Дорогие друзья, гости и участники нашего проекта!
Мы рады приветствовать вас на уникальном форуме, посвященном ролевым играм по мотивам мюзиклов. У нас вас ждут интересные приключения, интриги, любовь и ненависть, ревность и настоящая дружба, зависть и раскаяние, словом - вся гамма человеческих взаимоотношений и эмоций в декорациях Европы XIV-XX веков. И, конечно же, множество единомышленников, с которыми так приятно обсудить и сами мюзиклы, и истории, положенные в их основы. Все это - под великолепную музыку, в лучших традициях la comédie musicale.
ДОБРО ПОЖАЛОВАТЬ!

La Francophonie: un peu de Paradis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Romeo et Juliette: сцена » Amittit merito proprium, qui alienum appetit


Amittit merito proprium, qui alienum appetit

Сообщений 1 страница 13 из 13

1

● Название эпизода: Amittit merito proprium, qui alienum appetit / Свое добро теряет тот, кто желает чужое
● Место и время действия: центральная площадь и улицы Вероны; после встречи Ромео с братом Лоренцо.
● Участники: Romeo Montaigu, Paris
● Синопсис: Люди в Вероне поговаривают о любовной связи между Джульеттой и молодым Монтекки. Эти слухи задевают потенциального жениха девушки Париса. Отправившись в город по делу, он случайно встречает на площади Ромео и пытается добиться от него правды относительно неприятных ему толков.

0

2

Посланный в город с мелким поручением пожилой слуга вернулся со слухами, которые не позволили Парису назвать это прохладное утро добрым. А ведь еще вчера перспективы были более чем радужными – Парис был главным претендентом на руку прекрасной Джульетты, благородным женихом, который вскоре соединится с не менее благородной невестой, без пяти минут достойным семьянином. А что ожидает его теперь? Скандал? Отказ? Еще какой-нибудь неожиданный и неприятный поворот?..

«Хорошо, что в этом доме я первый узнал про дурную молву, а не отец с матерью», - думал Парис, и веря, и не веря рассказам слуги о странной связи его Джульетты и сына Монтекки. Слухи действительно казались невероятными, если вспомнить о многолетней вражде их кланов, и молодой человек сначала почти посмеялся над услышанным и даже переспросил несколько раз, так ли на самом деле люди говорят. Однако, будь все это правдой иль нет, Парис рассудил, что, если эта информация получит более-менее широкое распространение, родители могли и испугаться общественного резонанса и вынудить его отменить свадьбу, а этого молодому человеку не хотелось – мысль о том, что именно ему отдадут этот цветок, юную красавицу, кроткую и нежную Джульетту, не только тешила его самолюбие, но и задевала какие-то невидимые струны в душе, вызывая желание петь и дарить свое внимание девушке снова и снова. Что Парис сейчас и сделает. Он пойдет в дом Капулетти, и пусть только кто-нибудь посмеет сказать о его невесте или о нем самом какую-нибудь дерзость.

Позаботившись об изысканном и дорогом подарке для Джульетты, который Парис поручил нести тому же слуге, он покинул дом и отправился к особняку Капулетти, ничуть не стесняясь столь раннего визита – молодой человек не рассчитывал увидеть свою невесту или кого-либо из семьи лично, он надеялся лично передать подарок и аккуратно расспросить слуг о происходящем. Путь Париса лежал через центральную площадь, которая в утренний час была практически пуста, но среди редких прохожих его внимание привлек длинноволосый юноша, в котором дворянин неожиданно узнал Ромео Монтекки. Парис в замешательстве остановился на мгновенье. То, что они встретились здесь, было словно знаком свыше, а не просто удачной случайностью, и Парис счел своим долгом опровергнуть дошедшие до него слухи сведениями из первых уст. «Как может Монтекки отреагировать на то, что в обществе толкуют о его близких отношениях с Капулетти, если не негативно?» - успокаивал себя он. – «Я должен услышать его версию и поставить в этом точку!»
- Ромео Монтекки! Постойте! – окликнул Парис юношу, привлекая внимание жестом руки. – Мне необходимо побеседовать с вами.

