3 декабря. Друзья, мы поздравляем всех вас с Днем мюзикла - жанра, без которого не было бы нашего форума!) Пусть просмотр любимых постановок продолжает вдохновлять вас на огненные отыгрыши!
В честь этого события и официального начала зимы открыто голосование Звезда сезона по итогам осени. Пожалуйста, участвуйте! Больше голосов богу голосов)
Обновлены посты недели.

24 ноября. Поздравляем с днем рождения Элоизу Боргезе!

17 ноября. Обновлены игроки месяца.

5 ноября. Просим обратить внимание на объявление администрации. Небольшое нововведение, актуальные ивенты, подведение итогов викторины, награды, а также немного истории нашего форума.

30 октября. Поздравляем с днем рождения Генри Кавендиша!

Helmut Verlage ...сейчас, равнодушно созерцая какую-то непонятную оперу, Гельмут мог лишь посмеиваться над историей, в которой он уехал от силы на месяц, а остался на годы. Что же, случись ему — в каком приступе бреда, интересно? — поступить столь непоследовательно, Адалинда могла быть уверена: ее супруг сделает все, чтобы эти годы стали для нее невыносимыми. Ведь разве не этого будет добиваться она сама? И как много времени пройдет, прежде чем они наконец поубивают друг друга? [ читать полностью ]

Mercutio — Объясни ему, душа моя, — предложил он, — как трудно тебе будет прожить еще хотя бы день в этом квартале, где все станут тыкать пальцами тебе вслед, и если кузен твой, я уверен, будет поначалу к тебе милосерден, то месяц спустя, когда во рту у него уже станет горчить от намеков, а в глазах — колоть от насмешливых взглядов… что он будет делать тогда? Ограничится поначалу словами или сразу перейдет к тумакам? [ читать полностью ]

Kit Collum Он не ожидал, что его новая знакомая окажется столь… хм… впечатлительной и эмоциональной. Станет обнимать его за шею и ТАК смотреть… Сложно описать, что было в этом взгляде с поволокой. Испуг и растерянность ушли. Даже быстрее, чем он ожидал. Осталось манящее обещание, страстность, и что-то еще, чему охотник не мог подобрать нужного слова. Но именно это вызывало у него какое-то внутреннее беспокойство. [ читать полностью ]

Le Fantome Шаг, еще один, другой… Как же тяжело они давались ему сейчас. Эрик остановился, привалившись к каменной стене дома. Как будто все силы у него ушли на то, чтобы лишить жизни своего мучителя и сбежать оттуда. Пусть и недалеко уйти, но он, по крайней мере, больше не пленник. Не игрушка для развлечения толпы. И он будет защищаться до последнего. [ читать полностью ]

Koukol — Нээ нуу ааа фоо, — промычал, пытаясь донести до виконта мысль о том, что он вполне прилично одет, и не видит причины почему вот так вот нельзя явиться на бал. Он же туда не танцевать и развлекаться позван, а так, принести, унести, подать, убрать. Какая разница во что одет-то? Одет, и ладно. Не в лохмотья, и хорошо. Уж его-то даже нарядом в красавца не превратишь, так что стоит ли пытаться. [ читать полностью ]
Antonio Salieri
Graf von Krolock
Главный администратор
Мастер игры Mozart: l'opera rock
Dura lex, sed lex


Franz Rosenberg
Herbert von Krolock
Дипломатичный администратор
Мастер игры Tanz der Vampire
Мастер событий

Juliette Capulet
Мастер игры Romeo et Juliette

Willem von Becker
Matthias Frey
Мастер игры Dracula,
l'amour plus fort que la mort
Модератор игры Mozart: l'opera rock


Le Fantome
Мастер игры Le Fantome de l'opera
Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта! Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale. ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: альтернативное прочтение » Память прежних дней


Память прежних дней

Сообщений 1 страница 4 из 4

1

http://sg.uploads.ru/xV9Eh.jpg

● Название эпизода: Память прежних дней
● Место и время действия: 25 октября 1919 года, старинное кладбище на севере Парижа
● Участники: Le Fantome & Raoul de Chagny (Game Master)
● Синопсис: Двое мужчин, любивших одну прекрасную женщину, приходят к месту ее последнего упокоения. Каждый – в плену своих воспоминаний, которые воскрешает память прежних дней.

