Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Mozart: анонс » Семейные разговоры


Семейные разговоры

Сообщений 1 страница 12 из 12

1

http://s2.uploads.ru/0fzto.png
Лучший эпизод сезона: весна 2018

http://s5.uploads.ru/6WXuN.jpg

● Название эпизода: Семейные разговоры
● Место и время действия: 5 октября 1783 года, Вена, дом доктора Фрая
● Участники: Loreen & Matthias Frey
● Синопсис: Лорин с нетерпением ждет возвращения мужа, чтобы поговорить с ним об одном важном деле. Маттиас после тяжелого дня ждет сытный ужин и жену в свои объятия.

Отредактировано Loreen (17-03-2018 23:44:27)

+1

2

На улице сегодня весь день моросил мелкий противный дождь. Лорин, одетая в простое домашнее платье, задернула шторы на окне в гостиной, она не любила такую осеннюю сырость. Такая погода напоминала девушке о временах, когда приходилось добывать себе пропитание, танцуя на городской площади и в трактире. Или обворовывать богачей, чтобы купить себе, например, новые туфли взамен развалившихся, потому что осенью и зимой босиком по Вене особо не побегаешь.
Лорин вздохнула. С тех пор, как она стала женой доктора Фрая, прошло уже несколько месяцев, а воспоминания неслышными тенями крались за ней по пятам и приходили во сне. Среди них было то, что Лорин не хотела бы забывать о своем прошлом. Например, счастливые лица людей, когда она дарила им свои танцы. Но чаще всего снился голод, холод, страх, ощущение ненужности и безысходности  – все то, что она испытывала, когда еще девочкой приехала в Вену. Лорин была благодарна Маттиасу за то, что он всегда находился рядом, когда она просыпалась, дрожа и в холодном поту. Ее муж отгонял самые страшные кошмары.
При мысли о супруге на душе стало теплее. Она так соскучилась по нему за целый день! Скорее бы он пришел. Скорее бы обнять его, прижаться к нему и почувствовать то головокружительное ощущение счастья, которое не покидало Лорин, когда муж был рядом - смотрел на нее, говорил с ней, обнимал, или просто играл с Максом, слушая рассказ жены о прошедшем дне. Иногда танцовщице до сих пор не верилось, что это все произошло с ней. Женившись на девушке без рода и племени, Маттиас бросил вызов обществу, но, чтобы не говорили вокруг, он был тверд в своем решении снова стать счастливым. И Лорин старалась делать все, что зависело от нее. Ей было непросто привыкать к новому для нее миру, но она старалась. Ради Маттиаса, ради маленького Макса. Жаль, что родственники ее мужа не спешили принимать новую жену доктора.
Лорин направилась на кухню, там слуги готовили ужин, а она любила принимать в этом непосредственное участие. Супруге доктора доставляло большую радость побаловать Маттиаса чем-то вкусным, приготовленным собственноручно, с мыслями о нем. Сегодня это был яблочный пирог, который подадут на десерт. Он почти готов, осталось присыпать его сахарной пудрой. Чем Лорин и занялась, следя заодно и за тем, чтобы жаркое не пригорело. До того, как вернется муж, она собиралась зайти в комнату к Максу. Мальчику не хватало материнской заботы, и Лорин старалась окружить его вниманием, чтобы хоть как-то компенсировать это. С сыном Маттиаса у нее довольно быстро сложились дружеские отношения. А вот с сестрой…
Когда-то доктор сам рассказал ей о том, что у него есть младшая сестренка. И Лорин представляла себе Анну милой, спокойной, благовоспитанной барышней. Она и подумать не могла, какой строптивой дикой кошкой окажется ее новая родственница. После того, как Анна своей жестокой шуткой едва не разрушила их с Маттиасом любовь, отношения у девушек оставались натянутыми, время от времени переходящими в открытую конфронтацию. Что бы ни делала и не говорила жена ее брата, Анна не желала слушать ее и признавать. А недавно Лорин заметила, как девушка улизнула из дома вечером. И это ее по-настоящему обеспокоило. Для юной барышни подобные вылазки могут быть опасными. О том, что может пострадать доброе имя доктора Фрая, уже и говорить не приходится.
Что было делать? Попытка поговорить с самой Анной, скорее всего, никакого результата не принесет, и разговор закончится очередной ссорой. Остается рассказать обо всем Маттиасу. Возможно, он сможет как-то образумить свою сестру и запретит ей выходить в такое время из дома одной. Пару дней Лорин потребовалось, чтобы набраться смелости заговорить с мужем об этом. Но сейчас она, кажется, была готова.
Осталось дождаться его возвращения домой.