+1

3

О, это была поистине святая ночь, за которой наступило не менее святое утро, наполненное невероятным счастьем и ожиданием того, что это счастье еще продлится и окрасится все новыми красками. Этой ночью Ромео вновь обрел крылья, и эти самые крылья возносили его к таким небесам, о каких он даже не догадывался. Джульетта... ее светлый образ не покидал его ни на миг. Казалось, что даже сейчас его прекрасная возлюбленная рядом. И... да, она была рядом. Она не покидала его сердце ни на миг.
Ночь плавно перешла в утро, и этим светлым утром юный Монтекки несся в келью брата Лоренцо, своего духовного наставника, чтобы попросить его о том, чтобы именно он сделал его безгранично счастливым. Обвенчаться, и как можно скорее. Пусть все проблемы будут потом. Пусть потом решится проблема с тем, что их семьи враждуют. Два юных сердца хотели соединиться как можно скорее узами брака, а там уже будь что будет.
"Только все будет хорошо, я верю в этом. Моя матушка и родители Джульетты поймут нас. Ведь они тоже когда-то любили. Я просто не верю в то, что нет. Любовь есть всегда и любовь есть в каждом..." - давно ли этот самый романтик готов был упасть на самое дно печали, после того как его отвергла прежняя возлюбленная? Давно ли не верил в то, что снова может ее обрести? Но, похоже, Судьба была к нему более чем милосердна, раз новое чувство, более светлое и прекрасное уже сегодня возродилось в его сердце. Но здесь все было совершенно по-другому. Джульетта любила его так же сильно. И она хотела быть с ним вопреки всему. Ее любовь как луч света, вернула Ромео из царства тьмы.
Брат Лоренцо первым делом прочитал юному влюбленному нотацию о том, что нельзя быть таким ветреным. Как же так - вчера любил одну, сегодня уже клянется в вечной любви другой? Но вскоре смягчился, особенно увидев, как сияют глаза Ромео, когда он говорит о ней, о своей ненаглядной Джульетте.
"Да и сама идея очень не плохая. Что если этот союз, наконец, приведет к концу столько долгой вражды? Что если сам Господь дает городу, погрязшему во вражде и крови, этот шанс?" - священник сказал Ромео, что обвенчает их в полдень. И именно с этой мыслью наследник Монтекки шел, будто ступая по воздуху. Потому и не сразу понял, что его кто-то окликнул.
"Кто же это? Как будто уже видел его когда-то" - Ромео остановился и теперь удивленно смотрел на молодого мужчину.
- Я Вас слушаю, синьор, - юноша улыбнулся и чуть склонил голову в приветственном поклоне. А не улыбаться и не получалось, ведь мир вокруг был поистине прекрасен.

0

4

Парис не мог не заметить, что в это тихое, хоть и волнительное для некоторых, утро юный Монтекки пребывает в исключительно восторженном настроении. Ромео просто светился изнутри, словно сам Бог отметил своим перстом это высокое, обрамленное черными волосами чело. Радовался ли он тому, что ночью с этой площади не уносили хладные трупы его друзей? Радовался ли, что сам чудом уцелел  в какой-нибудь стычке? Нет, облегчение от того, что ты просто избежал смерти, выглядит иначе, не дарит чувства блаженства, а лишь вызывает подспудный страх новой угрозы. Парис не видел ни капли этого зарождающегося страха на лице Монтекки, лишь всеобъемлющую благодать, какую испытываешь, когда ты юн и бесконечно счастлив. Даже если сейчас Небеса благословят его союз с Джульеттой, Парису уже не испытать такое. Подумав о своей невесте, мужчина на мгновенье нахмурился, отгоняя пока беспочвенное подозрение. А не обязан ли Ромео своим хорошим настроением любви это чудесной девушки?.. В этом и предстоит разобраться.
- Мое имя Парис, - напомнил он, отвечая поклоном на поклон. Две крохотные складки на его лбу разгладились, стоило Парису заговорить о себе и вспомнить, что необходимо производить впечатление воспитанного молодого человека, одним из наставников которого был сам герцог Веронский. – Дядя вашего друга Меркуцио, герцог Эскаль, приходится мне крестным отцом, - пояснил Парис терпеливо, заметив во взгляде собеседника слабую попытку вспомнить, откуда они могли знать друг друга в лицо.
Знал ли юный Монтекки, что Парис и есть без пяти минут потенциальный муж Джульетты, о которой сейчас пойдет речь? Станет ли он для Париса союзником в нелегком деле опровержения волнующих его сплетен? Если Ромео ненавидит клан Капулетти хотя бы вполовину, как чувствует его властная мать, то так и будет. И в этом случае Парис сейчас потревожит благостное расположение духа юноши. «Надеюсь, что причина тому достаточно веская, чтобы мои известия не испортили ему день, и не подразумевает воровства чужих невест», - подумал мужчина почти равнодушно и, не тратя времени на то, чтобы удобно и вежливо подойти к нужной теме, продолжал:
- Я считаю нужным предупредить вас о не совсем приятном обстоятельстве. - Тон мужчины выдавал некоторую степень довольства собой и тем, что, при благоприятном исходе этого разговора, он оказывает Ромео услугу. Мало кто не согласиться, что проинформировать его со стороны Париса благородно. – В городе ходят слухи о вашей связи с Джульеттой Капулетти. Вам об этом известно?

