. Зрачок у него сейчас расширен, затопил небесно-серую радужку. Впору петь оды цвету его глаз. Но Виллем снова улыбнулся, переместив руку на затылок охотнику, запутавшись пальцами в русых волосах. Тишина между ними повисла густая, обволакивающая обоих, словно сахарный сироп. Он легко нажимает на затылок, подталкивая Кита к себе, ибо тянуть уже было просто бессмысленно. Целует, пробует охотника вновь на вкус, будто ничего важнее на свете нет сейчас. За окном вновь завывает ветер, может, это и к лучшему?

+1


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Dracula: сцена » Если и пойду долиной смертной тени, не убоюсь я зла.