+1

3

На улице паршивая погода. По-настоящему осенняя. И не поспоришь же ведь с погодой. Пятое октября, как-никак. Самое время, чтобы небу пролиться мелким, холодным дождем. Самое время, чтобы деревьям начать облетать листвой. Везде грязь и лужи. Включая и главные улицы Вены, не говоря уже и о тех мелких улочках, где с трудом можно пробраться, не испачкав свою одежду. Еще немного, всего лишь месяц с небольшим, чтобы дать зиме полноценно ворваться в городе. Но это еще совсем не скоро. Но Маттиас меньше всего думает о том, что на улице зябко. О том, что мелкие капельки дождя успели попасть за воротник его камзола, создав не самые приятные ощущения. Еще меньше о том, что устал за весь этот долгий и, кажется, бесконечный день. У доктора сегодня много больных, в основном простуда. Холодный и промозглый ветер хорошо способствует переохлаждению, вызывая кашель, насморк и лихорадку. Особенно запомнилась миловидная дама в почтеннейшем возрасте, что театрально  вздыхала и закрывала глаза, прикладывала руку ко лбу. В общем, делала все то, что делали обычно недалекие представительницы  светского общества, дабы показать как худо им приходилось в данный момент времени. Ко всему этому доктор Фрай давно привык, и уже не обращал на это особого внимания. Лишь понимающе кивал, делал сочувствующий вид  и прописывал нужное лекарство. Не такое сильное, как следовало, если бы человек действительно болел. Так, легкая микстура, укрепляющая  организм и одновременно успокаивающая нервную систему. Правда, с этими дамами столько возни. Сколько охов и вздохов нужно услышать, прежде чем добраться до самого главного. Причины обращения к доктору.
Он порядком устал. Как морально, так и физически. Но одна мысль грела его сейчас. Он практически дома. Еще пару шагов и он окажется в теплом и уютном доме, не без помощи Лорин действительно ставшим уютным. И это несмотря на то, что его младшая взбалмошная сестрица пыталась хоть как-то разнообразить его простой холостяцкий быт. Какими-то рюшами да цветастыми шторами из дорогого атласа. Отчего Маттиас не пришел в восторг. К чему это все? Главное ведь не дорогие побрякушки вроде ваз и статуэток, а поддержка и любовь близких родственников. Это создает в доме больше уюта и тепла, чем пуфики и зеркала в  позолоченной раме. И ему действительно радостно возвращаться домой. Особенно, когда сильно устал и хочется действительно отдыха.
- Я дома! – кричит он с порога, один из слуг возникает, будто из ниоткуда, забирает у него верхнюю одежду и головной убор. Маттиас снимает сапоги. А после проходит внутрь. Пахнет вкусно. Кажется, жаркое? И что-то еще. Весьма аппетитное и сдобное.  Возможно какой-то пирог. С учетом-то запаха яблок. – Лорин?
Доктор находит свою жену на кухне, обнимает со спины, целуя несколько целомудренно в щеку.
- Смотрю, ты снова готовишь что-то вкусное, - Фрай довольно улыбается. Он в действительности успел соскучиться за весь день. Удивительная жизнь. Никто бы не подумал, что богатый и состоятельный мужчина женится на бедной девушке, танцующей на площади, пусть даже и во в второй раз. Но Маттиас женился. И ни разу не пожалел об этом.