0

5

"Граф Парис... Да, теперь я вспомнил..." - про этого молодого человека Ромео и правда слышал. Не так чтобы вдавался в подробности, но то, что крестник герцога по знатности мог равняться, если не превосходить, семейства Капулетти и Монтекки вместе взятые, не могло уйти от внимания. А еще, в отличие все от тех же вышеупомянутых семейств, не был замешан во всякого рода скандалах. Другими словами - репутация его была безупречна. Но на этом, к сожалению или к счастью, познания юного Монтекки ограничивались. Да и, было ли романтику как он дело до какого-то графа, когда ум и сердце были заняты только прекрасными синьоринами.
"Пусть я о нем и не слышал, зато сам граф меня знает. Хотя, было бы удивительно, если бы не знал..." - впрочем, поразмыслить на эту тему ему не дали, потому как Парис продолжил. И чем больше говорил, тем недоумение на лице Ромео становилось все сильнее. А еще сложилось полное впечатление, что его только что вернули с небес на землю.
"Как же так? Почему весь город уже знает о нас с Джульеттой? Ведь всего ничего прошло времени с того момента как юноша договорился о будущем венчании. Сколько времени он провел со своей ненаглядной Джульеттой? Час? Два? О, каким невыносимо короткими казались эти часы и как не хотелось отпускать ладоней любимой из своих, как хотелось вечно смотреть в ее прекрасные глаза, забывая обо всем в этом мире, который, казалось, только сейчас засиял всеми красками радуги.
И вот итог - Верона уже знает или, по крайней мере, догадывается об их любви.
- Синьор... я не знал об этих слухах, - Ромео задумчиво заправил темную прядь за ухо. - И если Вам не будет сложно, могли бы Вы мне рассказать, откуда в Вероне появились подобные разговоры?
"Я не собираюсь скрывать это, но только хотел немного повременить с объявлением этой новости всему городу. Просто... мне становится страшно от одной мысли о том, что узнав о нашей любви, наши семьи тут же попытаются разлучить нас... Мне уже сейчас трудно дышать, когда ее нет рядом, а что будет, если я не смогу быть с моим ангелом больше чем пару часов... и на расстоянии больше вдоха и удара сердца. Тогда жизнь моя превратится в настоящий ад, в такой, каким адом она не была прежде..."
Только теперь юный романтик понимал, что такое настоящий страх. Пронизывающий до глубины души от одной только мысли, что не сможет взять любимую за руку, прижать к сердцу. Невыносимо.

+1

6

"Он почти не выглядит оскорбленным, хотя молва такого рода должна обязательно наносить урон его репутации. И самолюбию, надо сказать, не в меньшей степени», - подумал Парис, зорко, но внешне холодно наблюдая за реакцией собеседника. Неужели политические вопросы такого рода не заботили Монтекки? Признаться, Парис уже и забыл, что это такое – быть столь беспечным и юным. И потому для него было странно и подозрительно, как мужчина Монтекки может лишь тихо недоумевать, услышав такие новости, без гнева, без явного неудовольствия? Все Монтекки и их приверженцы, кого Парис имел честь быть знакомым, даже если и не питали хищную ненависть к «красному» семейству, то, по крайней мере, убедительно изображал чувство презрения, подпитывая вражду, не горя при этом желание терять расположение глав клана, которому хранили верность. Что скажет синьора Монтекки, когда слухи о ее сыне дойдут до нее? Как бы она отреагировала, придя к вводу, что тот, вольно или невольно, позволил людям так думать? Неразумно вызывать на себя материнский гнев и не воспользоваться сейчас возможностью отрицать свою связь с наследницей Капулетти, разубеждая в этом первого, кто поднял эту тему, и защищая перед ним свое доброе имя. Разве сын Монтекки настолько же глуп, насколько красив?..
Парис остановил себя, когда захотел напрямую спросить, правда ли то, о чем говорят. Это было все равно что отвечать обвинением во лжи на вполне закономерный вопрос Ромео. Нет, нужно иметь терпение и удостоить юношу ответом, хоть тот и не имеет первостепенной важности на данный момент.
«Что ж, возможно, он просто растерялся, и ему нечего скрывать. Ведь conscia mens recti famae mendacia ridet», - предположил граф.
- Увы, я не знаю подлинного и изначального источника этих разговоров, - ровно произнес он и, дабы не быть голословным, а значит, не произвести впечатления пустого сплетника, пояснил: - Я узнал это сегодня утром от своих верных слуг. Обычно я не придаю уличным толкам никакого значения, - прибавил Парис с достоинством  голосе, - но данный случай, синьор, исключительный: меня заботит репутация моей будущей невесты не меньше, чем вас – ваша собственная. Я не хотел бы, чтобы о Джульетте говорили, будто она, de auditu, обещана кому-то другому. Надеюсь, вы меня понимаете, учитывая сложность отношений между вашей семьей и домом Капулетти, коих я, разумеется, не берусь осуждать.