0

2

И все равно в душе твоей
Живая память прежних дней
Все возвращает, как назло,
И вновь волнует и тревожит…

Черные тучи нависли над Парижем, холодный ветер гнал их безжалостно. Но на их место приходили другие. Словно стая больших диких птиц они застилали небосвод, отчего казалось, что он вот-вот рухнет на город. Но высокий худой мужчина в длинном черном пальто будто не замечал того, что происходило вокруг. Он медленно шел по старому парижскому кладбищу мимо каменных ангелов, провожающих его невидящими взглядами. Не смотря на то, что голову его уже обильно посеребрила седина, а на лицо легла тонкая сеть морщин, походка Эрика Лакруа была по-прежнему легкой, а спина – прямой. В руке, затянутой в черную перчатку, он сжимал розу, алую, точно кровь, с шипами острыми, как воспоминания, одолевающие его с того самого момента, как Призрак вновь пришел на это старое кладбище.
Он прошел по главной аллее, не опасаясь быть узнанным случайными посетителями этого грустного места. В такую погоду здесь все равно никого не было. Вот и он, небольшой склеп, который охраняют два каменных ангела. Здесь уже много лет спит вечным сном Густав Даэ, человек, который знал толк в Музыке, и любил ее беззаветно и преданно всем сердцем. Больше Музыки он любил разве что свою маленькую дочь Кристин. Жаль, что он так и не услышал, каких высот добилась юная Даэ во владении голосом. Эрик коснулся ангельского изваяния, повторяя пальцами плавность скульптурных линий. Провел рукой по темным провалам глаз, будто бросая вызов Небу. Вот он! Он здесь! Среди этого сонма ангелов - карающих, охраняющих, скорбящих. Но Небо было глухо к нему. Как обычно. Как всегда. И Эрик двинулся дальше по аллее, безошибочно определяя нужный поворот.
Время было милосердно к нему, и силы еще жили в его худом жилистом теле, хотя и изрядно высохшем. Он уже давно не считал своих лет. Зачем? Ведь той одной, кого он любил, больше нет на этом свете. Уже два года прошло с тех пор, как виконтесса де Шаньи обрела последний приют в этом тихом месте. Его Кристин… Он потерял ее гораздо раньше. Когда она соединила свою жизнь с Раулем, разбив Призраку сердце. С тех пор он жил лишь бесплотными надеждами, которые рушились одна за другой о счастье семьи де Шаньи. Да что сейчас ворошить это. Прошлое на то и прошлое, что оно прошло и не вернется. Он пришел сюда за тем, чтобы вспоминать то лучшее, что делало его счастливым, заставляло чувствовать себя живым.
Вот и она. Призрак остановился у могильной плиты, на которой было высечено, что здесь лежит Кристин, виконтесса де Шаньи, любимая жена и мать. С портрета на него глянули ясные глаза его ученицы. Став женой Рауля, она выбрала другую жизнь. Не ту, которую хотел для него Эрик. Но она смогла прожить ее счастливо. Лакруа смотрел, не отрываясь на портрет викотнессы. Для него она так и осталась хрупкой, нежной и прекрасной, точно ангел, Кристин Даэ.
Мужчина вздохнул. Вспоминания отдавали сладкой горечью, с годами они становились ядом, разъедающим сердце. А он не хотел забывать ничего из того, что ему пришлось пережить. Именно поэтому он приходил сюда, чтобы окунуться в печальное безмолвие, подолгу смотреть на потрет той, которую любил. А потом он закрывал глаза, и в ушах ее звучал ее голос - чистый, сильный. Словно вновь она стояла на подмостках «Опера Популер», и сотни восхищенных глаз смотрели на нее.
Эрик стоял неподвижно, глаза его были прикрыты, губы беззвучно шептали: «…где бы ты ни был, думай обо мне. И в час ночной сможешь увидеть ты меня во сне. Верю я, что недалек тот день, когда увидимся с тобой. Но прошу тебя, ты помни обо мне, друг мой…». Ветер метался между каменных ангелов и тоскливо завывал, вторя этим давно забытым словам арии, которую исполняла когда-то юная Кристин Даэ.