+1

4

У нее есть дом, любимый муж, чудесный сын (не поворачивался язык у Лорин называть Макса холодным словом пасынок). Но совершенно все хорошо быть не может. Как говорила одна нищенка, просившая милостыню на площади, где когда-то танцевала Лорин, жизнь – борьба, а испытывать совершенное счастье – грешно. Вот она и не грешит, угум. Потому что сложные отношения с сестрой брата не давали ей покоя. А теперь еще и эти побеги Анны из дома обещали новые проблемы. Так думала Лорин, пока посыпала сахарной пудрой яблочный пирог, благоухающий на весь дом. Раньше, живя в венских трущобах, танцовщица так и представляла себе уютное семейное гнездышко, в котором будет витать запах свежей выпечки и слышаться счастливый детский смех. И не только детский. Лорин всем сердцем хотела, чтобы ее муж был счастлив. И его упрямая сестрица – тоже. Потому что как бы они не относились друг к другу, теперь они вроде как одна семья. Даже если некоторые упорно не желают этого признавать.
Лорин все время думала, стоит ли говорить Маттиасу о побегах его сестрицы, или нужно решить эту проблему самой, а мужа, который и так много работает, лучше не волновать. Но снова и снова анализируя ситуацию, понимала, что без помощи доктора Фрая тут, кажется, не обойтись. Своего старшего брата Анна еще, может быть, и послушает. А вот Лорин – вряд ли. И дело, скорее всего, закончится ссорой. Может быть, ей даже в очередной раз напомнят, что она Маттиасу не пара, и, женившись на ней, он пошел на скандальный мезальянс. От этой мысли ее едва не передернуло. Как же все это сложно и неприятно. Больше всего на свете она хотела бы, чтобы эта весьма щекотливая проблема разрешилась наилучшим образом для всех. Но оставить ситуацию просто на самотек, когда она уже видела, как сбегает Анна, нельзя. Если с девчонкой что-то случится, Лорин себе этого не простит.
Но так непросто было решиться на этот разговор с мужем. С чего начать? «Для начала просто вкусно покорми своего уставшего и продрогшего в этой осенней хмари супруга», - подсказывала интуиция, и в этом Лорин была абсолютно согласна. Она ощутила его руки на своей талии и с улыбкой прикрыла глаза, чувствуя, как тут же расслабляется в объятиях любимого, и все проблемы тут же отходят на второй план.
- Я так соскучилась. – Фрау Фрай поставила на стол тарелку с сахарной пудрой и развернулась к мужу. Она сразу же заметила печать усталости на лице Маттиаса, в сердце ее затрепетала щемящая нежность к этому человеку, ее любимому супругу. – Весь день думала о тебе. – Сказала она тихо, так, чтобы слышал только доктор. – И хотела, чтобы ты поскорее пришел. – Лорин взяла обеими руками руку мужа, спасшую столько человеческих жизней, и поднесла к губам, целуя.
Больше всего ей хотелось сейчас обнять Маттиаса крепко-крепко, отогревать поцелуями его губы, все его сильное крепкое тело. Но при слугах она стеснялась открыто проявлять чувства. И лишь оставаясь наедине с мужем, позволяла себе быть собой в полной мере.
- Идем в гостиную. Ужин подадут через пять минут. – Не отпуская руки Маттиаса, Лорин вышла с кухни, уводя своего любимого к столу.

+1

5

- И я соскучился по своей милой жене, - доктор тепло улыбнулся Лорин. Наверное, в этом все-таки и заключалось просто человеческое счастье. Не в деньгах, которые, да, способны привнести какое-то разнообразие в жизнь. Обеспечить необходимыми потребностями: от самых простейших до блажи, любой фантазии, что способна прийти в голову. Купить расположение людей, их желание быть рядом, но оно никогда не будет искренним. Иллюзия, которая развеется, стоит деньгами так или иначе закончиться. Пуф. И как мыльный пузырь все лопнет. И ничего не останется. Ни друзей, ни приятелей, ни даже знакомых, что так гордо именовали себя ими. Истинные чувства не купишь ни за какие дорогие подарки, ни за груду алмазов. Но они действительно стоят целой груды алмазов. Та поддержка, что всегда нужна, особенно, когда в жизни бушует ненастье. Та поддержка, не показушная вовсе, но безумно важная. Пусть даже молчаливое одобрение. Но даже это становится безумно важным, когда руки вот-вот готовы опуститься  любой момент. – О, надеюсь, думала только хорошее.
Усталость постепенно отступала, хотя еще чувствовалась им. Но это не имело особого значения, когда рядом была его маленькая Лорин. Даже сегодняшняя пациентка, что сумела вмотать нервы доктору своими прихотями. В такие моменты Фрай думал, что идеальное лечение для таких дам, так это внимание родственников, а не микстуры или пилюли. Хотя и где-то понимал этих самых родственников, порядком успевших устать от жаждущих внимания фрау, имеющих в характере не то что нотки, но целые арии истеричности. И таких немало. Наличие денег дает кучу свободного времени, а вместе от безделья им просто нечем заняться. Некуда деть кучу энергии, ее слишком много, вот и устраивают представления актрисы, достойные лучших театральных подмосток Вены. Это надо же так отлично изображать любую хворь!
- Извини, было слишком много людей, осень же, - доктор аккуратно положил руку на талию жены. В присутствии слуг, он не позволял себе лишнего. Все-таки воспитание давало о себе знать. Впрочем, так было в любой светской семье. Но с куда большим количеством условностей. Иногда там даже и любовью то не пахло, один сплошной расчет. – Одна простуда, насморк и кашель. Несколько дам, которым нужно внимание. Но это, как обычно. У них это сезонное. А так, и правда, ничего особенно.
Маттиас чувствовал, как нежность к собственной жене затапливает все его существо. Своим появлением, Лорин принесла радость в жизнь не только доктору, но и его маленькому сыну, который был просто без ума от нее. А что нужно ребенку, как не материнское сердце? Пусть родство и не по крови, но это становится неважным, когда Макс чувствовал себя в безопасности, перестав бояться темноты.
- Ну, тогда чего мы ждем? Идем, - со всеми этими хлопотами, он уже и забыл, когда ел в последний раз. – Что сегодня было? Надеюсь, Макс вел себя хорошо и слушался?
Доктор уселся за стол, внимательно посмотрев на жену. Его интересовала еще и младшая сестра, но вряд ли Лорин ее сегодня видела. Матушка жаловалась, что Анна совсем отбилась от рук и не слушается.