Conscia mens recti famae mendacia ridet - Чистая совесть смеется над ложными слухами. (лат.)
De auditu - По слухам (лат.)

Отредактировано Paris (26-08-2013 11:08:57)

0

7

- Вы сказали "будущей невесты"? - так получилось, что Ромео, из-за своей прежней влюбленности, которая затмевала разум печалью, и новой влюбленности, в сто крат сильнее прежней, был не в курсе последних событий. И потому не знал о том, что его милая Джульетта уже сосватана за графа. И эта новость... пожалуй... его несколько шокировала.
"Быть может я не воспринял бы ее так резко, если бы не кое-что очень важное, ради чего я и бегу в такое раннее время к келье брата Лоренцо. Джульетта любит меня. И согласна быть только моею женой. А значит Вы ей совсем не по нраву, граф," - очень хотелось надеяться, что все эмоции не отражались на лице юноши. Легкое смятение, когда узнаешь что-то, что вносит смятение в твои мысли, в твою душу и в твое сердце. Может ли быть так, что Джульетта на самом деле выбрала другого, а с несчастным романтиком лишь играет?
"Как играла Розалина, будто птичкой на шнурке. Когда ей нужно было, тянула к себе, но чаще всего просила не приближаться к ней. Но нет... Джульетта, это невинное дитя. этот светлый ангел, не могла сделать всего этого. Едва ли столь честное и непорочное существо, могло придумать подобную авантюру.
"Не ошибайся в своей возлюбленной, Ромео..." - подсказывал внутренний голос. "Она не обманывает и ошибается лишь этот человек. А вы с Джульеттой предназначены друг другу..." - эти мысли немного успокоили. Может это и было странно, успокаивать самому себя, но иначе просто было невозможно.
- Скажите, граф Парис, и давно ли Вы считаетесь женихом милой Джульетты? Может эти слухи и не зря, но о Вашей помолвке и речи не шло. Неужели лорд Капулетти уже дал ответ на Ваш вопрос? - Ромео решил спрашивать, как говорится, "в лоб". Ответит - отлично. Не ответит - тоже не плохо.
"Да и не изменит это ничего. Мы с ней связаны судьбой и никакой Парис не сможет разлучить нас. О, моя милая Джульетта... я уже скучаю по тебе... уж сейчас, моя любовь... мое солнце..." - мысли о любимой согревали душу, и наполняли ее каким-то особым смыслом.
- И еще прошу Вас, граф Парис, но я попросил бы, не выражаться подобным образом рядом с Джульеттой, - не объясняя почему попросил юноша. - Она не достойна такого обращения с собой.

0

8

«Милой?» - Парис чуть было не переспросил вслух, с долей сарказма и удивлением. Но нет, он был выше этой вражды между кланами, более того, скоро собирался занять нейтральную нишу между ними, с одной стороны, связанный крещением и родственными связями Эскаля с Монтекки, а с другой, узами брака с Капулетти. Граф и дальше планировал не быть полностью утянутым ни на одну из сторон, только бы теперь у него не забрали то, что ему причитается. Впрочем, этот нейтралитет нисколько не отменял того, что Парису было отлично известно, каким образом даже самые воспитанные Монтекки упоминают представителей вражеского клана. И если старшее поколение в светской беседе морщило носы и приговаривало что-то вроде «ну, вы же их знаете…», то Меркуцио, к примеру, в выражениях не слишком стеснялся. Каким бы лакомым куском ни были юные девы Капулетти для молодых повес в синем, они оставались «капризными», «несносными», «зазнавшимися», «стервозными», «глупыми», «скучными», но никак не «милыми». Откуда у Ромео такая благосклонность? Монтекки нужно быть ангелом во плоти, чтобы объективно оценить единственную нежную розу в саду Капулетти, не накладывая на глаза свои пелену вражды.
- Синьор Капулетти весьма положительно отнесся к моему предложению, - сдержанно проговорил Парис, стараясь, чтобы из-за ощущения, что все идет не так, как он надеялся, его слова не показались излишне торопливыми. И ему удалось выдержать этот темп. «Граф не мог встретить перспективу породниться со мной плохо», - подумал мужчина не без гордости. – «Он ведь умный человек и знает, что со мной его дочь будет хорошо обеспечена. И не она одна. И это все не значит, что о нашей свадьбе должны трубить на улицах! Когда начнется бал в нашу с Джульеттой честь, об этом узнает весь город – настолько пышное это будет событие!»
Уголок губ Париса дернулся, но едва ли от улыбки. Конечно, мечты о связанных с женитьбой празднествах были приятны, однако, тот факт, что, так или иначе, он был замешан в скандале между Капулетти и Монтекки, и перспектива, что стоящий перед ним юнец вздумал перейти ему дорог, графу не нравилась. Но он, как свойственно добропорядочному господину, держал себя в руках.
- А что вас беспокоит в том, как я выражаюсь? Я ведь не сказал ничего дурного, - прибавил Парис таким тоном, будто констатировал факт, а не оправдывался; а затем его голос стал подозрительным. – И почему столь внимательно, – «Я бы даже сказал «ревностно», - прибавил он про себя, уже не ища мысленно оправдания странноватому поведению юного Монтекки, а ожидая прямых и понятных ответов, - относитесь к тому, что нравится или не нравится моей избраннице?