0

3

[AVA]http://s3.uploads.ru/ZTx0r.png[/AVA]
-Остановитесь.
Голос Рауля де Шаньи был, пожалуй, единственным, что почти не тронуло время. Разве что стал чуть ниже, но в нем не слышалось ни хрипоты, ни старческого дребезжания, свойственного мужчинам его лет. В нем даже сохранились нотки решительности, граничившей с непреклонностью, свойственной людям его круга. Виконт де Шаньи всегда помнил, кто он, и даже сейчас, когда болезнь сделала немощным его тело, безжалостно пригвоздив к инвалидному креслу, разум Рауля оставался ясным, как будто не было всех этих лет. Счастливых лет, когда рядом с ним была Она. И не очень, когда его любимая супруга ушла в Вечность, а он от горя и тоски по ней начал рассыпаться на части. Непросто это ощущать себя беспомощным стариком каждую минуту своей жизни. Но Рауль верил, что это просто испытание, необходимое, чтобы воссоединиться с Ней. Так было проще переносить ежедневную боль во всем теле, и мысли, что без своей сиделки он теперь ничто. Бездвижная статуя, подобно этим мраморным изваяниям в виде ангелов, которые охраняют вход на старое парижское кладбище, где покоится его дорогая жена. Его Кристин. Два года без нее казались ему вечностью мучительной и холодной.
- Мсье? - Начавшая замерзать сиделка, наконец, решилась напомнить о себе. Она знала, что Рауль может находиться перед входом на кладбище бесконечно, предаваясь только одному ему ведомым воспоминаниям.
- Да? Идем. - Кивнул ее подопечный. Он и сам начал уже мерзнуть на ветру. Не хватает еще простудиться, и добавить хлопот сиделке. Да и беспомощность эта виконту совсем не нравилась. Не стоит умножать ее. 
Они шли вдоль кладбищенских аллей, укрытых ковром из желто-коричневых осенних листьев. Скоро на них появится проседь первого снега. Время странная штука. Когда-то молодому и пылкому викоту казалось, что время несется со скоростью света. Быстрее, еще быстрее. Он даже сам подгонял его, торопил события с истинно юношеским нетерпением. Все лучшие моменты его жизни мелькали в памяти чередой ярких картинок. Как же быстро все прошло! И как мучительно тянутся эти последние два года, которые он коротает в одиночестве. Время будто застыло, после того, как Она ушла от него, оставив только воспоминания.
Сиделка медленно двигалась по аллее, толкая перед собой кресло на колесиках, с сидевшим в нем виконтом. А Рауль вновь и вновь перебирал в памяти воспоминания – единственное, что у него осталось. Его первое морское путешествие. Их свадьба с Кристин. Рождение их сына. Какими же счастливыми они тогда были! От этих воспоминаний сердце виконта до сих пор начинало биться чаще, а на глаза наворачивались слезы. Согретый прекрасными видениями, он почти не замечал пронизывающего холодного ветра.
- Мы на месте, мсье - Коротко сообщила сиделка. Раулю всегда нравилась ее немногословность, но сейчас он был ей особенно благодарен за это. Всякий раз, как они приходили сюда, виконт ощущал щемящую тоску по ушедшим временам,  по единственной женщине, которую любил.
Однако ее любил не он один. Виконт поначалу решил, что ему просто привиделось. Он напряг зрение и нахмурился. Нет, это было не видение. На надгробной плите, точно призрак из прошлого, лежала алая роза, перевязанная черной бархатной ленточкой. Рауль ощутил, как напряглось его тело, будто предчувствуя удар. Дьявол, державший в страхе «Опера Популер», с чего-то решивший, что Кристин - его собственность, был воспоминанием, которое де Шаньи хотел бы навсегда забыть. Но события, произошедшие в парижском театре во времена их с Кристин молодости, долгое время не напоминавшие о себе, так или иначе всплывали с отчетливостью ночного кошмара в последние два года, с тех пор, как он стал приходить сюда, на место последнего упокоения своей жены. И всякий раз у Рауля возникало ощущение, что он не единственный хранит память о ней. Похоже тот, кто когда-то называл себя Призраком Оперы, тоже бывал здесь. И не раз.
Виконт присмотрелся. Роза была совсем свежей. Нежных лепестков еще не тронули первые осенние заморозки, черный бархат ленточки не замочило дождем.
- Мари, пожалуйста, прогуляйтесь. - Виконт сам не понимал толком, зачем отсылает сиделку. Но хотя бы побудет один на один со своей женой, и их общими воспоминаниями о тихом семейном счастье в поместье де Шаньи, которое, увы, уже никогда больше не станет реальностью.