+1

6

Фрау Фрай улыбнулась, ласково касаясь пальцами руки Маттиаса, лежащей на ее талии, хотя больше всего на свете ей хотелось кинуться на шею мужа и крепко обнять, показать, как сильно она любит его. Но она сдержалась – училась у мужа следовать правилам приличия, да и до сих пор стеснялась косых взглядов слуг, которые, конечно, знали, где их хозяин отыскал себе новую супругу, и за глаза явно судачили, обсуждая подробности личной жизни четы Фрай. Лорин старалась не думать об этом, со всеми в доме была добра и приветлива, но внутренние комплексы все равно не позволяли ей пока жить без оглядки, наслаждаясь тихим семейным счастьем.
Маттиас сказал, что тоже скучал по ней! От этих слов в груди потеплело. Выросшая на улице Лорин тянулась к этому душевному теплу и ласке мужа всем сердцем, и каждое его доброе слово нанизывала на нитку памяти, точно драгоценную жемчужину, стараясь сберечь навсегда.
Она с живым интересом слушала его рассказ о сегодняшних пациентах, ее муж умел рассказывать лаконично, ухватывая самую суть. Он никогда не говорил о людях, которых лечил, плохо или уничижительно, не делил больных на сословия. С уважением относился к человеческому достоинству. И всем готов был помочь. Лорин знала, что некоторые пациенты пользуются этим, но не смела учить Маттиаса, предоставляя ему самому выбирать - что делать и как жить. Он доктор, и этим все сказано.
- Я все понимаю, дорогой. Но не могу не скучать по тебе каждую минуту, пока тебя нет дома. – Только и сказала она, опуская подробности, как с самого утра то и дело смотрела в окно, ожидая, не вернется ли Маттиас пораньше, прислушивалась – не слышны ли его шаги. Как перебирала свои домашние платья, гадая, какое из них больше понравится мужу. С какой любовью готовила пирог, представляя, как они все вместе вечером будут пить с ним чай, и как потом Лорин с доктором, наконец, останутся одни, и смогут больше не сдерживать ни своих чувств, ни порывов, ни желаний.
Они прошли в гостиную и сели на диван, ожидая, пока слуги накроют обеденный стол. Лорин держала руки мужа в своих руках, не в силах отпустить его ни на минуту. Потребность касаться его была едва ли не жизненно важной для нее сейчас. Фрау Фрай разговаривала с мужем, одновременно следя, как идет подготовка к обеду. И еще она думала, когда ей начать тот самый важный разговор с мужем о его сестре. До ужина – но сказанное Лорин может расстроить мужа и испортить аппетит, а он и так устал и голоден. Возможно, ей следует отложить разговор на потом. Ох. До чего же это все сложно – решать семейные проблемы, которые к тому же ее напрямую не касаются. Но и молчать о них нельзя, если Анна попадет в беду, Лорин себе этого не простит. Как же начать разговор?
- Макс вел себя прекрасно. После обеда мы с ним вместе нарисовали кое-что для тебя. Он позже тебе сам покажет. – Она едва сдерживала гордость за маленького Макса. Ребенок, действительно, очень старался, когда рисовал всю их семью вместе – папа, он сам и Лорин держатся за руки. Они подружились почти сразу, и проводили много времени вместе, пока доктор работал. Даже если Макс шалил, Лорин никогда не ябедничала на него Маттиасу. Сын доктора в свою очередь проникся к новой супруге отца доверием. Впрочем, его сегодняшний рисунок говорил сам за себя. И Лорин было это очень приятно.
- А я к твоему приходу испекла яблочный пирог. - Она заметила знак кухарки и кивнула ей в ответ. - Ужин уже готов. Вот и Макс пришел. Давайте садиться за стол.