0

9

"Граф благосклонно отнесся..." - эти слова неприятно резанули слух. И еще больше задел тот самодовольный тон, с каким Парис говорил об этом. Будто Джульетта уже всецело принадлежала только ему одному и никому больше. Но откуда графу Капулетти, который дальше своего носа не видит, знать, что его единственная дочка уже нашла свое счастье и совсем не собирается выбирать себе другого мужа.
"И потому, когда этой ночью попросила доказательство моей любви, я пообещал жениться, не задумавшись ни на секунду. А сколько обговаривалась эта помолвка? Так имеет ли она право на то, чтобы считаться уже чем-то решенным? Или же только деньги и статус решают все в этом проклятом городе? Но я же столь же знатен, как и граф. Не какой-нибудь бродяга из подворотни. Да, я сын врага Капулетти, но неужто не пора прекратить эту глупую вражду? Быть может наша любовь с Джульеттой, наконец, сможет положить конец этой вражде?" - Ромео начинал выходить из себя, и это его совсем не радовало. Как бы, не наговорить что-нибудь в порыве эмоций, а особенно этому человеку, который уже поставил себя выше Монтекки и Капулетти вместе взятых.
"Меркуцио тоже из семьи Эскала Веронского, но не такой напыщенный," - в этот миг в юном Монтекки как никогда взыграла ревность. Она будто змея прокралась в душу и теперь разъедала его душу. Соперник... тот, кому так же обещали Джульетту, но только официально и никаких проблем эта помолвка не вызовет, потому как будет выгодным союзом и для Капулетти и для герцога. Но этот человек не любит ее. Не любит его ненаглядную Джульетту, а потому не должен быть с ней.
"Однако прав и возможностей у него во стократ больше чем у меня. Я же не могу даже открыто посвататься к ней и потому вынужден тайно договариваться о венчании, чтобы уже потом поставить перед фактом наши семьи. Что мы повенчаны перед Богом, а значит, сам Эскал не сможет нас уже разлучить. А выразит несогласие, и мы просто уйдем из Вероны прочь. И будем правы в этом, как законные муж и жена..." - юноша чуть заметно нахмурил брови, не сводя с соперника взгляда.
- Пока граф не сказал Вам напрямую и не объявил всем, что вы помолвлены, Ваши слова не значат ничего, - проговорил он, стараясь говорить спокойно, не выдавая своих эмоций. - Почему меня это волнует? Да по той простой причине, что любая девушка Вероны должна быть с тем, кого она любит, а не с тем, кого ей навязало мнение родителей. Справедливо ли, что юная синьорина чаще всего узнает кто ее будущий муж лишь в день венчания?