0

4

Эрик услышал звук приближающихся шагов сразу же, как только сиделка с виконтом появились в начале аллеи. Несмотря на годы, слух у него был великолепный. Тихий шелест сухих листьев, тронутых первыми осенними заморозками, сминавшихся под колесами кресла, на котором сидел виконт, заботливо укрытый шерстяным пледом, яснее слов говорил о том, кто пожаловал почтить память виконтессы. Лакруа даже не нужно было оборачиваться, чтобы понять это. Но он все же обернулся. Не столько для того, чтобы убедиться в правильности своей догадки, сколько за тем, чтобы насладиться немощностью своего врага. О, да, даже спустя столько лет он считал виконта де Шаньи своим злейшим врагом. Прощать то, что Рауль когда-то отнял у него Кристин, Призрак не собирался. Хотя острого желания мстить у него уже не было. Ему достаточно одного вида - какой развалиной стал когда-то статный и красивый виконт. Время отомстило ему за все.
Тонкие губы Эрика искривились в улыбке, в которой сквозила издевка с примесью жалости. Без своей сиделки Рауль теперь никто, он даже передвигаться сам толком не может. Призрак невольно вспомнил, как страдал, когда видел кружившихся в танце виконта и Кристин, во время балов в «Опера Популер». Тогда уже было понятно, кого из них двоих предпочтет мадемуазель Даэ. Но Эрик все равно надеялся! Это была надежда утопающего перед последним вздохом на поверхности воды. Конечно, она выбрала де Шаньи, не смотря на то, что Лакруа готов был положить к ее ногам мир Музыки. Да, он мог дать ей многое. Они могли бы уехать, он писал бы Музыку для нее, а она блистала, точно бриллиант в короне мировой оперы. Но Кристин выбрала семейное счастье с молодым виконтом. И все равно Эрик продолжал любить ее, не смотря на боль, которую она причинила ему своим выбором. Он любил ее до сих пор, даже когда уже ничего нельзя было вернуть.
Он прожил свою жизнь в одиночестве. И он выбрал свою судьбу сам. Рядом с ним по-прежнему была Музыка. Лакруа знал, что она будет с ним всегда, до последнего его вздоха. В ней он черпал силы и утешение, в ней искал радость и надежду. Он пытался забыть Кристин. Пытался. Но не смог. Конечно, он знал, как жила она после замужества, уже став виконтессой. Как стала матерью. Как продолжала петь, помня его уроки, полученные в «Опера Популер». И голос ее оставался таким же сильным и чистым. Ах, если бы только услышать его снова! Но это невозможно. Время отняло Кристин у них обоих. У него, и у Рауля. Причем, последнего потеря любимой жены подкосила окончательно. Это Призрак тоже знал.
И надо же было им встретиться, спустя столько лет. Снова, как и прежде, заклятые соперники. Хоть и силы теперь не равны. И Лакруа с легкостью может сделать то, о чем мечтал так давно. Убить де Шаньи. Здесь, на кладбище, это будет просто. Только принесет ли радость ему убийство этого немощного старика? Вряд ли. Гораздо большее мстительное удовольствие Призрак испытывал, глядя, во что превратился Рауль. 
Мгновение ушло у него на то, чтобы решить, что делать дальше. После чего он положил розу на надгробие и шагнул в сторону, скрываясь в тени каменного ангела с задумчивым печальным лицом, прижимающим руки к сердцу. С чего бы ему быть таким печальным? Ведь каменное сердце не болит. Эрик устроился так, что ему было прекрасно видно все происходящее у надгробия виконтессы. Ему хотелось посмотреть, как отреагирует Рауль, когда увидит алую розу, перевязанную черной бархатной ленточкой. Уж он-то наверняка помнит, что именно таким был символ Призрака. Кристин не раз получала такие розы после выступлений. Точно такую же розу она получила в день своей свадьбы с виконтом. Это было послание без слов, вместо прощального письма, символ того, что ее Учитель помнит о ней, отпускает ее и прощает.
Простил ли он ее на самом деле? Но разве может быть иначе, если любишь? Если бы не простил, не ходил бы к ней даже сейчас, когда все, что осталось от виконтессы, это надгробие и память. Память - это то, что у него никто не сможет отнять. Даже Рауль де Шаньи.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Fantome: альтернативное прочтение » Память прежних дней