+1

7

- Вел себя прекрасно? Это хорошо, - Маттиас не мог не улыбнуться, просто слушая, что говорила ему сейчас Лорин. Все-таки ему было важно, чтобы Макс не чувствовал себя хоть как-то обделенным, и был действительно рад, что он и Лорин нашли общий язык, и даже можно смело сказать, что подружились. Он, конечно, старался, но, к сожалению, не мог уделить своему сыну достаточно много времени и внимания, а гувернеры вряд ли бы дали то тепло, что могла бы дать только мать. Или человек, способный ее заменить. С широким сердцем и душой. Способный дарить тепло, способный поддержать в любое время. Вот, как Лорин. И сейчас Фрай это особенно ощущал. Чувствовал, что совсем не ошибся в своем выборе. – Мне уже интересно, что там такого нарисовал Макс.
Маттиас удобнее уселся на диване, облокотившись о спинку. Все-таки усталость начала давать о себе знать. Он предполагал, что если еще и поест, то глаза сами собой начнут слипаться. А ведь еще хотелось провести время со своей милой Лорин, которой в последнее время, он так мало уделяет внимания. Заслуженного внимания. И надо это как-то исправлять. Возможно, стоит подумать о хоть одном внеплановом выходном дне? На один день позабыть о бесконечных гнойных ранах и бесчисленных количествах переломов и вывихов, нуждающихся во вправлении. Чахоточных больных и о дамочках с явной истерией, хорошо плативших за каждый вызов к себе, но, тем не менее, изрядно выматывающих нервы. Возможно, если будет хорошая погода, просто сходить столичный парк. Вместе с Максом. А вечером еще куда-нибудь. Просто отдохнуть от всего. Не умрут же все эти больные в госпитале без него? Как и его коллеги, точно не пропадут без него один день.
- Я думаю, что после ужина будет самое то, - доктор чуть сжал ладонь жены своей рукой. Желудок предательски заурчал, тихо, едва слышно, будто снова напомнил, что пора уже есть. – А яблочный пирог это вообще просто замечательно. Думаю, что он получился безумно вкусным, - Маттиас легко поцеловал тыльную сторону кисти Лорин. И кто мог подумать, что его жена настоящее сокровище?
И кто откажется от кусочка вкусного, аппетитного пирога, тающего во рту, распадающегося на множество восхитительных оттенков, дразнящих вкусовые рецепторы. И это еще только бонус. На ужин определенно должно быть еще что-то вкусное.
- Ох, тогда идем, - Фрай поприветствовал своего сына кивком головы, пропустил вперед жену и сына, и после уже уселся за накрытый стол. Пахло безумно вкусно. Такие вечера особенно ценные. Когда семья в сборе. Тогда он особо не замечал этого, а сейчас все будто встало на свои места. Правда, не хватало только его сумасбродной младшей сестры. Но она предпочитала большую часть своего времени проводить у матери. И Маттиас не видел в этом ничего такого, потому что матушке тоже нужна была компания. – Тогда всем приятного аппетита, - добавил он, переведя взгляд на свою тарелку супа, услужливо поставленной перед ним слугой. Из нее шел как пар, так и дивный аромат.

+1

8

Лорин смотрела на мужа, она была все так же влюблена в него, как и в начале их отношений. Может быть, даже больше. За то короткое время, что они были женаты, бывшая уличная танцовщица смогла оценить своего супруга в полной мере, и убедиться, какое доброе у него сердце и благородная душа. Каждый день она открывала в нем новые грани, и еще ни разу не пожалела, что связала с Маттиасом свою жизнь.
Конечно, после свадьбы для нее все круто изменилось. Из простой девчонки, выросшей на улице, она вдруг стала фрау Фрай. Поначалу она даже пугалась, когда слуги доктора к ней так обращались. Ей, разумеется, сразу же пришлось отказаться от выступлений на площади. Маттиас ласково, но твердо настоял на этом, коварно подкрепляя свои доводы поцелуями. Разве могла она противиться? Лорин отдала ему свою свободу в обмен на любовь, семью и спокойную обеспеченную жизнь.
Иногда ей, правда, снилось ее прошлое в венских трущобах. Она вновь носила оборванное старенькое платье, а ноги были босы. В этих снах танцовщицу снова терзал голод, ей приходилось убегать от облавы, которую устраивали жандармы. Ей снились бедняки, волею судеб попавшие на самое дно, и теперь коротавшие там свои дни в нищете, голоде и болезнях. Они говорили с ней, тянули к ней руки… И Лорин просыпалась в холодном поту, и долго не могла уснуть. Так и лежала до самого утра, прислушиваясь к звукам, доносившимся с улицы. И если слышала лай собак, гадала – не очередного ли нищего, посмевшего украсть кусок хлеба для того, чтобы выжить, гонят ищейки жандармов? Иногда ей не верилось, что сама она больше не принадлежит к тому миру, полному страданий и боли. И все благодаря ее мужу, доктору Фраю, решившемуся на столь явный мезальянс.
- Конечно, сначала ужин. – Кивнула Лорин мужу, от его поцелуя, такого сдержанного и во всех отношениях приличного, по телу ее будто прошел ток. Муж всегда действовал на нее так, самым бессовестным образом. Она тут же опустила взгляд, чтобы не выдать своих ощущений. До поры. Маттиасу необходимо поесть и отдохнуть. А их слугам совсем не обязательно видеть отношения супругов Фрай.
- Приятного аппетита. – Отозвалась Лорин, придирчиво изучая суп. Впрочем, их кухарка готовила его великолепно, за это можно не переживать.
А вот за что следовало волноваться - это разговор, который все приходилось откладывать. Решимость Лорин теряла с каждой минутой. Она знала, что будет дальше. Семейство поужинает, потом Макс покажет отцу рисунок, пообщается с ним, а после доктор отправиться отдыхать в обществе супруги. Это драгоценное время наедине с Маттиасом – возможность быть самими собой, не скрывая своих чувств и желаний. А тут этот разговор… Он точно кость в горле. И оттого еще более неизбежен.
Видимо, все же придется отложить его до тех пор, пока они не останутся одни. Не портить же любимому мужу аппетит, ябедничая ему на его родную сестру. Лорин вздохнула и сосредоточилась на супе, который и, правда, был весьма неплох.
В конце ужина служанка принесла яблочный пирог.
- Я сама. Спасибо. – Коротко кивнула жена доктора, и поднялась со своего места, чтобы разрезать еще теплый ароматный пирог и угостить им мужа и маленького Макса.
- Надеюсь, тебе понравится. – Она поставила перед Маттиасом тарелку с пирогом и легко поцеловала в щеку, пока служанка ушла за чаем.