0

10

Пусть наследник Монтекки и пытался говорить сдержано, но все-таки мимика выдавала некое волнение с его стороны. Да и сами фразы, произнесённые спокойно, внешне не показывающие настоящие эмоции, больше были похожи на вызов, чем на желание отмыться от слухов, и будем честны, для семьи Монтекки это была крайне неприятная молва.
«Скажи кому-то, что Монтекки защищает Капулетти, тебя поднимут на смех раньше, чем успеешь договорить. Но если только обмолвится о любовной связи между единственными детьми глав семьи.… Даже, думать, об этом не хочу! Я не могу позволить сейчас все разрушить этому мальчишке».
И что мог сделать сам Ромео? Предположим, только предположим (хотя граф с каждой минутой все больше верил в правдивость слухов), что детей двух враждующих семей связало такое возвышенное чувство как любовь. Что дальше? Ромео будет просить благословения и согласия на брак? Хорошо, допустим. Какой ответ он получит? Для графа было очевидно, что в лучшем случаи юноше дадут закончить фразу. Но все-таки наличие «соперника» било по самооценке, пусть и этот «соперник» не составлял такой уж большой угрозы: отец Джульетты вряд ли отступиться от своих планов, как бы он не любил единственную дочь. А уж о том, чтобы отдать ее «врагу»… Об это не может идти и речи. Граф Капулетти не пойдёт на это. По крайней мере, в это хотелось верить.
- Это вопрос времени, не более. Если же то, что говорят на улицах города, всего лишь слухи, то Вас не должен волновать вопрос, когда граф Капулетти объявит о помолвке своей дочери и кто будет ее женихом – молодой человек ответил в свойственной для себя манере: вежливо, без каких-либо посторонних эмоций. Тут граф делал ставку на вспыльчивость юного наследника Монтекки, возраст хорошая причина для необдуманных поступков.
«Он уже дал мне не один повод убедиться в истинности народной молвы. Сначала случайно сказанное слово: “милая”.  Сейчас эта фраза. Звучит, как упрёк: посмотрите, Вы не лучше меня, бросаетесь словами о помолвке, которая ещё не объявлена официально, мы в одинаковом положении. Только в этом ты заблуждаешься, наследник Монтекки. Теперь убеди меня окончательно в моей правоте - соверши ошибку. И тогда я не позволю зайти тебе слишком далеко».
Дальнейшие слова Ромео позабавили графа, сколько в них было наивности и веры в прекрасную жизнь. Парис позволил себе чуть усмехнуться, но это было лишь мгновение.
- Во-первых, Джульетта Капулетти не любая девушка Вероны. Она единственная дочь главы влиятельнейшей семьи города. Вы, как никто, должны понимать ее положение,- граф взял небольшую паузу,- А во-вторых, там, где речь идёт о власти и деньгах, нет место такому слову как «справедливость». В чем она, по-вашему, должна заключаться? Дочь дворянина должна по любви выбирать конюха? Согласен, согласен, грубый пример, но разве любовь не может быть такой? Что получится от этого союза? Как сможет человек, не умеющий читать и считать, будет вести дела семьи, связанные с немалым состоянием. Это традиция. Традиция приоритета крови, приоритета всей семьи перед одним человекам. Традиция, проверенная временем. И не Вам, Ромео Монтекки, пренебрегать ей.

+1

11

Провокация. Это была чистой воды провокация. Но можно ли размышлять о том, пытается ли собеседник вынудить тебя высказать свои настоящие эмоции, в тот момент, когда эти самые предательские эмоции готовы буквально гореть на твоем лице. Как точно нанесенный удар, слова Париса достигли своей цели.
"О, конечно, о чем речь? Когда это девушка могла выбирать? Только родители решают, что и как будет с их дочерью. Она как изящная ваза, которую сделал мастер. Долго расписывал и теперь вправе отдать ее тому, кто предложит большую цену. Дальнейшая же судьба своего творения его едва ли будет интересовать. Быть может, уже в первый день нерадивый владелец поставит трещину на ее поверхности, но чтобы никто не видел, поставит ее так, чтобы хрупкая вещь стояла так, чтобы скрыть свой изъян. Все это не имеет значения. Дочь должна быть покорна своему отцу и не сметь перечить его воле..." - как же сильно одни только эти мысли задеваю душу юноши, который теперь не мог мыслить свою жизнь без милой Джульетты. И потому, одна мысль о том, что и его милому цветку предстоит такая же судьба, заставляла кровь в венах закипеть, будто расплавленная лава. Мог ли юный Монтекки думать о том, что подобные мысли вообще не уместны. И что действительно множество девиц в Вероне именно так и проживают свою жизнь. И потому не ему решать их судьбу и не ему менять правила, которым уже много, очень много лет. Кто он такой, чтобы вот так просто, одним своим желанием, заставить веронцев поменять устои? Никто. Но разве может это понять влюбленное сердце, пылающее в груди?
- Быть может Вы и правы, синьор, - как же тяжело сейчас было сохранять спокойствие в голосе. Настолько тяжело, что Ромео заговорил тише и, стараясь успокоить дыхание, все сильнее сбивающееся от подступающей ярости. - Но не согласен с тем, что так должно продолжаться. Будь она хоть самой королевой, хоть дочкой пастуха. Каждая из них достойна настоящей любви, когда знает, что будущий муж будет заботиться о ней и любить всем сердцем. И когда сама юная синьорина отвечает ему тем же, - понимал ли вообще наследник Монтекки, что говорит вещи, совершенно неуместные в современном обществе? Должно быть нет. И что, что собеседник, скорее всего, решит, что Ромео двинулся рассудком, раз говорит подобную ересь. - Откуда мне знать, синьор, что Вы не сделаете свою избранницу несчастной? Быть может она никогда не полюбит Вас, но вынуждена будет делить с Вами ложе, только потому, что вас повенчали, и у нее просто нет другого выбора.
При одной мысли о том, что такое возможно, даже кровь застучала в висках. Никогда. Он никогда не отдаст свою ненаглядную Джульетту другому. А тем более тому, кто рассуждает о ней будто о какой-то вещи.
"Она не вещь. И потому я не позволю кому-то распоряжаться ее свободой. Я буду защищать ее, я стану лучшим мужем для нее, чем этот напыщенный синьор", - казалось, еще немного и юный Монтекки прожжет в собеседнике дыру взглядом. Должно быть, пора было прекратить этот разговор, пока не появилось желание схватиться за шпагу.
"Ох... я становлюсь как кузен моей милой Джульетты. Чуть что сразу хочется схватиться за шпагу..." - эти мысли немного отрезвили. Нет, нельзя. Да и стычки на улицах Вероны запрещены.
- Знаете, синьор, я не вижу смысла в этой беседе, - неожиданно выдал Ромео, стараясь вежливо улыбнуться. - К тому же, я спешу, а Вы отвлекаете меня от весьма важного дела. А потому, прошу меня простить, но я должен идти.
"Скорее бы час нашей свадьбы. Тогда мы будем вместе..." - да, это был единственный выход. Они обвенчаются перед Богом, и никто уже не сможет их разлучить. Ни какой-то Парис, ни отец Джульетты, ни сам герцог.

+1

12

Это была победа? Можно ли говорить о победе, когда столь неприятные, или точнее нежелательные, вещи подтверждаются, и не третьими лицами, а их виновником? Всякое сомнение, трепетавшее в душе у графа, отпало, как только он поймал на себе взгляд наследника Монтекки. Казалось, еще одно слово со стороны Париса, и Ромео не сможет сдержать себя, впустив в ход оружие, но тогда юного наследника Монтекии ждёт смерть. Кто позволит на центральной площади при свете дня устраивать бесчинства? Особенно после недавних слов герцога. Разве ответ требуется?
Все эмоции юного Ромео читались как с листа. Граф не ошибся, когда сделал ставку на возраст «соперника» - беспечный, не умеющий еще  держать себя в руках, не в силах найти достойные ответы на провокационные вопросы, которые юноша предпочёл опустить. Сейчас перед графом стоял один вопрос: уйти, оставив Ромео наедине со своими юношескими мечтаниями или уничтожить одной фразой, которую наследник Монтекки не стерпит, она спровоцирует его на драку, что ему не простят? Пожалуй, второй вариант был предпочтительнее, кто знает, насколько далеко сможет зайти ситуация. Но с другой, это поступок недостойный дворянина. Пусть силой решают свои проблемы мальчишки из домов Монтекки и Капелетти. Графу же будет достаточно того, что он нашёл подтверждение неприятной молве, впредь он будет внимательнее и осторожнее, а самое главное, он еще раз поднимет  тему помолвки с графом Капулетти, он достаточно ждал.
Парис до конца дослушал Ромео и с вежливой улыбкой, игнорируя буквально прожигающий в нем дыру взгляд юноши, спокойно, в очередной раз этим подчёркивая своё превосходство, начал ответ.
- Разве я говорил, что они не достойны любви? Любовь и брак не одно и то же. Вам пора это понять. Вы не услышали меня – жаль. Наследнику Монтекки пора становиться более серьёзным, не смотрите на своих друзей, они находятся не много в другом положении. И позвольте Вам дать не большой совет, думайте над словами, прежде чем их произнесёте. Думайте, если не о себе, то о Вашем отце или о «милой»,- молодой человек сделал акцент на этом слове,- Джульетте.
«О моей «милой» Джульетте. Я очень надеюсь, что ты, Ромео Монтекки, понимаешь, какую услугу я оказываю тебе, сейчас отпуская. Будь же разумен. Стань достойным сыном своего отца и настоящим наследником влиятельной семьи. Не совершай глупостей, не иди против того, что не понимаешь. А ты не понимаешь, какую роль традиции играют в нашем мире. Джульетта еще слишком юна, чтобы различать, где правда, а где ложь, где правильный выбор, она может поддаться на твои красивые речи, и я это понимаю. Но ты будь благоразумен и не порти девочке жизнь, не порть ее репутацию, кому она будет нужна, после твоих «возвышенных» слов? И я очень надеюсь, что ты не думаешь, что я забуду этот разговор или отступлю».
- Не смею, больше Вас задерживать, синьор Ромео. И прошу простить мне те несколько минут, что я отнял у Вас, заботясь о добром имени моей будущей невесты, - Парис вежливо улыбнулся, чуть склонив голову. Он не стал дожидаться ответа со стороны наследника Монтекки, предпочтя покинуть площадь, до того, как Ромео вновь совершит необдуманный поступок.