+1

9

Идеальное завершение тяжелого рабочего дня – это вечер со своей семьей. В последнее время, доктор частенько возвращался домой немного позже обычного, сильно уставший, так что приходилось отказываться от ужина, просто привести себя перед сном в порядок, а после погрузиться в царство Морфея едва голова касалась подушки. О каком общении вообще может быть речь в таком случае? Так, пару фраз, чтобы узнать, как вообще дела шли в доме; не слишком ли озорничал Макс?; что там вообще творилось в делах его младшей сестры, которая мнила себя уж слишком взрослой, но все еще оставалась ребенком, и Маттиас, естественно беспокоился за нее не только как старший брат, но и как глава семьи – слишком громкое звание, Фрай еще не слишком привык к нему, хоть и  времени прошло достаточно со смерти отца.
- Сегодня суп просто чудесный, - отметил доктор, съев ложечку другую аппетитного супа, который в этот раз кухарка сварила на славу. Впрочем, она и так готовила превосходно, нов этот раз суп просто был выше всяких похвал. Или, возможно, причиной того, было, что из-за постоянно усталости, доктор не особо чувствовал вкуса еды, а сегодня…Сегодня было, будто все иначе. И настроение у Фрая медленно, но верно поднималось вверх. Правда, ну не прекрасный ли вечер? В компании дорогих ему людей. Это все-таки самое ценное в жизни.
- Я, кажется, съел целого слона. А может даже целых два, - довольно улыбнулся он. – А еще пирог. Я уверен, что он очень и  очень вкусный.
Ему был приятна забота от Лорин. Та самая, которая действительно шла от чистого сердца, а не притворствующая, как это иногда бывает, когда кто-то просто хочет выслужиться, корысти ради. И маленький Макс к ней тянулся, как тянутся цветы к солнечным лучам. Ему, правда, очень не хватало материнской заботы и тепла, так что и он заслужил свою долю.
- Что-то не так? – Маттиас посмотрел на жену. От пирога и, правда, вкусно пахло корицей, сладкими яблоками и сахарной пудрой, ну как тут взгляд отвести? – просто ода чревоугодию – но к нему доктор пока притрагиваться не стал. Лорин явно была чем-то озабочена. Или кем-то. Временами, будто совсем уходила в свои мысли. Может, это только доктору казалось. Но спросить стоило, мало ли что там успело произойти, может что-то действительно незначительно, раз Лорин не стал говорить об этом прямо с порога. Какая-нибудь пустяковая мелочь, но из-за которой его жена могла по-настоящему расстроиться. – Все хорошо, милая?
Именно так. Тем более что слуги оставили их, а Макс в это время усиленно пробовал пирог, и все детское внимание явно сконцентрировалось на нем. А Маттиасу действительно нужно было это знать. Фрай притянул жену к себе за запястье, легко, без особых усилий, а после поцеловал тыльную сторону кисти.