+1

13

"И этот синьор тоже пытается задеть моих друзей. Да кто Вы такой, чтобы судить о них что-то? Мои друзья, те, что мне как братья, достойнейшие синьоры. Пусть у них, как многим кажется, ветер в голове, но более преданных людей я не встречал в своей жизни. И я доверяю им больше чем самому себе. Только Вам этого не понять. Это дружба, сравнения с которой нет и не будет никогда..." - специально или нет, но в этом недолгом разговоре граф Парис умудрился затронуть все крайне важные для юного Монтекки темы.
"Не слишком ли многое Вы о себе думаете, синьор, что посчитали вправе судить меня?" - в одном только взгляде темных глаз Ромео можно было прочитать не только эти мысли, но и тайфун эмоций, который он так тщательно скрывал.
О, как же много хотелось сказать в ответ. И многое в этих словах Парису едва ли понравилось бы. Слишком дерзких слов, слишком откровенно говорящих о тех чувствах, что Ромео испытывал к чужой невесте.
"Да только это вздор. Потому что теперь она не Ваша невеста, синьор. И сегодня мы будем принадлежать лишь друг другу, - юноша удостоил собеседника вежливым кивком головы в знак прощания и, развернувшись, быстрым шагом отправился прочь. - Брат Лоренцо сказал сегодня, что наша любовь с Джульеттой может, наконец, положить конец многолетней вражде. А Вы что-то говорите о том, чтобы я больше думал, прежде чем что-то делать. Быть может я, только сейчас обрел разум. Только рядом с ней я становлюсь настоящим, становлюсь живым и... Боже мой, я словно и не жил прежде!"
Догнать Париса и высказать это все ему в лицо? Что он тогда скажет? Или же решит, что наследник Монтекки окончательно потерял рассудок, раз решил, что может вот так просто жениться на дочке злейшего врага своей семьи? Может и так, но Ромео не намерен был отступать.
"Знали бы Вы, синьор, насколько я серьезен сейчас. Как далеко раньше заходила моя любовь? Добиться расположения синьорины и потерять к ней интерес? Но не с ней. Только не с Джульеттой. Она свет моей жизни и без нее уже нет этой самой жизни. Знали ли Вы когда-нибудь такую любовь, синьор?"
Они с Парисом уже разошлись в противоположные стороны, юный романтик продолжал с ним мысленный разговор. Прокручивал раз за разом слова, которые мог бы сказать, представлял реакцию Париса на них. Схватился бы граф за шпагу, чтобы научить уму-разуму зарвавшегося мальчишку? Или сдержался бы?
Но нет. Сейчас Ромео понимал, что его соперник слишком уверен в своей победе, чтобы без толку хвататься за меч.
"Ну и пусть думает. Джульетта это не переходящая награда, чтобы доставаться тому, кто за нее сильнее борется. Она вольна выбрать того, кто ей больше по сердцу. И... она выбрала меня. А значит, я должен сделать все, чтобы она не разочаровывалась в этом выборе. Нет, не для того, чтобы доказать кому-то что я более достойный. Нет... по той причине, что важнее всех других. Я люблю ее. А она любит меня. И это единственное, что может иметь значение. Если же ради того, чтобы наши семьи, наконец, поняли, что их распри ничто по сравнению с этим прекрасным чувством, придется пожертвовать жизнью... что ж, пусть так..."
Снова возвышенные мысли. Снова красивые слова. Снова все это кажется воодушевляющим и правильным. И Ромео мчался навстречу своей судьбе, будто птица в небе, распахнувшая крылья и ведомая потоками ветра. А что же дальше ждет его, не имело никакого значения.

+1


Вы здесь » La Francophonie: un peu de Paradis » Romeo et Juliette: сцена » Amittit merito proprium, qui alienum appetit