+1

10

Лорин не сводила с мужа взгляд, полный нежности. И ее мучила совесть. С каждой минутой все сильнее. Он выглядел таким уставшим. В отличие от нее, он весь день занимался работой, полезным делом – помогал людям. А она только следила за хозяйством да терзалась сомнениями. И вот теперь, оказавшись дома, Маттиасу бы поужинать и отдохнуть, а тут Лорин с ее разговорами. Да неужели они не найдут более приятное занятие, чем обсуждать поведение Анны? Найдут, конечно, но тогда проблема так и останется нерешенной. Анна будет убегать из дома, и в итоге погубит репутацию брата, да и свою, конечно, тоже. Вот же, непослушная девчонка!
Все, чего хотелось сейчас Лорин, это обнять мужа, и провести остаток вечера в его крепких надежных объятиях, чередуя поцелуи с ласковым шепотом о всякой милой любовной чепухе. Может, она все же сама смогла бы решить их семейную проблему? Несмотря на подавленное настроение, Лорин улыбнулась. Ей до сих пор странно даже просто думать об этом. Она так долго была совсем одна, что теперь ощущать себя частью семьи было необычно, но очень приятно. Тепло. Рядом с Маттиасом она всегда ощущала лишь душевную теплоту, любовь и заботу. И старалась отвечать ему тем же. Это было несложно, ведь Лорин нежно любила своего супруга.
Фрау Фрай аккуратно разрезала пирог, и положила по кусочку мужу и Максу. Ребенок приступил к ароматному угощению немедленно, и это занятие его, кажется, поглотило полностью. А вот Маттиас… Похоже, он заметил, что с его супругой что-то не так. Или почувствовал. Интересно, он сильно огорчится, когда узнает про Анну? Или даже рассердится. Лорин мысленно уже представляла, как Маттиас нахмурится, и между бровей наметится черточка. Отложит приборы, пройдется по комнате, заложив руки за спину - так ему лучше думается. И волшебный флер этого вечера рассеется. Вряд ли они уже будут столь беззаботны, как прежде.
«Что делать, что делать, что делать?», - мысли эти не давали ей покоя, мешая наслаждаться семейным ужином и пирогом, который, действительно, неплохо получился. Решение следовало принять немедленно. Чтобы не волновать Маттиаса еще больше. Ее молчание на свой вопрос он может истолковать превратно. И только этого им еще не хватало.
В этот момент доктор притянул Лорин к себе, а она с большим удовольствием к нему притянулась – об этом она мечтала весь день, пока скучала по мужу.
- Все хорошо. Я… - Начала дрогнувшим голосом фрау Фрай. – Я только хотела…
Губы мужа ласково касались ее руки, и это совершенно отнимало всякую волю и желание начинать серьезные разговоры. Лорин прикрыла глаза, бессовестно наслаждаясь лаской мужа, не собираясь скрывать от него, как он на нее влияет. Не следовало, однако, забывать, что рядом с ними маленький Макс, да и слуги могут войти в любой момент. Это обстоятельство несколько отрезвило Лорин, возвращая ее с небес на землю.
- В общем, я видела, как Анна уходит из дома вечером. Без сопровождения. И я волнуюсь, чтобы с ней не произошло ничего дурного. – Кажется, она выпалила это на одном дыхании.
«Сказала. Неужели я это все-таки сказала?». Оставалось только дождаться, как отреагирует Маттиас.

+1

11

«Да?» - выражение на лице доктора сейчас выражало некоторое сомнение в поспешном ответе жены. И правда, что же там такого смогло случиться, что Лорин была будто не своя. Не хотелось, конечно, думать о самом плохом, и Маттиас поспешно отогнал дурные мысли, тут же сосредоточившись на том, что должна была сказать жена. Впечатление складывалось такое, что она все-таки хочет поделиться чем-то таким, что ее тревожило. И, скорей всего, давно.
- Так что ты хотела сказать? – Фрай поспешно спросил, голос доктора все еще был мягким, сохранив  в себе понимающее интонации. Не хотелось показаться уж слишком грубым. Сделал  сразу два акцента  в своем вопросительном предложении на «ты» и «хотела». Признаться, и природное любопытство не могло не поднять голову. И доктор нетерпеливо дожидался, пока супруга не поделится своей бедой. Или не бедой. Может, что-то действительно несущественное? Это с какой стороны посмотреть. Если с той позиций, погрязшей в эмоциях, то проблема может показаться огромной. А вот если с позиции холодного разума…
- Анна? – Маттиас удивленно посмотрел на жену, нахмурившись. Не сказать, чтобы он был сильно удивлен, но эту новость вряд ли можно назвать было приятной. Его сестра с малых лет отличалась взбалмошным характером, и склонностью к необдуманным, импульсивным, и подчас неадекватным с точки зрения всех светских правил поступкам.  К сожалению, некоторую часть жизни  сестры, он пропустил, будучи в Париже. И вот когда приехал, то увидел, что Анна уже стала взрослой, и совсем не та маленькая принцесса, что любила пышные платья с оборками  и больших фарфоровых кукол. Сейчас тот самый возраст, когда девушке из богатой семьи подыскивали подходящую партию, чтобы выдать ее замуж за достойного жениха.-  И когда ты ее видела?
Маттиас был обеспокоен. Он тяжело вздохнул, устало потерев переносицу двумя пальцами. Что это? Очередная блажь? Или младшая сестра решила отправиться навстречу любовным приключениям, так славно написанным в этих книжонках, что так любили читать молодые леди на досуге. Несколько подобных изданий Фрай видел самолично, когда наносил визиты к своим пациенткам.
- Ты с ней не говорила об этом? – и что делал, он не знал. Мать, скорей всего, не знала об этих ее похождения, иначе бы заперла дочь в своей комнате. А то, и как обычно, лишила бы не только сладкого, но и всех таких горячо любимых ею нарядов. Узнает же кто, потом о хорошем браке можно забыть. Все это так легко разносится в высшем свете, больше напоминающее клубок ядовитых змей. О чем вообще она думает? Что это за вечерние похождения без сопровождающих? Да и вечером одинокой леди вообще выходить опасно, это если позабыть про те сплетни, что появятся, если про это все узнают.

+1

12

Лорин замерла, напряженно дожидаясь реакции мужа. Наверное, со стороны это выглядело смешно, но для нее, действительно, важно было, что он скажет. Конечно, доктор знал, что у Лорин с Анной взаимоотношения, мягко говоря, не сложились. Чего уж там говорить об установлении родственных связей. Младшая Фрай с ее голубой кровью скорее бы лопнула, чем признала бывшую уличную танцовщицу равной себе. На этот счет Лорин не питала никаких иллюзий. Но вот как отреагирует ее супруг… Не решит ли, что она хочет оговорить перед ним сестру из-за личной неприязни? Этакий женский ход конем, ведь именно так развлекаются барышни из высшего общества, очерняя друг друга, собирая сплетни и устраивая мелкие подлянки. Только Лорин к ним не имеет никакого отношения. И вообще, она хотела как лучше. Но что ответит доктор Фрай?
«Он расстроился». Сердце ухнуло куда-то вниз, когда она увидела, как муж вздыхает и потирает переносицу пальцами. Она знала этот его жест, говорящий о крайней степени усталости. А тут еще супруга подбросила ему новых проблем. Но был ли у нее выбор? Мучиться недосказанностью еще хуже. Да и время может быть упущено. Кто знает, что там еще удумает Анна с ее взбалмошным характером. Этой девчонке слишком много позволяли, вот она от рук и отбилась. Будь на то ее воля, Лорин дала бы ей пару хороших затрещин, охладила бы, так сказать, стремление юной барышни к столь сомнительным подвигам. Но Маттиас с его добротой явно посчитал бы это непедагогичным. Лорин не сомневалась, что муж найдет лучшее решение проблемы. Все же он свою сестрицу знает с пеленок.
- Два или три дня назад. Я как раз уложила спать Макса, возвращалась в нашу спальню. И увидела, как она идет к двери через холл, и выходит из дома. С ней больше не было никого. Поэтому я сначала даже приняла ее за одну из служанок. Но потом поняла, что это Анна. – Лорин, испытавшая огромное облечение после того, как рассказала мужу о терзавшем ее происшествии, скрестила руки на груди. – Я не говорила с ней об этом. Не уверена, что она вообще будет со мной общаться. Ты же знаешь, мы с ней не очень ладим.
Она с трудом подбирала слова, чтобы ничем не обидеть родню Маттиаса, оскорбив этим его самого.
- Я решила рассказать все тебе. Неизвестно, чем могут закончиться такие ее ночные отлучки. Мне бы не хотелось, чтобы с Анной случилось что-то дурное.
Лорин с нежностью смотрела на мужа. Он сделает все, как надо. В этом Лорин не сомневалась ни капли. Но сейчас… Он так устал. И, наверное, теперь еще расстроился.
- Только сильно ее не ругай. – Шепнула фрау Фрай на ухо мужа, обнимая его сзади за плечи, легко касаясь губами его щеки и шеи. – Возможно, она просто не понимает, к каким последствиям могут привести эти ее ночные прогулки.

0


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Mozart: анонс » Семейные разговоры